00:53 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга, 6 часть, 14 глава
Декабрь 2011.
Ханты-Мансийск.

**********************************

К большому разочарованию Гунтрама психиатром оказалась молодая женщина, около 30 лет. С мужчиной было бы куда проще говорить. Он не представлял как говорить с женщиной о своих проблемах.
Он кратко рассказал ей о своих проблемах, о провалах памяти, отсутствии цели, о своей несостоятельности как отца.
К его удивлению она ничего не спрашивала, в мгновении ока выписала ему антипсихотические препараты, дала несколько упаковок таблеток, взяла кровь с пальца и порекомендовала посещать её каждые две недели.
Массаев забрал у него лекарство и Гунтрам получал по таблетке каждое утро.
Примерно к середине ноября, чувство постоянного террора стали проходить и он смог сосредоточиться на своей работе и сыне. Провалы в памяти исчезли.
Вопреки своим убеждениям таблетки не делали его сонным или возбужденным как он предполагал. Он чувствовал себя непринужденно и целенаправленно.
Из-за падения температуры походы в лес прекратились и он оставался с ребенком дома.

Константин не упускал случая напомнить о нашем новом соглашении и это сводило Гунтрама с ума.
Единственным беспокойством было то что несколько человек из банды Корсакова поселились в доме, в спальнях подвала. Они работали телохранителями. Все бывшие телохранители Курагина, кроме Димы, исчезли в одну ночь.
Гунтрам умолял Константина вернуть их, но он отказался.
— Это дешевле и моим людям тоже нужно отдохнуть. У них тоже есть своя жизнь.
— Я не доверяю этим людям. Они хотят только твои деньги. Они шантажировали тебя и ты приглашаешь их к себе домой?,- крикнул яростно Гунтрам.
— У меня нет альтернативы. Или ты предпочитаешь чтобы я использовал свой собственный метод очистки территории? Это дешевый способ держать их тихо и укрепить свои отношения с местной полицией. У Корсакова там друзья. Нам ненужно никакого нежелательного внимания. Эти люди будут сдерживать посторонних лиц.
— Корсаков презирает тебя, потому что ты гей. Ты действительно думаешь, что он сдержит свое слово? Однажды он перережет тебе горло во сне и заберет твои картины.
— Ангел, ты из всего раздуваешь проблему. Спроси Массаева, он согласен со мной.
— Он скажет все что ты ему скажешь. А что если один из них продаст Конора какому-нибудь извращенцу? Я видел как они смотрят на него. Как гиены.
— Ни один из них не приблизится к тебе или Конору. Будь всегда с Массаевым или Димой, они в состоянии прикончить любого, если это необходимо.
— Это очень обнадеживает,- иронизировал Гунтрам
— Федя, не лезь в мой бизнес. Это временное явление. Я буду иметь дело с тем, с кем считаю нужным. От тебя требуется чтобы ты лечился, смотрел за Конором, и работал, остальное оставь мне.

2 декабря 2011 года.

Пронзительный крик разбудил Гунтрама среди ночи, он отбросил одеяло в сторону, испугавшись, что могло случиться с его сыном. Снаружи дома ревела вьюга.
Константин уже был в детской комнате, когда он туда прибежал. Галина тоже была там.
— У него высокая температура, 38.7. Должно быть уши болят, он трогает левое ушко постоянно,- сказала она на русском языке
— Ты дала ему что-нибудь?,- Константин забрал у неё горячего ребенка
— То что педиатр рекомендовал, жаропонижающее. Через 40 минут должно стать лучше.
— Хорошо, иди и позвони ей,- сказал он на русском языке.
— Что она сказала?
— Это вероятно инфекция уха, ангел. Врач проверит утром. Инфекция это или бактериального происхождения.
— Медсестра дала ему жаропонижающее, нужно подождать.
— Неужели нельзя вызвать врача?
— Мы позвоним доктору Радиной, но в такую погоду она не сможет приехать.
— Разве мы не можем поехать?
— Федя, у него высокая температура, на улице метель. Если автомобиль застрянет, у нас будут большие проблемы. Нужно подождать час, и температура спадет.
— Час?- закричал Гунтрам, и ребенок заплакал.
— Ну может быть 40 минут,- сказал Константин и забрал насильно Конора,- Это небольшая температура, дети выдерживают и больше. Утром всё будет в порядке. У меня четверо детей было, я не в первый раз с этим сталкиваюсь.
— Мы всегда врача сразу вызывали.
— Это Сибирь, Федя, врач живет в 50 км. отсюда. Галина хорошая медсестра. Успокойся, в этом нет ничего страшного.
— Ничего страшного?!!!- проревел Гунтрам
— Я сказал, успокойся! Через пол часа ему станет лучше. Сядь на диван и возьми его с собой, если хочешь.
Гунтрам посмотрел на него в шоке, поражаясь его холодности. Он заботится только о себе. Конор беспокоит его сегодня. Он ничего ему не сказал, забрал ребенка и прижал его к груди, чувствуя как он дрожит.
Константин вернулся через несколько минут и укрыл их одеялом.
— Температура не снижается. Может быть дать ему что-нибудь ещё?
— Это займет много времени. Должно пройти как минимум 4 часа, прежде чем можно будет сменить лекарство.
— Если температура сильно поднимется, это может быть опасно для ребенка. Может быть ещё что-то попробовать?
— Что?
— Теплую ванну. Она снизит температуру на некоторое время, пока лекарства не заработают. Это все что мы можем сделать на данный момент,- сказал Константин,- И еще раз повторяю тебе, успокойся, ты пугаешь ребенка своими необоснованными страхами.
Гунтрам наполнил ванночку ребенка теплой водой, они окунули в неё ребенка, потом укутали в полотенце. Ребенок был бледен, но уже не дрожал. Константин принес ему сок.
— Что это?
— Банановый сок. Может он захочет, но не настаивай.
— Есть ли какие-нибудь новости от врача?
— Она попытается завтра приехать, если погодные условия улучшатся,- Константин наблюдал, как Конор с энтузиазмом сосет сок,- Если он хочет есть, значит это не так серьёзно.
Гунтрам подождал пока Конор закончит пить сок, встал и демонстративно, не смотря на запрет Константина пошел в постель вместе с Конором. Константин лег рядом и положил руку на талию Гунтраму. Он оттолкнул его руку.
- Я ненавижу это место,- сказал он решительно.

7 декабря 2011 года.

— Ну что, маленькому ублюдку лучше?,- один из бандитов Корсакова ухмыльнулся, когда увидел Гунтрама, который нес ребенка, только чтобы немного подышать свежим воздухом,- Он выглядит нормально.
— Да, ему лучше,- ответил Гунтрам и продолжил свою прогулку.
Бандит последовал за ним, видя как ребенок улыбается ему через плечо отца.
— Он милый. Красивое лицо. Похож на тебя.
— Потому что он мой сын. А теперь иди прочь.
— Как может педик иметь ребенка?
— Так же как и ты.
— Ты сразу выбросил мать, после того как она родила, или вы заплатили ей много?
— У тебя не хватит денег даже дышать рядом с ней,- сказал Гунтрам и бандит захохотал.
— У тебя есть характер, мне это нравится,- он сел рядом с ним на скамейку,- Меня зовут Олег Борисович
— Федор Тарасов.
— Да, я знаю. Здесь тебя зовут Федя.
— Верно,- сказал Гунтрам и отвернулся от него.
— Ты не очень общительный, художники обычно более дружественны.
— Я ничего не рисую.
— Ты живешь с Курагиным и рисуешь картинки, говорят не плохие. Совсем не плохо. Продаешь что-нибудь на ремесленной ярмарке по воскресеньям?
— Я выставляюсь в музеях, и не для хамов таких как ты.
— Ты должен быть поласковей со мной. Ты уже перезрелый мальчик. Сколько тебе лет, 30? Скоро Курагин найдет помоложе и дешевле чем ты, и выбросит твою тощую задницу на улицу.
— Спасибо за заботу. Я буду счастлив если это случится. А теперь оставь меня в покое.
— Мы можем договориться. Я хочу тебя. А я могу тебе дать уникальный антибиотик, для всех случаев. Сколько дней вы ждали врача, когда этот ублюдок был болен? Два дня? И потом вам пришлось засунуть ребенка в воду, потому что не было хорошего лекарства. Зима может быть длинной.
— Мне это не интересно.
— В самом деле? А ты знаешь, что у Курагина есть в городе любовник. Намного моложе тебя и симпатичней. Блондин с голубыми глазами. Показать фотографию?,- спросил он небрежно и достал телефон из кармана.
— Я не верю тебе.
— Да, рогоносец всегда узнает последним,- он нашел в телефоне фото и бросил на колени Гунтрама, который поймал телефон, прежде чем Конор возьмет его.
На фотографии Гунтрам увидел Константина, обедающего с двадцатилетним парнем, блондином, и чем-то похожим на него. Гунтрам задумался, какие чувства он испытывает увидев этот снимок: Безразличие? Тоска? Грусть? Счастье?, он не мог сказать, но почувствовал обеспокоенность. Что делать, если он потеряет интерес ко мне? Что станет с Конором?
— Ну, Курагин свободный человек, сказал Гунтрам и вернул телефон.
— Да, свободный и с деньгами. А у тебя нет ни того, ни другого.
— Повезло тебе. Скоро будешь охранять только одного педика, сказал Гунтрам и бандит расхохотался.
— Ты хоть и стареющий, но ты остроумный и у тебя больше духа, чем у остальных игрушек, которых я встречал. И в тебе есть порода. Ну что, сделаем бизнес?
— Что у тебя есть?- спросил Гунтрам?
— Коробка антибиотиков.
Гунтрам задумался на минуту, что это могло быть очередное испытание от Константина, но потом вспомнил свой страх, когда заболел Конор.
««Ну что же, как там русские говорят - око за око?»»
— Недостаточно. Во-первых- ничего русского, это должно быть- Roche, Sandos, Merck или что-то в этом роде. И не одну коробку, а три. И я сделаю только оральный секс, и ничего больше.
— Эй!
— Или соглашайся, или пошел вон.
— Для невинного голубка ты знаешь как вести дела.
— Ты не первый гангстер, которого я встречаю, а я шлюха не дешевая.
****************************************
Конец 14 главы, 6 части 2 книги.

00:14 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2книга. 6 часть. 11 глава.
3 марта 2011 года
Москва.

*******************************************

Алексей знал что Обломов ужинает в этом элегантном, в классическом стиле ресторане, со своей новой любовницей, молодой балериной из Большого театра.
««Типично для Обломова, блондинка и почти ребенок»»,- подумал он, разглядывая красивые черты лица девушки. Алексей шел за мэтром к своему столу, но неожиданно свернул к их столику, якобы встретил друзей.

— Здравствуйте, Иван Иванович! Давно не виделись!,- сказал Алексей и сел без приглашения к ним за стол.
— Я тебя предупреждал чтобы ты держался подальше отсюда, парень, - сказал Обломов
— Это вы Линтроффу сказали, чтобы он держался подальше отсюда, я такого предупреждения не получал,- глумился Алексей, - Пошла вон!,- сказал он девушке, и она стала возмущаться.
— Иди, дорогая, я позже всё компенсирую тебе,- сказал мягко Обломов, и она уставилась на него,- Иди, я сказал!
Она встала из-за стола и со злостью бросив салфетку на стол, ушла цокая каблуками.

— Тебя прислал сюда твой босс?,- пренебрежительно спросил Обломов,- Ты уже прожил восемь из твоих девяти жизней, Алеша, ты уверен что тебе повезет на этот раз?
— На самом деле нет, Линтрофф занят своей собственной территорией. Это частный визит, Иван Иванович. Как в старые, добрые времена.
— Хорошо, рад был увидеть тебя. А теперь, прощай.
— Ты забыл нам сказать кое что. Например, что Репин жив и здоров,- добродушно сказал Алексей.
— Это самый сумасшедший слух, который я слышал за последние шесть месяцев. Ты придумал это, чтобы объяснить свою собственную неэффективность, крестоносец?,- ухмыльнулся Обломов, - Константин похоронен шесть.., ну скажем четыре фута под землей. Вы не смогли найти кто убил бедного парнишку? Я очень уважал его. Соболь был хорошим мальчиком, может быть даже слишком хорош для этого мира. Это был вопрос времени, когда кто-то захотел бы свести счеты с Линтроффом через него.
— Позволю себе с вами не согласится. Вы помогли Репину исчезнуть и это он похитил Гунтрама. Мы были бы вам очень благодарны, если бы вы сказали нам где он находится. Это позволит сэкономить нам много времени.
— Поищи его на Смоленском кладбище,- хохотал Обломов,- Возьми лопату и выкопай, если не веришь мне,- добавил он с ухмылкой и сделал глоток красного вина.
— Я уже это сделал. Кстати, бедняга, который лежит там вместо него, намного меньше ростом, чем Репин. Плохо работаете. Я даже навестил Мальченко, но он не смог мне ничего сказать. Жаль что с ним случилась эта беда.
— Да, в самом деле жаль.
— И так, Иван Иванович, я жду вашего ответа.
— Мне нечего сказать тебе, Алеша, возвращайся к своему хозяину.
— Я думаю что тебе есть что сказать.
— Ты хочешь чтобы я позвал сюда своих людей?
— Ты имеешь в виду тех трех горилл? Им не до этого сейчас, они истекают кровью в переулке,- сказал тихо Алексей,- Не смотри на меня так, за то я оставил тебе водителя, в ближайшее время он тебе ооочень понадобится.
— Линтрофф заплатит за это, парень!
— Линтрофф? Разве я не сказал что я ушел от него в декабре прошлого года? Я собрал старых приятелей и теперь собираю старые долги. И ты скажешь все что мне нужно, прежде чем я реально начну чистить ваши ряды в нашей матушке России.
— У тебя нет...
— Это твой выбор, Обломов. Говори, и с твоими друзьями ничего не случится. Будешь груб со мной, тогда начинай заказывать пластиковые пакеты.
— Линтрофф поставит тебя на место!
— Ты же знаешь, что я работаю в одиночку, как всегда. Сам решай, что для тебя опаснее: Алексей, который работает по правилам, или Алексей, который работает в одиночку.
— Ну, найди своих старых друзей и возвращайся туда, откуда ты пришел.
— Это твое последнее слово?
— Да!
— Как вам угодно, Иван Иванович. Я даю вам время до конца месяца, чтобы изменить свое решение. Позвоните мне по этому номеру,- сказал он, и оставил свою визитную карточку на столе.
— Убирайся! Ты испортил мне вечер!
— Всего хорошего вам, Иван Иванович,- ласково сказал Алексей, - Ах, да...я бы посоветовал вам срочно ехать в больницу. Вам осталось час...или чуть больше, совсем я с вами заболтался,...чтобы промыть желудок...
— Зачем?
— Разве вы не чувствуете? У вас должно уже быть головокружение? Я вроде нормально дозировал, но наверное алкоголь ускорил действие этого вещества.
Обломов повертел головой, чтобы стряхнуть помутнение в глазах.
— Что за вещество?
— Да я уже не помню, спросите Константина, когда увидите его, он же химик. Это нейротрохин, кажется, а может и нет. Короче, сначала промойте желудок, потом почитаете анатацию. И поспешите, у вас осталось 45 минут, прежде чем процессы станут необратимыми. Жаль конечно было портить такое хорошее вино. Надеюсь вторая половина вашего вечера пройдет удачнее.
Алексей откинулся на спинку своего стула, наблюдая как Обломов вскочил хватая ртом воздух, он джентльменски попросил мэтра проводить его до машины, где ждал его шофер, заранее получивший инструкции куда его везти.
Опираясь на мэтра, Обломов обернулся и сказал:
— Я убью тебя за это, Антонов!
— Молись, чтобы не случилось наоборот. Даю тебе срок до конца месяца!

7 апреля 2011 года.
Цюрих.


Глубоко вздохнув, Горан поправил галстук и последовал за мэтром к столику, который всегда занимал Герцог в Кёнингсхалле. ««Я знал что рано или поздно состоится этот разговор, о проделках Антонова в России, теперь надо держать покер-фэйс, больше ничего не остается.»»


— Есть ли у вас какие-нибудь идеи, почему Обломов беспокоит меня историей, о том что Антонов свободно разгуливает по России?,- Конрад пошел в наступление, не дожидаясь пока Горан сядет за стол.
— Понятия не имею. Он ушел в отставку в декабре прошлого года. С тех пор я ничего не слышал о нем. Он даже бросил своего друга, повара,- пожал плечами Горан.
— Он почти отравил Обломова, и тот угрожает принять ответные меры на территории нашей страны.
— Мальчики из КГБ любят пользоваться ядом. Посмотрите что они сделали с журналистом кандидата в президенты в Центральной Европе,- невинно сказал Горан,- По какой-то причине Алексей ненавидит Репина и Обломова,- добавил он и Конрад посмотрел в другую сторону, не обращая внимания, что ему не ответили на вопрос.
— Горан, мы не можем позволить развязать войну здесь, не сейчас,- сказал Конрад, изображая строгость,- Решите эту проблему.
— Как? Он больше не наш сотрудник.
— Не делай из меня идиота,-проревел Конрад,- Делайте свою работу Summus Marescalus!
— Георг фон Линтрофф мне ничего не говорил об этом деле, сэр.
— Ты не хочешь подчиняться мне?!,- сказал Конрад,
— Вы больше не мой начальник, сэр,- объяснил Горан,- На самом деле Комтурен очень развлекла история о том как Обломову промывали желудок, после того как Алексей добавил в его вино амфетамины. Он всегда был шутником. Я помню как он однажды поставил ложную бомбу в машину Мирко. Один из лучших ритуалов посвящения, который я когда-либо видел.
— Три тела которые он оставил в переулке, это не шутка. Это были люди Обломова,- крикнул Конрад, стараясь не переиграть.
— Москва, опасный город, и преступность там растет. Это все, сэр?
— Павичевич, я предупреждаю вас, решите эту проблему!
— Хорошо, сэр. Я сделаю всё возможное,- пообещал Горан, чтобы успокоить своего начальника.
««Что-то тут не то, десять к одному, что Гриффин стоит за этой неразберихой в России.»»

20 апреля 2011
Москва.


— Босс, у нас проблема.
— Что ещё?- спросил Обломов устало
— Кто-то взорвал машину Вронского, у него забрали из машины ноутбук и отправили его в прокуратуру, мы облажаемся если они его декодируют.
— Дерьмо!- выругался Обломов
— Мы получили так же это, босс, большой букет белых гладиолусов и визитка в нем. Доставили десять минут назад.
Обломов взял уже знакомую визитку и прочитал на обороте:««Моё терпение на исходе. А.»»
««Нарываешься на неприятности, Алешка. Ну, подожди, ты их получишь.»»

***

— У меня есть небольшая работа для вас двоих,- сказал Горан глядя на двух молодых людей стоящих перед ним,- Как вы знаете, россияне винят нас в своих внутренних проблемах. И я ожидаю что они предпримут ответные меры, в любую минуту, вы должны защищать жизнь князей.
— Это правда? Кто-то сказал мне что Алексей взорвал автомобиль финансового консультанта Обломова, но прежде он украл всю информацию и отправил властям,- спросил Мирко.
— Это всего лишь слухи и ничего больше,- проворчал Горан
— Мы должны помочь ему, а то этот сумасшедший русский все делает в одиночку,- запальчиво сказал Федерико.
— Мартиарена, вы солдат, и помните свое место!
— Я принял присягу повиновения вам, но я не говорил что я буду немым! Если я рискую своей шеей, я имею право высказать свое мнение. И я высказываю мнение многих из нас!- сказал Федерико
— Он прав, Горан, все палачи думают так же,- поддержал друга Мирко.
— Гриффин сказал, чтобы не допустить войну здесь. Вы хотите чтобы русские начали взрывать здесь станции метро? Мы должны держать нейтральное положение. Думаете я не хочу быть там рядом с Антоновым? Так что объясните нашу позицию остальным.
— Мы нейтральны как Швейцария,- пробормотал Федерико с горечью
— Точно!- ответил Горан сухо,- Теперь делайте свою работу, и делайте её хорошо, потому что это дети Гунтрама. Ясно?
— Да. сэр!
— И приставьте кого-нибудь к повару, пусть охраняют его, незаметно. Возможно кто-то захочет отомстить ему.

2 мая 2011года.
Санкт-Петербург.


— Она готова, Данила?
— Почти, но мне все же кажется, что здесь слишком много. Ты представляешь какой кратер эта малышка оставит?,- сказал толстяк и осторожно присоединил два провода.
— Это хорошо, чем больше, тем лучше,- пробормотал Алексей,- Спасибо.
— Приятно было помочь тебе, Алешка. С удовольствием отправил бы этих мафиози в ад, как если бы они были талибами. Россия будет только чище без них.
Алексей внимательно слушал длинное объяснение о том как управлять бомбой с безопасного расстояния с помощью мобильного телефона.
— Я разговаривал с другом с Иркутска, он тоже хочет помочь тебе. Он классно делает бомбы. У него там краснодеревный магазин и он знает где найти хороший материал для бомбы.
— Я в ближайшее время встречусь с ним. До свидания, Данила, всего хорошего тебе,- он протянул руку и пожал три пальца друга оставшихся после войны.

15 мая 2011 года.
Франкфурт.


Конрад выключил телевизор и устало вздохнул. Образ дымящегося разрушенного автомобиля напомнил ему скорее Ливан чем Россию. Но этого и следовало ожидать.
« Антонов действительно заслужил эти медали, которые он получил за Афганистан. И конечно же он работает лучше в одиночку.»
« Я должен быть там, с ним. Но он прав, нужно все сделать как мы решили. Нельзя развязывать здесь войну. Потери будут ошеломительные. И нам нужно вернуть доверие комтурен.»
« Обломов должно быть отчаялся. Алексей не использовал даже трети денег, которые я положил в ячейку.»
« Остальные бандиты могут подняться против него.»
« Еще несколько недель и Обломов заговорит. Антонов прав, акулы убивают друг друга, когда чувствуют запах крови.»
« Если мой котенок жив, русские подчистят свой собственный двор. Мне только нужно подольше играть идиота.»
********************************************
Конец 11 главы. 6 части. 2 книги.

17:34 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга. 6 часть. 8 глава.
9 декабря 2010 года
Дневник Гунтрама де Лиля.

**************************************


«««Александр подарил мне небольшой ноутбук на мой день рождения два месяца назад. Я не знаю что писать, потому что уверен, что всё что я напишу будут читать и изучать.
Так что нет особого смысла писать, дневники должны быть личными. Это не первый раз когда мои дневники читают. Что они ищут? Бываю ли я на горячих сайтах мальчиков или девочек? Мэйлы от любителей? Сейчас это уже не имеет значения.
С другой стороны, мне хотелось бы сохранить записи о том как растет мой сын.

Он был очень маленьким, когда родился, два месяца назад. Сейчас он уже вырос на 14см. Спит всю ночь напролет и улыбается вам, когда вы смотрите на него, и ваше сердце тает. Это потому что он по гороскопу «Весы».
Я уже сделал сотни эскизов своего сына.
Я был очень удивлен когда мне разрешили доступ к интернету. Но вскоре я понял как глупо было бы использовать его. Через какое время прочитают сообщение которое я пошлю, через час? Или два? Я боюсь последствий. Я никогда не прощу себе, если что-то случится с теми, кого я люблю.
Конор стал более активней чем раньше. Когда он родился, он бодрствовал только два или три часа в день, а всё остальное время он спал. Он очень много ест, но избыточного веса не имеет. Видимо потому что он родился очень маленьким. Погода становится всё более и более холоднее, это почему-то заставляет меня нервничать. Я боюсь выносить его на улицу, а ему нужно солнце чтобы расти здоровым. Александр говорит мне что большинство российских детей находятся в такое время дома. Просто нужно быть с ребенком у окна, чтобы солнце попадало на ребенка. Солнечного света более чем достаточно в моей студии, и это идеальное место, быть с ребенком во время работы.

Александр хотел чтобы я начал писать маслом, но я отказался, потому что запах краски вреден для ребенка и я вернулся к пастели, карандашам, и акварели. Он немного поворчал, но понял мои доводы и сказал, что если это из-за ребенка, то всё в порядке.
Хорошо что Конор рядом, когда я работаю. Много раз за последние две недели я видел как он просыпается ото сна, смотрит на меня и улыбается. Конечно он плачет иногда, особенно когда у него газы, но обычно он выглядит счастливым и очень любит когда его берут на руки.
Наши отношения с Александром очень изменились по сравнению с тем что было раньше, он очень нежен и заботлив по отношению ко мне и к Конору. Малыш любит когда он берет его на руки. Он очень много знает о детях и заботится о нас. Я люблю его, потому что он дал мне Конора, вопреки моим ожиданиям и он действительно любит его.
Перед моим днем рождения он стал приставать ко мне через Массаева, с этими дурацкими духами, которыми я раньше пользовался, только из-за того что они напоминали запах моего отца. Этот парфюм производили эксклюзивно в Милане. Каждая бутылка стоила сумасшедшие деньги!
«Ах, запах от Гуттенберга, производится с 1857 года»! Я пользовался ими, потому что они напоминали мне об отце, который оказался проклятой сволочью, и пусть засунут они эти духи...


— Если ты купишь эти духи, Александр, я заставлю тебя их выпить! Ими пользуется мой кровавый отец, а я ничего не хочу иметь с ним общего!,- Я очень сильно кричал на него и видимо потом он решил купить мне ноутбук, и он намного полезнее, чем этот пустой запах. Он сказал мне, что этот запах делал меня особенным, но меня это не волнует.

Я привыкаю к этому месту. Летом здесь горячий и душный воздух. А теперь здесь зима. Бесконечные белые равнины, на которые я смотрю когда еду в город. Я никогда ничего подобного не видел, это и пугало и восхищало. Берёзы стали серебристого цвета, это придает жуткую и волшебную атмосферу.

Когда я приехал я заболел тут воспалением легких, сколько одежды я бы не одел, я всё равно мерзну. Александр был целую неделю рядом со мной, не отходил ни на минуту. Я был настолько болен, что просто удивлялся его терпению. После этого мы стали гораздо ближе друг к другу.
Это был уже совсем не тот человек, которого я знал раньше, в Париже или тот с кем я переписывался. Ещё раз он стал моим другом, в котором я очень нуждался.
Чтобы быть честным появление Конора начало подавлять меня. Он мой маленький лучик света, но я никогда в своей жизни так не боялся, как боюсь сейчас нести ответственность за такую маленькую жизнь. Я- это все что он имеет, а мне почти нечего дать ему. Я не знаю, останемся ли мы здесь, или уедем через несколько лет, когда он сможет ходить в школу.

Александр говорит о его образовании, а потом жалуется, что здесь нет ничего подходящего для Конора. Он хочет чтобы Конор ходил в международную школу, где он смог бы выучить английский и русский языки и естественные науки.

Я постепенно привыкаю к персоналу дома. Нянька Галина- это огромная женщина, которая говорит только на русском языке, на местном диалекте, но она очень нежна с Конором и хорошо за ним ухаживает. Конор капризничает, если у него грязный памперс, и она часто их меняет. Есть ещё две горничные, Ольга и Ирина. Ольга убирает мою студию, спальни, столовую и кухню, Ирина- остальную часть дома и заботится об одежде. Она молодая, и по-моему у неё отношения с одним из охранников, Иваном. Есть ещё дворецкий, Дмитрий, но он в основном молчит и заботится о поставках. Почти все охранники, которые были с нами в Парагвае поменялись, остались только Дима и Иван Воршок. Новых охранников я не знаю, они держатся подальше от меня и Конора. Я думаю их пять или шесть, в общей сложности и они всегда уезжают с Александром, когда тот едет на встречи.

Александр сказал мне, что он больше не владелец компании, большая часть его денег наличными, находятся на Багамских островах, на острове Мен. Он купил два или три нефтяных участка, нефтедобывающей компании и ездит на заседания совета директоров. Он говорит, что это просто как хобби. Ещё он говорил, что заинтересован в добыче нефти канадским способом, путем фильтрации песка, если я правильно понял. Я ничего не понимаю в этих технических вещах. Летом он один раз брал меня на нефтяное месторождение. Оно было почти в 200 км. от дома. Мы были там три дня и я был впечатлен тем как добывают нефть и людьми, которые там работают. Александр очень изменился, когда попадал в среду рабочих, он вел себя не как надменный князек, а становился одним из них, не боялся испачкаться. В этом смысле я недооценил его. Я сделал там много рисунков углем, я был очень впечатлен людьми, которые там работают. Я так же был потрясен как они все загрязняют там, Александр сказал мне, что с экологической точки зрения, Сибирь очень загрязнена из-за процессов индустриализации. Ханты-Мансийск является исключением. Хорошо что заводы стоят вдали от города, в противном случае, он бы тоже был уничтожен, как и другие города в Сибири.

После этого у нас был круиз по реке Оби, почти 6 дней. Мне понравился пейзаж и тайга. Русские очень теплые люди, вопреки моим первым впечатлениям о них. Корабль останавливался во многих маленьких деревнях, и сельские жители всегда пытались продать нам свою продукцию.

Я никогда не представлял, что тайга может быть такой большой и одинокой, с таким бесконечным пейзажем. Люди, которые там живут щедрые, трудолюбивые, счастливые, страстные и большие, как медведи, иначе тайга может поглотить их. Я хотел посмотреть на болота, о которых мне рассказали там, но Александр сказал мне что это не возможно было сделать в это время года, без надежных спедств защиты. Он сказал, что комары могут съесть вас живьем за 10 минут. Я думал что он преувеличивает, но это было правдой. Облако огромных комаров нападает на человека и съедает его.

Я не ожидал, что Александр так впишется в крестьянскую среду, мне казалось что он будет себя вести с ними как царь с крепостными. Я был в шоке, когда он смиренно склонил голову перед старой женщиной в одном из сел. «Это поймет только русский,- сказал мне Константин,- Старая женщина- это символ Матери, символ Родины, в России.»

Обычно Александр путешествует первым классом, носит только брендовую одежду, а тогда он нанял обыкновенный корабль, даже не туристический. Он сказал что я должен увидеть и полюбить эту землю, такой какая она есть на самом деле, а лучшего способа для этого не найти. Я видел людей, которые несут все тяготы жизни, и все же они были по своему счастливы.
Я много рисовал в то время, когда вернулся из поездки, и маслом и акварелью.


Сейчас я часто езжу в Ханты-Мансийск с Конором за покупками или просто посещаю врача- педиатра, красивая женщина, училась в Штатах. Она говорит, что Конор в порядке. Доктор Свердлов посетил нас в середине ноября и привез генетические тесты Конора. И вроде бы он не унаследовал мою болезнь сердца. Я был так счастлив в тот день. Испытания проводились в Швейцарии и он здоров. Доктор Свердлов сказал, что мое состояние стабильное, и я не должен ничего принимать кроме бета-блокаторов в очень малой дозе. Это просто мера предосторожности,- сказал он, и я ему верю, потому что я чувствую себя лучше чем когда-либо. Я знаю что не могу играть в биатлон, но я полон энергии, могу быстро ходить, работать и не падать в обморок. Александр спас мою жизнь.

Он очень хорошо относится к ребенку. Это правда, что он может поменять подгузник и приготовить ему бутылку с питанием. Александр действительно любит Конора, он добр и внимателен к нам. Если вдруг ребенок заплачет среди ночи, он идет его проведать, проверяет, смотрит ли за ним няня. Он часто стоял с ребенком у солнечного окна в студии, пока малыш не засыпал, а потом шел работать.
— Ты собираешься оставить ребенка на полу?,- спросил я его однажды.
— Почему нет? Он не сможет упасть оттуда и мы не будем наступать на него. Это совершенно безопасно.
— Но это же жесткий, деревянный пол!
— Бред какой-то, дерево теплое, ковер мягкий как матрас. Большинство детей проводят на полу первый год их жизни. Ты никогда не оставлял своих детей на полу?
— Нет, у них были специальные стулья, или они находились в манеже,- сказал я шокировано.
— Пол полезен для его спины, спроси у врача, если ты не веришь мне. На полу он делает упражнения, мне не нравятся стулья, где дети привязаны к нему как заключенные, пусть барахтается на полу как ему хочется.
— Но пол грязный для ребенка!
— Федя, Ольга и Ирина моют пол каждый день, а ковры пылесосят и моют раз в неделю. Кроме того, в нем должна выработаться сопротивляемость к микробам. Ты хочешь чтобы он каждый день болел? Ты хочешь купать его каждый час и проводить дезинфекцию комнаты?

Я согласился с ним. Конор действительно любит быть на полу. Он более активен чем любой другой ребенок, которых я знал. В два месяца он уже хватал соску и возвращал её на место, если терял, и у него появилась сила в ногах. Его стали интересовать игрушки, Константин подбирал специальные цвета, и текстуру. «Дети умнее нас,- сказал он, если их держать в стеклянном сосуде, они вырастут слабаками.»

Его метод воспитания детей отличается от того, как воспитывали детей мы с Конрадом. Конрад был суров с мальчиками и держал их в рамках. Он никогда не позволил бы им быть на полу. Они могли сколько угодно играть и пачкаться в саду, но придя домой, они должны были переодеться и помыться. Я никогда не видел чтобы он купал детей или менял им подгузники, для этого были няни, слуги. У Александра не было проблем с этим. Он приносит Конора рано утром к нам в кровать и бывает с нами час или два, перед его работой. Но все-таки Диснеевских персонажей я не допустил в комнату Конора. Я заказал специальные развивающие ребенка игрушки из немецкого магазина. Я сделал серию эскизов для спальни Конора, а Александр поместил их в рамки.

Конечно я очень скучаю по своей старой жизни, но Александр сделал меня очень счастливым подарив мне Конора и восстановив моё здоровье. И сейчас я стою как бы на перекрестке двух дорог, чувствую, что я мог бы остаться до конца жизни с ним и стать ему хорошим другом, но я не смогу полюбить его так, как он меня любит. И меня это огорчает, потому что Александр заслуживает гораздо лучшего партнера чем я. Может быть когда-нибудь он встретит того, кто его полюбит так как он заслуживает.


***

Гунтрам закрыл ноутбук и вздохнул,- Может быть я написал слишком много, но мне нужно было это сделать. Наверно нужно удалить запись, но есть ли в этом смысл, все равно они всё восстановят.
Он оставил свой стол и вернулся к большому столу, где он обычно работал над эскизами.
Он не заметил когда Массаев зашел в его студию с Конором на руках. После поездки к врачу, он крепко заснул когда они возвращались в машине

— С ним все хорошо, но сейчас ему нужно поспать, - сказал Массаев, привлекая внимание Гунтрама,- Курагин скоро приедет домой, и вам нужно привести себя в порядок, ваши руки все в угле.
— Что?,- спросил ошарашенный Гунтрам
— Вы грязнее чем маленький школьник,- усмехнулся Массаев,- Не перенимай манеры своего отца, малыш,- сказал он ребенку.
Гунтрам посмотрел на свои руки и ужаснулся. Они были все в угле, когда он мог их испачкать, если он работал с пастелью, после того как писал в своем дневнике? Он замер, когда увидел рисунки выполненные углем, которые лежали возле компьютера. Он не помнил что он рисовал и когда.

— Я вымою руки, а потом возьму Конора,- сказал он и убежал из комнаты.
Держа ребенка на руках, Массаев подошел к столу и начал разглядывать рисунки выполненные углем. На них были изображены ужасные монстры поедающие живых людей и мертвые, гнилые трупы. Рисунки были полны темной, страшной энергией, что даже старый солдат содрогнулся.
Массаев прошелся по комнате и подумал, что послужило источником вдохновения, чтобы нарисовать этих монстров? Мы все думаем что он становится всё лучше и лучше, но мне кажется мы теряем его. Я должен поговорить с боссом, прежде чем он сможет навредить себе или кому-нибудь еще. Это не нормально.
Когда он услышал что Гунтрам возвращается, он отскочил от стола и принял равнодушный вид. Он отдал ребенка Гунтраму и кратко рассказал ему о состоянии малыша. Гунтрам очень внимательно слушал.
— А как ты, Федя, много работал?
— Не совсем
— Я смотрю много рисунков выполнены углем, это эскизы?
— Я не знаю,- ответил Гунтрам нервно, и Массаев понял что он лжет.
— Они интересные, но не то, что ты обычно рисуешь.
— Да, может быть, там надо много что исправить,- сказал он заикаясь
— Кто это?
— Этюды.
— Они похожи на демонов нападающих на людей, такое чувство, что ты изобразил ад.
— Может быть. Я не знаю на самом деле.
— Ты не знаешь?
— Просто вышло так. Я их выброшу. Это просто нонсенс.
— Шестнадцать иллюстраций? Когда ты успел сделать их? Их не было здесь вчера.
— Во второй половине дня, я думаю, вы же знаете, что я теряю счет времени когда работаю.
— Это было пять часов назад! Ты не мог за такое время столько нарисовать!
— Эскизы я рисую быстро.
— Я ничего не понимаю в живописи, но это напомнило мне, через какой ад я прошел когда служил в армии. Когда ты узнал об этом конкретном виде крис?- спросил он, указывая на треугольный церемониальный кинжал.
(Крис (либо керис) — национальный кинжал с характерной волнистой формой клинка.)
— Я не помню, может видел где-то в книге,- ответил Гунтрам нервно, он смотрел на рисунки листая их, и не мог вспомнить, когда он их рисовал. Отвратительные образы были тошнотворными,- Я помню что писал в ноутбуке, я не помню чтобы я рисовал их.
Массаев смотрел на удивленного Гунтрама и понял что он не врет, но он не помнит как это произошло.
— Ты не помнишь как рисовал их?
— Конечно не помню!- крикнул Гунтрам, и от его крика ребенок заплакал, он схватил ребенка и выбежал из комнаты.

««Не надо, мальчик, только не начинай снова. Я не верил, что попытка самоубийства была из-за лекарства. Ты болен очень давно, и хорошо скрывал это от нас. И даже от самого себя»»,- подумал Массаев, он собрал все рисунки, чтобы как можно скорее показать их Курагину.
*********************************************
Конец 8 главы. 6 части. 2 книги.

03:22 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2книга. 6 часть. 9 глава
5 декабря 2010 года
Цюрих.

*******************************


— Chaton, (Котенок.фр.) ты играешь едой, а уже ночь, тебе это не нравится? Скажи что не так?,- спросил Жан-Жак Алексея, который сидел задумавшись
— Нет, все вкусно, я просто нервничаю,- сказал он и стал запихивать пищу в рот.
— То что ты сейчас запихал себе в рот, 40 минут назад было суфле. Может тебе что-то другое приготовить?
— А пельмени у тебя есть?
— Ты хочешь лечь спать со всеми приложениями, которые прилагаются к твоему телу?,- ответил Жан Жак, лучисто улыбаясь,- Я сделал все возможное чтобы научить тебя манерам, Котенок.
— Ты был очень добр ко мне, Жан,- сказал серьезно Алексей, и Жан сразу перестал шутить.
— Ты что-то хочешь мне сказать?,- спросил встревожено Жан
— Ты сделал меня очень счастливым, и эти годы, что мы прожили вместе, были лучшими в моей жизни. Ты заставил меня забыть обо всем плохом что было в моей жизни. Но пришло моё время, чтобы вернуться и рассчитаться за всё.

— Ты кого-то другого встретил?
— Нет! Я люблю тебя!,- возмутился Алексей,- Это совсем другое. Я не знаю, смогу ли я тебе об этом сказать.
— А ты попробуй,- сказал огорченный Жан-Жак
— Я скажу тебе, но помни, ты должен держать это в тайне, никто, кроме Герцога, не знает об этом, даже Павичевич. Герцог тоже никому не скажет. Речь идет о Гунтраме.
— Ты знаешь где он??? -закричал Жан-Жак и поднялся со стула.
— Я не имею ни малейшего представления, где он есть, но мы знаем кто похитил его,- сказал Алексей почти шепотом.
— Чего же вы ждёте, почему не обращаетесь в полицию???,- крикнул повар.
— Мы сами его схватим. У нас больше ресурсов чем у полицейских. Полиция ничего не решит. Посмотри что они сделали с Герцогом! Они почти обвинили его в убийстве Гунтрама! Садись и слушай меня! Это очень серьёзно!
— Хорошо,- сказал Жан, быстро убрал со стола и сел на своё место,- Я тебя слушаю.
— Я приехал в Цюрих в 1996 году, но это ты знаешь. Я говорил тебе что я переехал сюда из-за коррупции в моей стране, но это не вся правда. Я вынужден был покинуть свою Родину. И я благодарен Герцогу за то, что он взял меня к себе под свою защиту и помог мне во всем.
— Он взял тебя под свою защиту?
— В России у меня были проблемы с очень влиятельными людьми. Я работал в КГБ, ты об этом знаешь,- сказал медленно Алексей,- Я был героем войны в Афганистане, имею множество наград, и мне пришлось бежать как бездомной собаке, чтобы спасти свою жизнь.
— Что случилось?
— После войны в Афганистане я стал агентом КГБ и стал работать в Центральной Азии. В 1990 году, когда Советский Союз развалился, генералы продавали всё по самой высокой цене, в то время, я встретил одного человека, торговца оружием из Санкт-Петербурга. Мы с ним сошлись. Ты понятия не имеешь как трудно быть гомосексуалистом в России. Это было незаконно до 1993 года, гомосексуалисты преследовались по закону и их отправляли отбывать наказание в ГУЛАГ. Они были низшей кастой, их называли "опущенные" и они подвергались всеми видами унижений. Моё начальство закрывало глаза на мои предпочтения, пока я использовал эти предпочтения чтобы служить своей стране.
— Ты хочешь сказать, что тебя могли посадить в тюрьму за это?,- спросил Жан, не веря своим глазам.
— Да, в соответствии со статьей 121. Большинство людей считали нас больными людьми и мы должны быть расстреляны,- сказал Алексей,- У меня были приключения и раньше, но никогда не было настоящего бойфренда до Константина. Он был образован, богат, хорошо выглядел, а мне было 25 лет. Мы стали любовниками. Я вернулся в Санкт-Петербург на менее рискованную должность. Мои начальники считали что это была хорошая идея, что я сблизился с этим человеком, и я должен был следить за ним и сообщать обо всех сделках. Он был восходящей звездой нефтяной промышленности и приватизации. Я делал свою работу, но я не обо всем докладывал своему начальству. Константин Репин не был простым торговцем оружия, он был одним из тех, за кем была реальная власть в России. Официально он был владельцем быстро растущей нефтяной компании в Сибири и конгломерат транспортной компании, но это было только внешнее прикрытие. На самом деле он был одним из самых мощных полевых командиров мафии. Я видел много ужасных и тошнотворных вещей, но я не хочу говорить об этом. Константин был беспощадным и кровавым как никто другой. Он должен был быть таким, чтобы его уважали его люди. Он никогда не скрывал что он был гомосексуалистом и у него было много мальчиков живущих с ним. Хоть мы и дружили с ним, мы всякий раз делили постель, когда оба этого хотели.
— Ты любил его?
— Я не знаю, может быть, но это не то же самое что у нас с тобой, Жан. Мы любили друг друга и хорошо проводили время в постели, но ничего серьезного. Я был не тем, что он искал в человеке, с которым он хотел бы остаться на всю жизнь и он для меня был не тем человеком.
— Почему вы расстались?
— Он пытал меня до смерти, когда он искал изменников внутри своей организации,- признался Алексей, он закрыл глаза и услышал сдавленный крик,- Это было не так уж страшно, по сравнению с месяцем пыток, который я провел у талибов в 1988 году, русские намного цивилизованней.
— Как он мог? Ты же был его любовником!
— Кто-то сообщил российским властям о большой поставке героина из Кабула и он попал под подозрение. Большая часть организации Репина во Владивостоке была разрушена менее чем за неделю. Его потери были ошеломляющие. Я полагаю его жена указала пальцем на меня.
— Его жена?
— Да, Ольга Федоровна, у них было четверо детей. Я думаю, она чувствовала во мне угрозу и хотела чтобы я умер. Репин всегда знал кто я и на кого работаю, я даже давал ему читать мои рапорты о нем.
— Как она могла сделать это?
— Потому что видела во мне соперника. Мой дядя купился на ее ложь и донес в полицию. Потом Репин расстрелял на моих глазах и дядю и моих родителей. Жена Репина тоже присутствовала при расстреле. Они погибли по моей вине.
— Ты никогда не говорил мне об этом,- сказал Жан-Жак, он встал, подошел к Алексею и прижал его голову к своей груди, и поцеловал его в лоб.,- Тебе надо было рассказать мне об этом раньше.
— Я просто не мог. Я не знаю почему, но Репин не убил меня тогда, и его помощник отправил меня сюда. Герцог спас мою жизнь, Жан, потому что в противном случае я был бы уткой для всех российских мафиози и офицеров разведки. То что прибыло в Цюрих в 1996 году, нельзя даже было назвать человеком, мое тело было изрезано и разорвано в клочья.
— Я думал что ты грустный, потому что тоскуешь по дому.
— Я был мертвым внутри, и когда ты первый раз пришел в дом Герцога, узнав что я русский сварил мне борщ, в тот вечер ты напомнил мне о моем доме. В тот момент я перестал барахтаться в своей боли, и когда я начал покидать свой ад, я ожил.
— Почему ты сегодня решил рассказать мне об этом?
— Из-за этого человека, Константина Репина, это тот который похищал уже Гунтрама однажды, он же и сумасшедший коллекционер, который скупал его картины,- Жан-Жак только смотрел на него, не понимая что Алексей пытается ему сказать,- Репин инсценировал свою смерть и похитил Гунтрама.
— Откуда ты знаешь?
— Я не могу сказать тебе это, но ты должен понять, почему я должен уехать, мне нужно найти Гунтрама и вернуть его домой.
— Почему ты???-
— Потому что я в долгу перед Герцогом. Я могу пойти туда, куда они не смогут. Я не могу взять с собой Павичевича и его людей, они мне будут только мешать. Я не нуждаюсь в них, я всегда работаю один.
— Ты хочешь чтобы тебя убили? Ты не можешь сделать это в одиночку.
— Я всегда работаю в одиночку. Я никогда не был частью какой-либо команды. Линтрофф знает об этом. Никому ничего не говори. Помни, об этом знает только Герцог и я, теперь ты. Я не мог не сказать тебе об этом. То что будет там происходить, не должно затронуть Герцога, поэтому я, как будто бы уволился от Герцог. Репин жив и прячет где-то Гунтрама против воли. Я не знаю что я найду, но я должен попробовать. Всё что мы делали до сих пор- мусор! И это сводит меня с ума. Вот по этому адресу электронной почты ты можешь писать мне только в экстренных случаях. Я вернусь. Верь мне.

5 декабря 2010
Женева.


Мишель Лакруа не мог работать и даже не мог читать дело которое лежало перед ним. Он поднялся со стула, чувствуя тяжесть и усталость.
Говорить с Линтроффом бесполезно. Его люди вернулись с пустыми руками. Они не смогли узнать даже новое имя Репина или какое-нибудь его новое сообщество. Он исчез, забрав Гунтрама с собой.
Что делать если он умер? Линтрофф убежден в этом. Гунтрам был очень болен и пережил похищение.
Николай и Чано использовали моего мальчика, а я даже не знал об этом.
Его телефон запищал очень тихо и он нажал на кнопку селектора:
— Господин Линтрофф просит аудиенцию с вами, но у него не было предваритель...
— Пригласите его, Аннет
Секретарь открыла тяжелую деревянную дверь и Конрад вошел в комнату, гордо, как обычно.
— Это сюрприз, увидеть вас здесь, Герцог,- приветствовал его официально Мишель,- Пожалуйста, садитесь.
— Благодарю вас, господин Лакруа, я по делу.
— Есть ли у вас какие-либо новости о моем сыне?
— Все усилия которые мы предприняли были бесплодными.
— Если бы вы приняли моё сотрудничество, мы бы достигли что-нибудь. Согласитесь, у нас выше юридические способности
— Ну, в таком случае мы вам не нужны, ищите параллельно. Но я пришел к вам по другому вопросу
— Я слушаю вас, сэр.- сказал Мишель пытаясь скрыть свое раздражение и ненависть к человеку, который украл его ребенка.
— Я нашел несколько страниц из старого дневника Гунтрама, и я хочу предоставить правовую защиту в ситуации, которую он описывает,- сказал резко Конрад, он вынул из пальто какие-то бумаги и передал их Мишелю,- Это копии, оригиналы у меня.
— Что это?
— Это часть дневника Гунтрама
— Вы когда нибудь слышали о праве на частную жизнь? Есть ли у вас хоть какое-нибудь уважение к моему сыну?
— Этот же вопрос я могу задать и вам, когда вы использовали дневник своего сына, и к вашему сведению я глубоко уважаю Гунтрама.
— К моему ужасу мой сын всегда был верен вам, несмотря на то что вы этого не заслужили.
— К моему ужасу, ваш сын так же был верен вам, хотя вы втрое не заслужили этого, торгуя своим сыном!
Адвокат предпочел игнорировать банкира и читать страницы.

«««Сегодня в Financial Times я прочитал об аресте Шарля де Фобур в Нью Йорке. Мне показалось что я уже слышал где-то это имя, но его лицо мне ни о чем не говорило. Обвинения против него были выдвинуты почти такие же как те, которые были против Maddoff- самого успешного вора в истории. Человек украл у своих клиентов 4.7 миллиарда долларов используя низкокачественные ипотечные кредиты, опционы, ЦДФ и тому подобное.
Почему-то это имя вертелось у меня в голове и я посмотрел его в Гугле. И там я нашел его. Оказывается он был вторым мужем Марианы фон Лихтенштайн, отчим Конрада.
На фотографии его выводили в наручниках из кабинета. Американцы любят драматизировать, как будто шестидесятилетний старик сможет убежать.
Мне стало как-то не по себе, я понял что это устроил Конрад. Разорил свою мать, чтобы у неё не осталось ничего, ни денег, ни чести, ни имени, ни семьи.
Это была его месть, за то что произошло между нами.
Мариана фон Лихтенштайн - ведьма! Эта стерва разрушила мою жизнь! Я чуть не умер в тот день, у меня был сердечный приступ. Милан и врач, который случайно был в том ресторане, спасли мою жизнь. Из-за неё я живу в аду!
Я знаю что это не по мужски и не по христиански, но я набил бы ей морду. Из-за неё я потерял всё что любил в этом мире. У меня была семья, о которой я всегда мечтал и человек которого я любил безоговорочно! Я принял весь мусор, который окружал Конрада и на всё закрыл глаза, потому что любил его.
Я знаю что эта ведьма провела его через ад в детстве. Фридрих рассказал мне их историю и я ему верю, да черт возьми, я видел какая она гадина.
Но она его мать, не сейчас, но возможно через много лет он может пожалеть что сделал это, и рана в его сердце станет больше. Я не хочу чтобы он страдал и ему было больно.
Он должен простить её и жить дальше, но он не хочет её прощать. Много раз раньше я просил его забыть о ней и он это сделал, пока это гадина не ударила нас как торнадо.
Он бы никогда не сделал этого раньше. Он должен закрыть эту главу в своей жизни. Я знаю что она не изменит к нему своего отношения. Я не хочу чтобы она могла ему снова причинить боль.
У меня только одно желание, чтобы Бог вернул время назад и Конрад никогда бы не встретил моего дядю Роджера, больше ничего.
Может быть я сумасшедший, но я беспокоюсь о нем. Вся эта ненависть съедает его...и я. Я не могу ненавидеть его. Как можно ненавидеть человека, которого ты любил? Но я не могу его простить. В некотором смысле я ужасно переживаю за него. Всю свою жизнь Конрад искал кого-то, кто смог искренне полюбить его, но все отвернулись от него, сначала его мать, потом отец, который никогда не заботился о нем как о сыне, дядя Роджер, который использовал его слабость в свою пользу. И наконец появился Гунтрам, который обещал быть с ним до конца жизни и пнул его больнее чем все остальные.
У нас неблагополучная семья, и я боюсь что мальчики будут страдать от этого.
Я люблю его, и даже если разобью свою голову о стену, перед смертью захочу увидеть только его. Мне больно, потому что больно ему.»»»


Мишель свернул страницы и бесстрастно посмотрел на Конрада:
— Ну и что я должен понять из всего этого? То что он был одурачен вашими выходками и все равно любил вас? Теперь я должен дать вам свое благословение?
— Нет, ничего альтруистического я от вас не жду,- сказал Конрад с едва скрытым презрением,- Я хочу чтобы вы исправили ошибку, которую ваши, так называемые друзья, заставили меня совершить. Вопреки убеждениям Гунтрама, у меня не было никаких нерешенных вопросов с моей матерью, пока вы не стали подпитывать войну против меня. Меня не волнует, чья это была идея, ваша или Роджера. Единственно что я хочу чтобы вы исправили то, что я сделал с Фобуром.
— Боюсь что всё это время он сидит в тюрьме.
— Подайте апелляцию и выплатите залог. Вот здесь достаточно средств, чтобы покрыть ваши услуги и залог,- сказал Конрад, и достал из кармана своего пиджака небольшой Пендрайв,- Позвоните в банк, если вам нужно больше средств.
— Хотите чтобы я подчищал после вас?
— Нет, вы уберете после себя, сэр. Если Гунтрам хотел чтобы я не мстил своей матери, я похороню топор войны ещё раз. А она должна прекратить обливать его имя грязью. Это меньшее что я могу сделать ради его памяти.
— Ради его памяти?
— Мы оба знаем что он не вернется, сэр,- сказал Конрад,- Вы дважды разрушили его жизнь. Подумайте о том сколько боли вы нам принесли. Моя мать думает что это по его вине я уничтожил его мужа, в её представлении Гунтрам был ничтожеством, вроде панка. В память о вашем сыне, я думаю вы захотите очистить его имя от наветов.
— Хорошо. Я сообщу вам о результатах,- сказал Мишель после паузы.
— Нет. Я не хочу больше ничего от вас слышать. Я сообщу вам если у меня появятся какие-нибудь новости о Гунтраме. Для меня вы мертвы, как и Роджер. Наслаждайтесь своей новой жизнью,- сказал Конрад и вышел из кабинета.

10 декабря 2010 года.
Ханты-Мансийск.


Эскизы в беспорядке лежали на столе Константина, и он молча разглядывал их.
— Ты утверждаешь что он сделал это вчера?,- спросил он Массаева
— Да, сэр, вчера я впервые увидел их.
— Они впечатляют, действительно отличные. Я мог бы только с ними смонтировать выставку. Почти как Френсис Бэкон, но с силой и мастерством Гойи. Настоящая Вальпургиева ночь.
— Мне кажется что в этом что-то серьёзное и тонкое,- сказал Массаев,- Федя не помнит когда он сделал их, и сам растерялся когда их увидел.
— Некоторые художники работают почти в трансе, не каждый мастер сможет так нарисовать,- пожал плечами Константин.
— Может быть, но они не пытаются убить себя,- огрызнулся Массаев,- С ним это происходит все чаще и чаще. Обычно он уходит в себя на несколько минут. А в этот раз это было в течении пяти часов. Изображения очень сильные. Что если они станут в какой-то момент реальностью? Что если они вступят в реакцию в момент его транса? Это явно психотический эпизод.
— Я не знал что члены французской армии были такими сведущими в психиатрии.
— Я не психиатр, но я много раз видел людей в боевой обстановке.
— Если он рисует это, он просто берет образы из памяти. У него нет оснований нервничать. У него есть ребенок, и он решил для себя что останется здесь.
— Я думаю что мальчик был болен в течении длительного времени, возможно с того времени как умер его отец. И только железная воля и образование удерживало его от самоубийства. Теперь, когда он стал настоящим отцом, напряжение достигло предела и он взорвался. У него все признаки человека который на грани. Ты знаешь что он в состоянии сопротивляться, если чувствует что загнан в угол. Теперь я верю в историю, когда он выстрелил в голову Линтроффа. Я боюсь что он может навредить себе или ребенку.
— Гунтрам никогда не тронет своего сына,- крикнул Константин,- Конор и мой сын тоже!
— Я не говорю что он сделает это нарочно,- крикнул Массаев,- Он не в себе иногда. Что если он примет ребенка за одного из этих страшных созданий? Вы никогда не слышали что люди убивали своих детей будучи одержимыми? Их признают психами, а дети лежат в могиле.
— Что я должен сделать? Застрелить его?
— Нет. Но и игнорировать это тоже нельзя
— Тогда делай свою работу! Будь все время рядом с ним, убери всю опасную посуду из студии. Купи ему эту чертову точилку для карандашей, убери темпер. Не оставляй его одного с ребенком! Этого достаточно чтобы успокоить тебя?
— Да, сэр.
— Свободен!

Массаев злобно посмотрел на босса и поднялся со стула. «Мои опасения? Ты думаешь то же самое, но не хочешь этого признавать». Не говоря ни слова он вышел из комнаты.

После того как Константин остался один, он уткнулся лицом в свои руки, потом глубоко вздохнул и выдохнул.
«« Массаев преувеличивает, но это не первый раз когда мой ангел вредит себе. Он всегда был нервным и депрессивным. Этот проклятый француз прав, железная воля и образование сдерживали его. Он никогда не теряет его, другие бы кричали или боролись как сумасшедшие. Когда я встретил его в первый раз, я увидел очень вежливого и воспитанного мальчика. Под предлогом того чтобы быть социально адаптированным, он отдалил себя от общества. Может быть он увидел меня и даже понял что я от него хотел, но он вытолкнул меня из своего мира, поскольку не хотел иметь трещин внутри своего мира. Линтрофф сказал мне однажды когда мы спорили из-за него. «Он не для вас, вы никогда не сможете построить сеть, которая должна быть вокруг него.» Я думал что он имеет в виду тюрьму, которую он построил, для того чтобы держать его подальше от меня, но на самом деле он имел в виду - сеть, вокруг него самого, чтобы держать его в безопасности от остального мира.
Мой ангел погибает встретившись с реальным миром. Массаев прав, но если его опять подсадить на лекарства, весь его талант будет уничтожен. Я не хочу химически накачанную куклу. Надо быть с ним более осторожным и усилить контроль. Может быть это просто родительский кризис?»»
Константин посмотрел в окно и увидел Гунтрама гуляющего с ребенком и няней.
«« Я построю другую сеть для него. Я смогу это сделать.»»

24 декабря 2010 года.

— Я думал что русские не празднуют католическое Рождество,- Гунтрам с ребенком на руках обошел елку установленную в гостиной, украшенную серебристыми и красными шарами.
— У русских Рождество немного позже, в январе, но мне хочется подарить Конору подарок,- ответил Константин с улыбкой.
— Это то, что больше всего любят дети в Рождество.
Константин наблюдал как Гунтрам показывал Конору игрушки на елке и они смеялись.
««Когда мы с ним все время, он не впадает в свой транс, может ему нужно чтобы были люди вокруг? Ребенок делает его очень счастливым.»» Он обнял Гунтрама и спросил:
— Тебе нравится, ангел?
— Какой-то ты задумчивый сегодня, Александр, и мне и Конору нравится елка.

— Десерт готов, Ольга?,- спросила Ирина
— Почти. Что там происходит?
— Все хорошо, хозяин и Федя с мальчиком очень довольны. Очень красивая елка.
— Я посмотрю что ты скажешь когда будешь подметать иголки,- Поднос готов.
««Босс обожает ребенка своего любовника, которого он привез из Москвы. Не каждый мужик примет любовника с ребенком, Федя должен молиться на него.»»

Гунтрам смотрел на спящего сына и поражался как он меняется изо дня в день. Я не успеваю даже сделать его наброски. Он подошел к кроватке и поправил одеяло.
— Эй, ты ещё здесь?,- Гунтрам аж подпрыгнул от испуга,- Ты сказал что только посмотришь на сына, а прошло уже 40 минут.
— Я только поправил одеяло.
— О Коноре хорошо заботятся, ангел, пойдем в гостиную, еще рано спать.
— Тут всегда так холодно?
— Это Сибирь, ангел. Сегодня только -15
— Для меня это много.
— Может быть, но в доме будет тепло, поверь.
— Я никогда не видел столько снега.
Константин сел на диван и жестом пригласил Гунтрама.
— В такую погоду люблю смотреть на огонь в камине, это успокаивает,- и положил голову Гунтрама себе на плечо.
*************************************
Конец 9 главы, 6 части, 2 книги.

21:16 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга. 5 часть. 21 глава
4 марта 2010 года.


**************************************
Завязывая галстук перед зеркалом Гунтрам ухмыльнулся мерой доверия оказанной ему. Сегодня ему выдали галстук и обувь со шнурками. Он расчесал свои волосы, которые сильно отросли, но Константин не разрешал их стричь, он любил пальцами запутываться в них, протестовать было бессмысленно, потому что жизнь моих мальчиков зависит от моего хорошего поведения.
Фотографии Конрада, мальчиков и Эберхарда всплыли в памяти, в последнее время Константин использует их в качестве мишени.
«Почему Конрад сменил меня на Эберхарда? Разве он не мог подождать? Он должно быть подумал что я умер, в некотором смысле так оно и есть. Сегодня вечером должно быть полегче. Александр доволен моей работой, которую я сделал вчера и сегодня утром. Вероятно он захочет поговорить об этом. Я смогу управлять им. Я должен все вытерпеть. Ради моих мальчиков. Я все равно вернусь к Конраду и к моим мальчикам. Им уже почти по шесть лет, как я скучаю по ним.»

Он надел бежевую куртку и вышел в гостиную ждать Константина. Сев на диван, он стал листать книгу и вздрогнул, когда Константин, погладил его по щеке, но успокоился и выдавил из себя улыбку в ответ на его ласку.
— Добрый день, Александр- сказал он формально, опыт показал ему, что Константин был более щепетильным в отношении этикета.
— Привет, мой ангел. Пойдем обедать?- сказал он, и опять погладил его по щеке, чтобы вызвать еще улыбку, Гунтрам улыбнулся, чтобы не злить его,- Я завтра уеду рано утром, и буду отсутствовать неделю или около того,- в этот раз Гунтрам улыбнулся естественнее, и поднялся с дивана чтобы идти с столовую.


Во время обеда, Гунтрам почти не разговаривал и съел все, что было у него на тарелке. Он сосредоточился на рассказе Константина, о выставке его фонда в Париже, и вдруг услышал шум машин припарковавшихся у входа, и это привлекло его внимание. Он услышал бурную дискуссию у входа, и шаги, которые приближались к столовой. Он посмотрел на Константина, который сидел в своем кресле с жестоким выражением на лице, как хищник, готовившийся к атаке.

— Эй, русский, ты с ума сошел?- кричал смуглый мужчина, видимо латиноамериканец, с сильным акцентом, - Сербы режут всех нас на куски из-за этой суки,- двое других вооруженных латиносов вошли за ним следом, он подошел к юноше с угрозой, - Избавься от него!- двое других на испанском языке кричали, что крестоносцы убивают всех без разбора из-за этой сучки и что им надо отдать её им.
— Садись, Эстевес, я не люблю когда ко мне приходят без приглашения, - сказал спокойно Константин невпечатленый их видом.
— Мы обеспечим тебе другое тело, которое ты можешь трахать, а этого надо отдать!- ревел латинос и подошел к Гунтраму, который смотрел на него со смесью благоговения, надежды и страха.
— Ну, конечно, твой английский оставляет желать лучшего, как и твои манеры. Садись, и мы обсудим ситуацию.
— Убирайся с моей земли! Я верну эту суку, пока сербы всё тут не сожгли! Они не уважают ничего! Они вешают на деревьях наших детей как предупреждение! Наших детей!
— Они только пугают. Я очень хорошо их знаю. Скорее всего они убили их безболезненно, и разыгрывают шараду, чтобы напугать вас!
«Конрад здесь? - подумал Гунтрам, не веря своему счастью, - Бог в помощь, сеньор! Обман всегда выйдет наружу!»
— Дерьмо! Курагин, отдай нам мальчика и смывайся отсюда, пока мы тебя не убили!
— Иди с Массаевым, ангел, тебе не надо на это смотреть, - сказал Константин на французском языке, - Сейчас!


Гунтрам попытался встать, но латинос схватил его за шею и приставил нож к артерии. Сердце Гунтрама остановилось и он с ужасом наблюдал как его спаситель за секунду превратился в палача.
— Эта сука вызвала войну! Гребаный Орден убивает всех на своем пути! Я даю тебе два дня чтобы ты убрался отсюда!
— Отпусти Гунтрама, пока я не потерял терпение, Эстевес,- сказал спокойно Константин, продолжая есть закуски, - И покинь мой дом!

Наркобарон смотрел на русского в неверии, никто и никогда не осмеливался ослушаться его приказа или бросить ему вызов в присутствии его людей.
— Русский, ты...- начал говорить Эстевес, но не смог закончить фразу, нож молниеносно пролетел через стол и вонзился в его глаз, мгновенно убив его.
Гунтрам отскочил от падающего тела и закрыл глаза, услышав два выстрела, которые прозвучали за его спиной.
— Я сказал тебе уйти, ангел, не говори потом что я тебя не предупреждал,- сказал Константин ровным голосом.

Гунтрам смотрел на него в ужасе, во рту была горечь, он пытался восстановить рваное дыхание, но ему это не удавалось и он смотрел на Константина, лицо которого не выражало никаких эмоций.
— Пойдем, мальчик, тебе не нужно здесь быть, - услышал Гунтрам Массаева, который с большой осторожностью подбирал слова,- Закрой глаза, огнестрельные ранения в голову не приятно видеть, я отведу тебя в твою комнату.
Гунтрам сделал так, как ему сказали и крепко зажмурил глаза, делая всё возможной чтобы отбросить образ глубокого удовлетворения на лице Константина. Рука Массаева обхватила его за талию, чтобы он не споткнулся о тела лежащие на полу.
Доктор Свердлов присоединился к ним в коридоре и сказал чтобы они пошли в спальню, ему нужно осмотреть пациента и дать ему успокоительное и юноша был благодарен ему. Он хотел забыть отвратительную сцену.
Слова покойника дали ему надежду, что Конрад ищет его. Как в тумане он слышал голоса, которые говорили ему лечь на кровать и он позволил врачу осмотреть его. Он почувствовал укол в руку и как Массаев переодевал его в пижаму. Его сердце разрывалось от радости, он понял что все они врали ему, его Конрад не заменил его, он любит его по прежнему.

***

Люди Константина старались побыстрей убрать тела, прежде чем босс вернется снова, он был свиреп как никогда.
«Бедный мальчик, я не хотел бы быть на его месте сегодня вечером- подумал один из них- Босс сошел с ума, как никогда.»
— Дима, заберите эти два трупа побыстрей, и сбросьте их в яму, - приказал ему Массаев.
— Михаил Петрович, мы должны уйти отсюда сегодня вечером,- сказал один из них боязливо.
— Курагин пока ничего не говорил по этому поводу. Пусть здесь всё уберут и удвоить меры безопасности. Никого не подпускать ближе чем на 4 километра. Стрелять чтобы убить, а не ранить, и активировать все мины.
— Хорошо, сэр! - ответили они в унисон.
Массаев бесстрастно посмотрел на следы крови. «Хорошо, что пол мраморный, древесина бы испортилась. Тупые колумбийцы. Пара столкновений с крестоносцами и они от страха разбежались.»
— Мистер Курагин?- спросил он вежливо, видя что босс не в настроении,- Гунтрам спит, рана на шее поверхностная.
— Спасибо, Массаев.
— Мне начать упаковывать вещи?
— Нет, мы останемся здесь.
— При всем уважении, сэр, но они будут мстить.
— Я рассчитываю на это. У них небольшая группа. Они нападут на нас и мы их уничтожим. После этого мы уйдем отсюда. Переместите Гунтрама в мою спальню. В случае нападения вы знаете что делать.
— Хорошо, сэр.
— Кажется Линтрофф начал нас атаковать, - сказал Константин с ухмылкой.
— Не Линтрофф, это Павичевич, вешать детей на дерево, это его визитная карточка. Ходят слухи, что он был как сумасшедший, когда погиб его младший брат. Говорят , что он расчленил кого-то из высших руководителей Аргентины.
— Наказание за предательство, Массаев. Линтрофф никогда и никому не прощал предательство, это его визитная карточка. Он считает что его маленькие ягнята восстали против него, и уничтожил почти весь преступный картель в Аргентине. Предвижу новый подъем поколения, после того как крестоносцы закончат здесь. Эйзенштейн не был настолько не прав, когда он говорил что тевтонские рыцари бросали младенцев в костер, - глумился Константин.
— Александр Невский мог разгромить тевтонцев только на своей земле, но не за границей.
— Ты прав Массаев, пора возвращаться домой. Линтрофф уже убил масонов, так что никто не знает про нас.
— А Лакруа? Он сбежал, сэр, - сказал Массаев, - Он опасный человек.
— Он исчерпал свои ресурсы на Линтроффа. То что у него есть в личном состоянии, недостаточно чтобы напасть на нас. Он никогда не пойдет к Линтроффу за помощью. «Дорогой Конрад» казнит его на месте, когда узнает что он продал своего сына второй раз.
Массаев покинул гостиную, а Константин встал и направился в спальню, чтобы поспать несколько часов, прежде чем начать сборы для возвращения к новой жизни в России.

***

Четыре дня прошло после той ужасной ночи, а Гунтрама всё мучили кошмары. Он совсем не мог спать. Пилюли которые прописал врач были бесполезны и он жил в состоянии страдания смешанной с радостью, потому что он был уверен что Конрад ищет его, как сказали те колумбийцы. Он понял что он где-то в Южной Америке, и если они переедут в более цивилизованное место, он сможет сбежать и обратиться к властям.
Он был в ужасе когда увидел каким способом Константин убил человека. Он обучался в КГБ, как сказал Алексей. Теперь он еще больше опасался за жизнь своих мальчиков.
Очень осторожно он встал с кровати и подошел к окну, сев на подоконник он стал вглядываться в темноту, как делал всегда, когда не мог заснуть. Он знал что Константин мониторил его, но не обращал на это внимания. Прижавшись лбом к холодному стеклу, он пристально вглядывался в темноту, но ничего не видел. Он попытался вспомнить лицо Конрада, но черты лица его были размыты, он помнил по отдельности нос, рот, глаза, но соединить их вместе не получалось. Он не смел делать эскизы детей, только потихоньку делал их наброски и прятал в куче бумаг.


Мощный взрыв ракеты взорвавшейся возле дерева, не далеко от него сбросил его с места где он сидел, но стекла выдержали взрывную волну. Гунтрам увидел как Константин прыгнул на него, прикрывая его своим телом и крикнул в ухо:
— Не вставай и ползи за мной, - он попытался сопротивляться, но почувствовал как тот прижал ствол оружия к его телу
— Не глупи, Гунтрам, это не Линтрофф, это мои бывшие соратники. Пойдем со мной, и не звука, если ты хочешь чтобы эти маленькие ублюдки были живы.

Дом интенсивно обстреливали со всех сторон, удивительно, но ни одно стекло не разбилось.
Гунтрам пополз за Константином к одной из дверей шкафа, которая всегда была закрыта. Константин открыл дверь ключом, за ней оказалась дверь, как сейф, он набрал защитный код и дверь открылась, а за ней был лифт.
— Спускайся вниз, там тебя встретит Массаев, следуй за ним и ни звука, и не пытайся убежать, - сказал Константин, прежде чем толкнуть его в лифт, после этого дверь закрылась сама по себе.
Оставшись с маленьком купе, Гунтрам думал что он все же сможет убежать, но дверь открылась и его встретил Массаев с одним вооруженным бандитом.
Без всяких церемоний, Массаев схватил его и потащил по бетонному коридору, его ноги заплетались в безумной спешке, дыхание участилось. Гунтрам остановился от сильной боли в груди, он вырвался из рук Массаева и прислонился к стене, не в состоянии идти дальше. Человек который был с ними, стал ругаться на русском с Массаевым, тогда он схватил Гунтрама за лицо и разжав ему челюсть сунул туда таблетку и заставил её проглотить. После этого Массаев, взял руку Гунтрама и перекинув через свою шею, второй за талию, потащил его дальше, но Гунтрам не смог идти.
— Я не думаю что он сможет пройти два километра туннеля, он слишком слаб и возбужден, - сказал Массаев, - Давай, Гунтрам, нам надо идти, мы не можем здесь остаться
— Идите.
— Ты же знаешь, что нам надо идти, просто тут немного далеко, в конце нас ждет автомобиль, и потом в аэропорт. Мы полетим домой, мальчик.
— Домой?- спросил Гунтрам, делая всё возможное чтобы прийти в себя.
— Да, мы едем домой, Курагин позаботится обо всем, - Массаев должен был успокоить мальчика, и ему пришла мысль, что Гунтрам подумал что мы собираемся отправить его к Линтроффу, и он не стал его в этом разуверять.

Гунтрам собрал все силы и быстро, как мог пошел по туннелю.
Свежий воздух, который ударил ему в лицо, сказал ему, что они в конце пути, он сделал глубокий вдох, чтобы преодолеть последние сотни метров.
— Он на пределе, нам придется нести его, - сказал Массаев, и едва успел подхватить Гунтрама, который рухнул ему на руки.
— Черт!- выругался русский
— Помоги мне. Сможешь понести его? - спросил Массаев, тот фыркнул, но отдал свое оружие Массаеву и взял мальчика на руки.
— Господи! Он не весит ничего. Вы что, не кормите его вообще?
— Попридержи язык, Дима!, - проворчал Массаев и пошел быстрее к выходу.

***

Колумбиец подумал как не прав был его босс, если думал что легко сможет уничтожить этого русского мафиози второго уровня. Он был единственным выжившим из команды почти в двадцать человек.
— Ну что, после смерти своего хозяина вы решили напасть на меня?- мурлыкал Константин как кот, которого держал на руках, - Унесите отсюда Сашу, Михаил Григорьевич, бедное животное, с него достаточно на сегодня, - сказал он и бросил кота в руки мужчины. - Я не люблю когда меня будят по ночам, мои люди могут подтвердить это, - продолжил он - Кто вас послал?
— Никто.
— Сделайте себе одолжение и говорите, даю вам еще один шанс. Кто вас послал?
— Никто
— Как хотите, вы не получите милость от Ордена когда я закончу с вами,- беззаботно сказал Константин, колумбиец плюнул ему в лицо в надежде на скорую смерть, - Как грубо-засмеялся Константин- Что тебе нравится больше, - вода, нож или веревка?- спросил он игриво и его люди побледнели.

***

— Видите, Михаил Григорьевич, они всегда говорят, даже если им нечего сказать, - сказал Константин, бесстрастно наблюдая результат своей работы над телом, - Жаль что они не выдерживают больше двух часов.
— Они не общались с Линтроффом, это местные разборки, - тихо сказал Михаил, и его затошнило, от вида расчлененного тела. « Это слишком уже, всё таки живое существо.»
— Бросьте все тела в кислоту, чтобы не было признака их присутствия здесь.
— Хорошо, сэр.
— Павичевич усердно работает в последние месяцы, он стал более творческим в последнее время. Вы когда-нибудь слышали чтобы кто-нибудь заставил проглотить ядовитую лягушку живьем? Бедное животное. Медленная, мучительная смерть от паралича, при этом человек остается в сознании.
— Сумасшедшие сербы! Колумбийцы должно быть отчаянно скрываются от них.
— Он привез сюда всех своих друзей, чтобы поиграть всем вместе. Настоящее сербское вторжение, - сказал Константин- Мы возвращаемся домой сегодня.
— Я рад слышать это, сэр.
Не обращая внимание на истерзанное тело лежащее на полу его подвала, Константин пошел в мастерскую чтобы собрать свои бумаги. Он открыл сейф и забрал конверт с его паспортом и сертификатами, и паспортом Гунтрама, выписанный на имя Федора Николаевича Тарасов. Имя Федя, подойдет моему ангелу.

***

Массаев должен был сказать водителю автомобиля чтобы он стоял ближе. Гунтрам вышел на обочину дороги шатаясь и тяжело дыша.
— Пожалуйста потерпи, мальчик, до аэропорта осталось около часа пути,- утешал он его, потирая ему спину.
«Свердлов сказал что при первом симптоме сердечного приступа нужно облегчить давление на сердце. Пожалуйста, пусть это будут только нервы»
— Как вы себя чувствуете, Федор?
— Что?- спросил Гунтрам, делая все возможное чтобы восстановить дыхание, он заметил Ланд Ровер стоящий в двадцати метрах на дороге и водителя, который стоял рядом и курил прислонившись к ней.
— Федор- это ваше новое имя, мы можем называть вас Федя, если вам так больше нравится.
— Это не моё имя!
— Это только пока мы не вернемся домой, мой мальчик. Помните об этом, мы не хотим проблем с местными властями.
— Я не русский! Я даже не говорю по русски.
— И не нужно, молчите, мы будем говорить вместо вас. Имейте в виду, если вы попытаетесь обмануть меня, Курагин будет вами не доволен.
— Отпусти меня, пожалуйста.
— Федор, будь спокоен, и не доставляй нам неприятности. Вы слишком больны чтобы спорить. Идите в автомобиль и смените свою одежду.

Гунтрам толкнул Массаева и попытался убежать, но Массаев схватил его и наотмашь ударил по лицу так, что Гунтрам отлетел и упал на землю.
— Не перечь мне, Федор- прошипел Массаев и поднял его на ноги, - Одевайся и веди себя прилично, если хочешь чтобы твои маленькие ублюдки остались живы.
— Маленький боец, да?- усмехнулся Дима, видя что все еще расстроенный Массаев тащит Гунтрама обатно к машине
— Не говори Курагину.
— Он сам увидит, смотри что ты сделал с его лицом, у него кровь из носа хлещет
— Быстро переоденься!- рявкнул он мальчику, который боязливо стоял у машины, - Напрасно надеешься, Гунтрам, никто не придет и не спасет тебя. Как переоденешься, дай сюда мне свою пижаму.
— Гунтрам знал что бесполезно бороться с Массаевым и полез в машину переодеваться. Он нашел в сумке свою одежду и переоделся. Гунтрам вышел из машины, чтобы отдать пижаму Массаеву, придерживая носовой платок у носа, из которого всё еще шла кровь.
— Покажи мне свою левую руку, Федор,- мягко сказал Массаев и Гунтрам неохотно подчинился.
Молниеносно, Массаев схватил его больную руку и полоснул ножом по запястью и оттуда брызнула кровь.
Дима выругался и бросился к старику, в то время как Гунтрам взвыл от прострелившей его боли и прижал руку истекающую кровью к груди, но Массаев удержал его на месте.
— Вытри его кровь пижамой,- приказал он водителю
— Ты свихнулся?! Он может умереть от потери крови!- кричал Дима, но сделал то, что было сказано.
— Он будет в порядке, нет ничего страшного. Он истекает так сильно кровью из-за препаратов что он принимает. Принеси аптечку и полиэтиленовый пакет, но не прикасайся к нему без перчаток- сказал он Диме на русском языке.
— Давай, Гунтрам, заткнись, надоело с тобой нежничать, кончай выть как маленькая девочка. Твои друзья похуже делают чем это!
— Ты животное!- Гунтрам взревел от боли,но не смог выдернуть больную руку.
— Я просто хочу послать привет твоему бывшему бойфренду.
— Какой привет?
— Линтрофф получит новый образец твоей крови. Привет от колумбийцев! Он уже перебил почти всех масонов и аргентинцев, пусть еще колумбийцев добавит в список. Курагин рассказал тебе о твоем адвокате из Аргентины?
— Каком адвокате?
— Того, с двойным именем, масона, который работал в Верховном суде? Осторожно, сейчас будет щипать,- он убрал пижаму от раны и вылил на рану дезинфицирующее средство из бутылки, - Поверхностная рана, я же сказал, не о чем беспокоиться. Будешь как новый через 4-5 дней, Федор.
— На его одежде могут быть отпечатки пальцев Курагина, - запротестовал Дима.
— У Курагина нет отпечатков пальцев уже 7 лет,- глумился Массаев на русском языке - Ни у него, ни у меня. И у тебя удалены все записи из полиции и из армии, где ты служил, не так ли?. Прекрасный образец ДНК поедет к Линтроффу, он станет безумнее чем он есть. Разве ты не хочешь, Гунтрам, чтобы твой бывший бойфренд жил в мире? Он будет считать что ты мертвый, и прекратит убивать людей вокруг.
— Конрад никогда никого не убивал!- крикнул Гунтрам и оба русских расхохотались.
— Садись в машину, я должен перевязать тебе руку,- сказал посмеиваясь Массаев, - Кровотечение прекратилось, - сказал он и стал бинтовать руку, - Будет немного гореть или может пульсировать, я могу дать тебе что нибудь от боли.

Гунтрам смотрел на него в шоке, не понимая, как может человек, который только что причинил ему боль, перевязывать ему руку с большим вниманием и заботой, почти как отец.
— Конрад хороший человек, - прошептал он
— Как скажешь, малыш. Мы должны срочно ехать. Как приедем на место, Свердлов осмотрит тебя. Жаль что нет льда для твоего носа, - сказал Массаев и мягко направил Гунтрама обратно в машину.
Массаев сел рядом с ним в машине, а пакет с окровавленной одеждой положили на переднее сидение.
Когда автомобиль примерно через час выехал на шоссе, Гунтрам стал вглядываться в дорожные знаки, которые были на испанском языке, он надеялся что в аэропорту он сможет обратиться к полицейским. Автомобиль остановился на заправочной станции, и когда к ним подошел сотрудник, Массаев только сказал:
— Сиди тихо, Федя.
— Мне нужно в туалет.
— Что? Ты хочешь заразиться? Потерпи пока, мы скоро приедем в аэропорт.
После того как последняя надежда на побег провалилась, Гунтрам поник, потеряв интерес к жизни.

***

Автомобиль остановился возле старого ангара и Гунтрам огляделся по сторонам, в надежде кого-нибудь увидеть, но никого не было вокруг, только двое мужчин стояли рядом с ангаром, по виду вроде бы русские. Массаев сказал ему выйти из машины и повел в какой-то жалкий офис.
— Иди в туалет, Федор, умойся и причешись- сказал Массаев.
После того как Гунтрам вышел из туалета, он сел туда куда ему приказал Массаев, и тот дал ему пакет со льдом для лица. Позже он принес ему бутерброд с чаем и приказал ждать.
— Куда мы полетим? - спросил он, но никто не удосужился ему ответить, все были заняты своими разговорами.
Гунтрам ел свой завтрак и наблюдал как русские несли оружие и складывали его в самолет. Через некоторое время Масаев приказал ему сесть в небольшой самолет, где был еще один человек и пилот.
— Где Александр?- спросил он, когда Массаев сел рядом с ним
— Он поедет другим путем, малыш, не волнуйся, он в порядке, вечером увидитесь,- сказал Массаев, и Гунтрам отвернулся к окну.
Этого времени было достаточно, чтобы подготовить шприц и воткнуть его в руку Гунтрама, который взвыл от боли и отбивался как мог, пока наркотик не подействовал и он провалился в сон.

***

Кодга Гунтрам открыл глаза, он уже был в другом самолете.
Он лежал на удобной кровати под пуховым одеялом. Взглянув в окно, он увидел что было темно. Повязку на руке поменяли. Он встал, оделся и открыв дверь увидел Константина, который сидел на белом диване в небольшой гостиной.
— Привет, ангел, ты выглядишь лучше сегодня.
— Зачем вы колете мне мне наркотики?
— Массаев подумал что это к лучшему, потому что ты был слишком нервный и тебе нужно было отдохнуть. Я понимаю, это была длинная поездка для тебя.
— Он порезал мне руку!
— Да, но я понимаю его мотивы. О тебе позаботились, Федя, врач наклеил силиконовый пластырь. Я обещаю тебе, что больше такое не повторится. Все равно твоя левая рука вся в шрамах.
— Куда ты меня везешь?
— Домой, мой ангел, там мы будем счастливы с тобой. Саша в клетке, мы заберем его, когда прилетим.
— И где этот дом?
— В России, любовь моя, где же ещё?
— Ты же не можешь туда вернуться.
— Это моя земля и теперь твоя тоже. Ты должен себя вести хорошо и тихо, когда мы приземлимся. Я не хочу проблем с местными властями. Это долгий полет и я был бы тебе признателен, если ты будешь вести себя разумно. Массаев сказал мне, что ты пытался снова бежать.
— Где Ларсен?
— Мы отпустили его, как я тебе и обещал, пусть выбирается сам. Его услуги мне больше не нужны.
— Почему? У него же жена и две дочери.
— Вот и пусть Лакруа позаботится об алиментах для них. Но в настоящий момент он занят, убегает сверкая пятками от Линтроффа и его безумных крестоносцев. Не думаю что Линтрофф будет к нему милосерден. А сейчас мы будем обедать с гостями и ты должен быть джентльменом, как тебя учили.
— Гости?
— Два генеральных директора из небольших нефтяных кампаний, которые у меня есть на сегодняшний день. Это просто прибыльное хобби. Я не могу весь день сидеть сложа руки.
— Я не хочу...
— Федор, делай что тебе сказано!- сказал Константин вставая,- Я тебе не Линтрофф, и не позволю тебе выпендриваться и вести себя так, как ты вел себя с ним. Я в сто раз хуже Линтроффа, когда дело дойдет до наказания.
— Зачем ты везешь меня с собой? Я никогда не любил тебя и никогда не полюблю!
— Со временем, и с соответствующими стимулами, ты полюбишь меня.

***

Ужин подали после того как влетел самолет. Гунтрам механически ел молча и думал об окровавленной одежде.
«Отправили ли они одежду Конраду? Что делать, если он подумает что я мертв? Что делать, если он перестанет искать меня? У меня нет шансов на побег из России. Там все принадлежит Константину и его людям.»
— Ты устал, Федор, иди спать,- приказал мягко Константин, он встал, попрощавшись пошел в спальный отсек.
«Он до сих пор надеется, что Линтрофф спасет его. Все было так хорошо, пока этот придурок Эстевес не появился. Придется начинать все заново. Надеюсь ребенок поставит его на место»,- подумал Константин и вернулся к разговору.

***

Стюардесса тихонько разбудила Гунтрама, тряся его за плечо.
— Сэр, вы должны позавтракать. Мы приземляемся через час.
— Где?
— В Остине.
— Мы в США? - спросил Гунтрам, он ожидал что они уже в России.
— Да, сэр.

Пошатываясь Гунтрам поднялся и увидел на стуле приготовленную для него зимнюю одежду. Он умылся, оделся и вышел в гостиную, где нашел Константина и Массаева сидящих за столом, ожидая завтрак.
— Хорошо спал, ангел?
— Да, спасибо,- автоматически ответил Гунтрам, еле скрывая радость что они приземлятся в Америке.
— Что может быть лучше, чем хороший сон для тебя, Федя, ты выглядишь лучше,- сказал с ухмылкой Константин.
— Спасибо, Александр.
— Я полагаю ты обдумываешь побег в Остине? Даже не пробуй. Мы как блох прибьем маленьких Линтроффов, если ты только подойдешь к полицейскому.
— Почему мы прилетели сюда?
— Мы пробудем в Остине максимум три недели. Здесь один из ведущих центров кардиологии, Институт сердца, своего рода. Я хочу чтобы ты прошел здесь полное обследование твоего состояния. Доктор Свердлов уже здесь, и он поговорил с твоими новыми врачами. Они смогут сделать тебе ту операцию, о которой я уже говорил.
— У меня хроническое заболевание, можно только поставить кардиостимулятор.
— Это не так. Доверься Свердлову, он лучше знает.

Гунтрам закончил завтрак и увидел что Массаев смотрит на шрамы, на его левой руке заклеенные пластырем, он вспомнил, когда доктор снял швы, он заклеил швы пластырем, чтобы их не видно было. Его передергивало каждый раз, когда он вспоминал тот случай, когда сделал это.
«Конрад любит меня, не имеет значения что они говорят. Когда нибудь я все равно вернусь к нему и моим мальчикам.»
— Вам понравится город, - сказал Массаев улыбаясь, - Это динамичный, современный город, мы пробудем там примерно четыре недели в отеле.
— Я думал в Техасе в основном пустыня.
— Я был там, но очень давно. Там три искусственных озера и огромные небоскребы. Мои знакомые принимали меня как экзотического француза с русским налетом.
— Я думал вы русский
— Моя семья была русской по происхождению. Моя мать дружила с матерью Курагина, в Париже. У нашей семьи были каучуковые плантации в Индокитае, до революции. Мы переехали в Париж в 1953 году, после того как умер мой отец. Я пошел служить во французскую армию в 1958 году, служил в Алжире, сделал карьеру, потом был назначен военным атташе в Центральную Европу в семидесятых годах. Потом я поехал в Москву 1983 году. И с 1991 года я с Курагиным. Мне 68 лет, малыш.
— Вы не выглядите на свой возраст, Михаил Петрович.
— Спасибо, - сказал Массаев, он был доволен тем что парень не держал на него зла.
«Я ненавижу себя за то что причинил ему боль, но Линтрофф дышал нам в спину. Он будет в порядке как только обживется в России, а то он снова грустный и потерянный».
— Мы приземляемся, - сказал старик, и заметил как Гунтрам напрягся, - Не переживай, это очень хорошая больница.
— Я не люблю посадки, - мягко сказал Гунтрам и Массаев взял его правую руку, успокаивая его,- Кот Саша тоже, как мне сказали.
Массаев усмехнулся с облегчением.
— Сейчас должны прийти из таможни, для проверки документов. Просто сиди тихо и всё будет хорошо.

Стюардесса принесла его кота в клетке, который был очень недоволен и громко вопил.
— Саша сильно беспокоится при посадке, сэр, - поставила клетку на стол и ушла.
Константин вышел из другой комнаты и сел рядом, только предупреждающе посмотрел, когда на борт поднялись три таможенника. Они проверили паспорта и спросили привита ли кошка
— Привита кошка?- спросила женщина хмурясь на шипение кота.
— Да, конечно,- сказал Массаев показывая ей документы.
— Все в порядке. Спасибо. Добро пожаловать в Соединенные Штаты,- сказала она, возвращая Е-5 визы российского нефтяного магната и покинули самолет.

Гунтрам безрадостно наблюдал за ними и чувствовал себя потерянным.
— Приехали, Федор. Оставь кошку, её отвезут в отель, - Константин поднялся и помог ему одеть пальто.
— Помочь застегнуть?
— Нет, спасибо, я сам,- сказал Гунтрам и они стали спускаться с трапа самолета, где их ждали большой лимузин и четыре машины.

***

Номер в отеле был большой и роскошный, две соединенные спальни, с видом на большое озеро и парк, в центре оживленного города. Гунтрам смотрел в окно не обращая внимания на Константина, который разговаривал со своими людьми. Дверь открылась и он вошел.
— Ты хорошо себя вел, ангел,- Гунтрам только посмотрел на него и отвернулся,- На ужин придет доктор Свердлов, а завтра они будут заниматься тобой в больнице. Хочешь пойти погулять с Массаевым?
— Мне можно выйти?- спросил он не веря
— Да. Я верю что ты не нарушишь свое обещание.
— Нет, не нарушу.
— Хорошо, тогда иди с Михаилом Петровичем, и возвращайтесь в пять, потому что здесь резко холодает после наступления темноты, - Константин поцеловал его в лоб и погладил по щеке,- Не волнуйся, в больнице все будет хорошо, это очень хорошая клиника. Свердлов знает что делает.
— Что ты сделал с окровавленной пижамой?
— Ничего, я её выбросил,- солгал Константин,- Иди, не трать время.
— Почему ты так добр ко мне?
— Потому что я люблю тебя и хочу только хорошее для тебя, это ты должен убрать барьеры и свои страхи- тихо сказал Константин и поцеловал Гунтрама в губы, ожидая сопротивления, но Гунтрам не сопротивлялся, остался в его объятьях ища утешение.

***

Через пять часов прогулки Гунтрам стал совершенно другим человеком, он как будто помолодел и чувствовал себя прекрасно. Сидя в кафе Массаев наблюдал как Гунтрам ест черничный кекс с чаем глядя в окно на оживленную улицу.
— Хотите съесть еще один? С завтрашнего дня будет уже больничная еда.
— Нет, спасибо, в детстве я любил такие булочки- сказал смущенно Гунтрам
— Ты можешь съесть еще один, только вечером должен обязательно поужинать, я не хочу неприятностей.
— Нет, спасибо,- сказал Гунтрам глядя в окно. Было большое желание сбежать, когда он увидел полицейского на улице, но одного предупреждающего взгляда Массаева было достаточно, чтобы отбить любые попытки побега. Двое мужчин следовавших за нами, убили бы полицейского прежде чем я закончил бы предложение.
— Я бы хотел сделать эскиз этой оживленной улицы, - вздохнув сказал Гунтрам, глядя на людей спешащих домой. Все выглядело до боли естественным, чем тот кошмар в котором был он. Я скоро сойду с ума или умру от всего этого.
— Вот,- Массаев положил на стол большой блокнот,- Я купил его в музее, подумал вдруг понадобится.
— У меня нет карандаша.
— Нет, у тебя есть сувенирный ковбойский карандаш, не обижайся что он стоит всего лишь 99 центов- пошутил он и дал ему карандаш с пластмассовой ковбойской шляпкой сверху.

Гунтрам засмеялся и глаза его загорелись в первый раз за несколько месяцев. Он начал рисовать отрешившись от всего.
«Теперь я понимаю почему босс так безумно запал на него- подумал Массаев, наблюдая как Гунтрам рисует. Эта застенчивая улыбка, когда он выражал благодарность, могла свести с ума кого угодно.»

***

Большим сюрпризом для Гунтрама было то, что его пригласили ужинать в ресторан отеля. И он с удовольствием рассказывал Константину о том что произошло за день. За кофе доктор Свердлов рассказал о клинике и об операции, которую он планировал осуществить с помощью лазера.

— Вы будете в больнице, от силы неделю. Полная процедура называется- «Имплантация кардиовертера дефибриллятора» «ИКД». Это позволит значительно снизить риск внезапной смерти, и я значительно снижу прием сердечных препаратов. Вы будете чувствовать себя намного лучше.
— Это кардиостимулятор? Почему мой врач никогда не предлагал мне сделать это раньше?
— Нет. Это дефибриллятор. Он останавливает любую опасную аритмию. Вы ничего не почувствуете, возможно укол. Генератор очень маленький: два дюйма в длину и пол дюйма в ширину. Он будет помещен под ключицу, а провода пройдут через вены к сердцу. Вы не развили брадикардию, поэтому вам не нужен кардиостимулятор, и в случае чего мы всегда можем изменить это на двойное устройство, но я уверен что все будет нормально.
— А что такое абляция?
— Это простая процедура, неинвазивная, и в 90% случаев она уменьшает симптомы. В вашем случае мышца утолщается без непосредственной причины таких как гипертония или аортального клапана. Что мы сделаем, чтобы использовать провода и воздушные шары чтобы определить местонахождение септальной артерии, мы вольём чистый спирт, чтобы справоцировать сердечный приступ, и таким образом мы убьем часть мышц, которые вызывают абструкцию. Это очень похоже на коронарную ангиопластику, вам потребуется только некоторый седативный эффект. Всё это займет около 40 минут. После этого вам придется остаться в больнице еще на три дня для мониторинга. И через неделю или две мы перейдем к имплантации «ИКД», для этого потребуется провести только одну ночь в больнице.
— Так просто?
— Мне потребовалось много лет, чтобы это выглядело «так просто»- фыркнул Свердлов
— Почему мой доктор не использовал это раньше?
— Я не Ван Хорн, я не могу за него сказать. Я знаю эту процедуру, потому что она была разработана доктором Сигвартом в 1994 году, несколько лет назад он ушел не пенсию, недавно мы говорили с ним о вас, он совершенно со мной согласен.
— В чем риск тогда?
— Ну, есть некоторые осложнения которые встречаются в 15-30% случаях. Это называется- полная блокада сердца, который потребует постоянный имплонтант кардиостимулятора.
— Выдержит ли мое сердце это? У меня уже была остановка сердца в 2002 году.
— Область хорошо реваскулярезированна. Это минимально по сравнению с тем, что у вас было. Мы выиграем время с этим и качество жизни, потому что гипертрофическая кардиомиопатия имеет генетическое происхождение и мы не можем игнорировать что оно не вернется в какой-то момент, скажем лет через 20-30. Пациенты, которых я оперировал всё еще живы и ведут нормальный образ жизни, проверяясь раз в год.
— Мой врач говорил о кардиостимуляторе и пересадке сердца в будущем.
— Пересадка серца для вас может быть, но в очень далеком будущем.
— Ангел, доктор Свердлов является одним из ведущих кардиологов в Санкт-Петербурге, у него больше возможностей чем у Ван Хорна. Я бы не позволил ему прикоснуться к тебе, если бы я не был убежден что это лучше для тебя. Как и во всем в этой жизни, существует риск. Твое сердце не протянет долго, - сказал мягко Константин, - Это твой шанс, чтобы вести нормальную жизнь. Этот центр выполняет более 200 таких процедур в год, уровень осложнений очень низок- 12%. Самое худшее что может произойти, это терпеть больничную пищу в течении двух недель.
— Я привык к этому, - сказал Гунтрам, не в силах поверить что такая простая операция сможет так координально изменить его жизнь. «Неужели я смогу жить не чувствуя постоянную усталость? Неужели я перестану принимать тонны препаратов? В любом случае, если я умру, я получу свою свободу. В любом случае я выиграю!»
— Тогда нечего обсуждать. Я буду с тобой все это время, принесу тебе шоколад, если захочешь, - сказал Константин
— Не в этой жизни, сэр! Теперь он мой пациент!
*******************************************
Конец 21 главы, 5 части,

23:16 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга. 6 часть. глава 7(2)
22 октября 2010 года.
Ханты-Мансийск.

*****************************************

— Эй, соня, просыпайся,- Константин улыбнулся, глядя как Гунтрам просыпается,- Ты спишь уже 12 часов.
Всё ещё морщась Гунтрам сел на кровати. Константин лежал рядом, подперев рукой голову. «Конрад» лежал на спине, и Константин поглаживал его животик круговыми движениями.
— Сколько времени?,- спросил Гунтрам и взяв ребенка на руки он прижал его к своей груди.
— Почти одиннадцать. Я позволил тебе поспать сегодня подольше, поскольку у тебя вчера было слишком много волнений. Я играл с Конором с восьми часов, и теперь он уже устал. Я подумал что может быть ты захочешь его покормить, прежде чем он уснет до обеда.
— Да, конечно, спасибо, Александр,- он взял из рук Константина уже приготовленную бутылочку со смесью.
««Как он всегда точно знает что нужно «Конраду»,»»- задался вопросом Гунтрам и приложил бутылочку ко рту ребенку.
— Конор очень хороший ребенок,- сказал Константин печально,- Я никогда не видел, чтобы мои горничные так часто убирали верхние этажи, чтобы только посмотреть на него. Они чуть ли не дерутся за право подержать его на руках,- он усмехнулся наблюдая как комфортно ребенку на руках отца, и он начал ласково говорить с ним на русском языке.
— Что ты ему говоришь?
— Я говорю ему что он хороший ребенок. Он должен уже учить русский язык, а ты говори с ним на английском, на повседневном языке. Если еще добавить испанский язык, то это будет сложно для него.
— Ты скучаешь по детям, да?
— Конечно я скучаю. Я очень сильно люблю своих детей. Оставить своих детей мне было трудно, но я думаю что Мария Игнатьевна присмотрит за ними и они вырастут респектабельными людьми. София уже успешно изучает дизайн одежды в Санкт-Мартин, Константин хочет поступить в Оксфорд, изучать право. А я клянусь что буду ухаживать за тобой и Конором.
— Тебе их сильно не хватает, ты скучаешь по ним?
— Каждый день я думаю о них, и я их также люблю как ты Конора. Но это к лучшему что я оставил их. Каждый родитель хочет только лучшего для своих детей. У меня родилась София, когда я был моложе тебя, она украла моё сердце своими большими черными глазами, так же как этот малыш, несколько дней назад. Некоторые мужчины предпочитают чтобы первенец был мальчиком, но девочки в сто раз лучше. Они всегда остаются с отцом, в то время как мальчики отправляют вас в ад, когда обзаводятся своими семьями. Всегда можно убить идиота-мужа, если он обидит твою дочь,- добавил он с усмешкой и Гунтрам улыбнулся.
— Я очень полюбил Конора, я не представляю что со мной будет если меня с ним разлучат.
— У меня были свои эгоистичные причины иметь Конора, ангел. Я хочу немного побаловать его, заботится о нем. Мне нужна семья, чтобы любить и заботится о ней,- сказал Константин серьёзно, глядя в глаза Гунтраму,- Если у нас будет девочка похожая на тебя, мне придется купить базуки(гранатомёт противотанковый), после того как ей исполнится 12 лет. Женихи выстроятся в очередь за ней до Санкт-Петербурга,- добавил с ухмылкой Константин, и Гунтрам засмеялся, его озабоченность по поводу ревности к ребенку стиралась.

28 октября 2010 года
Цюрих.


Обычно сербы всегда обедали в одном и том же ресторане, недалеко от банка. Они сидели за одним и тем же столом и их обслуживал один и тот же официант и были очень раздражены, если что-то не совпадало. Горан всегда сидел у стены, где он видел всю комнату, Милан мог видеть дверь кухни, а Ратко- окна. Мирко сидел на том месте где раньше сидел Гунтрам, когда он ещё учился в университете. Как обычно обед проходил в молчании, каждый был занят своим блюдом.
— Горан, можно мне уйти сегодня раньше? В три часа? Шмидт может заменить меня.
— Почему это?
Мирко глубоко вздохнул прежде чем ответил:
— Я должен встретиться с агентом по недвижимости. Я хочу снять квартиру с большей площадью. Моя квартира слишком мала.
— Ты же только спишь там,- сказал Ратко
— Я хочу переехать с Федерико в большую квартиру. Мы разделим арендную плату и будем иметь больше пространства,- медленно сказал Мирко и трое мужчин уставились на него.
— С аргентинцем?,- Милан с трудом оправился от шока, услышав эту новость.
— Да. Он переезжает в Цюрих чтобы занять позицию Ларсена. Он был уволен со службы, после того как сдал ДЕА большой наркотический груз и они перехватили самолет в Мадриде с помощью местной полиции. Около 700 кг чистого кокаина везли русские. Я думаю что это была его месть бывшим союзникам Репина в Аргентине. Он сделал это сразу как получил здесь работу.
— Ты знаешь что он...,- начал говорить Милан, но Горан резко оборвал его
— ...Слишком громко включает музыку в машине?,- сказал Горан и строго посмотрел на Милана,- Невозможно было ехать в его машине..
— Он больше не будет так делать,- Мирко защищал своего друга, нервно сглотнув добавил,- Мы хотим попытаться начать жить вместе.
— Тогда доедай и иди парень,- приветливо сказал Горан, - Тебе предстоит увидеть много квартир, все эти агенты настоящие мошенники.
— Спасибо, Горан,- тихо сказал Мирко, он за две минуты проглотил свой обед и убежал из кафе.

Остальные трое мрачно смотрели друг на друга, в то время как официант подал им десерт.
— Мы должны были сказать щенку что аргентинец гей,- сказал Ратко,- Может быть он не знает? Он немного глуп в таких вещах.
— Мирко сам о себе позаботится. Если ему что-то не понравится, мы порвем того на куски и похороним, как обычно,- пожал плечами Милан и продолжил есть десерт.
— Ты хочешь сказать что мой кузен...???,- Ратко уставился на Милана,- Ни за что!
— На обратном пути, когда мы шли через джунгли, они потерялись 3-4 раза. Странно что Мирко никогда не мог заблудится с одним из нас и аргентинец тоже. Он когда-нибудь заблудился с тобой, Горан?,- игриво спросил Милан.
— Никогда,- зарычал Горан.
— Это неправда, Мирко любит девушек!,- протестовал Ратко
— Ты когда-нибудь видел его с женщиной, если только это не было необходимым?,- спросил Милан
— Это потому, что он практически монах. Он должен был остаться в монастыре после войны.
— Милан, Ратко, достаточно! Это не наше дело,- сказал Горан,- Пусть они будут вместе, если они этого хотят. Может это просто по молодости. Они ничего не говорят и мы не будем вмешиваться как старые старухи. Ясно?
Оба кивнули и вернулись к своей еде.
— Моя мать убьет меня, если она узнает,- пробормотал хмуро Ратко, достав таблетки от изжоги, он проглотил одну.
— Они ничего не скажут и мы ничего не скажем,- повторил Горан строго,- Малыш должен осесть. Он слишком одинок и молод.
— Посмотрите кто говорит,- фыркнул Милан,- Нам надо найти кого-нибудь для тебя.
— Я сам по себе. И мне никто не нужен,- сказал Горан сухо
— Хорошая женщина- это то, что тебе нужно. Ты любишь женщин, любишь детей, почему бы тебе не жениться? В банке полно хороших девушек,- сказал Ратко
— В моей жизни нет места женщине.,- ответил устало Горан,- Как вы думаете, какая женщина поймет как мы живем? Тебе повезло Ратко, что ты встретил такую женщину как Мирьяна. Как я могу заботится о ком-то? Я потерял Павла, потерял Гунтрама. Как я ни старался ничего не вышло. Я не хочу чтобы что-нибудь случилось с матерью моих детей. В моей жизни нет места для женщины.

2 ноября 2010 года.
Женева.


— Некоторые считают что визит Summus Marescalus- это плохое предзнаменование,- сказал Мишель Лакруа, сидя в большом конференц-зале перед мрачным человеком.
— Ну, если у кого совесть нечиста, тогда да.
— Что я могу сделать для вас, мистер Павичевич?
— Мне нужна информация, которую вы не предоставили нам.
— Я отдал вам все, что у меня было на Репина. Вы нашли что-нибудь?
— Нет. Везде тупик. И в Латинской Америке и здесь.
— Тогда я не знаю что я могу сделать для вас.
— Почему вы решили отдать Гунтрама Репину? Мы проверили все ваши счета и не нашли ничего, что указывало бы на то, что вы получили от него деньги. Должно быть что-то очень важное для вас?
— Он собирался убить Линтроффа для меня. Счастлив теперь?
— Обманывать меня, это глупая идея, господин Лакруа. Я могу вас прикончить прежде чем ваши драгоценные люди появятся здесь.,- сказал спокойно Горан,- Скажите мне правду. Что это было?
— Я не хотел чтобы Линтрофф был с моим сыном.
— Я даю вам последний шанс!
— Ребенок.
— Ребенок?
— Репин обещал что у Гунтрама будет ребенок, а Линтрофф не позволил ему иметь его.
— Он вам сказал как он планировал заполучить для Гунтрама ребенка?
— Нет. Наверно он нашел бы женщину для Гунтрама.
— Он должен был отдать ребенка вам? Справедливый обмен, ваш сын в обмен на внука?
— Нет!- запротестовал возмущенно Лакруа,- Я хотел чтобы у Гунтрама была настоящая семья о которой он всегда мечтал.
— Вы глупее чем я думал, если вы подумали что Репин позволил бы иметь Гунтраму ребенка. Это ещё один тупик.
— Вы собираетесь отказаться от поиска?!,- ужаснулся Мишель
— Герцог уже устал от всего этого. Он тоже нуждается в отдыхе. Прошло более года с момента похищения Гунтрама. Логично предположить, что он уже мертв, сэр,- бесстрастно сказал Горан,- Я уже тоже устал от распоряжений.
— Ты поклялся найти его!- крикнул Мишель
— У каждого есть свой предел, господин Лакруа. Мы люди в конце концов. Всего хорошего.,- сказал Горан и вышел из помещения.

Черный Ауди припарковался перед ним и Горан сел на пассажирское место. За рулем был Милан и он улыбнулся своему другу.
— Весело провел время в гостях у чертей?
— Весело. Нам нужно найти ребенка.
— Ребенка?,- спросил Милан, увозя его от юридической фирмы.
— Да, это то что Репин обещал Гунтраму.
— У тебя есть представление о том, сколько детей воруют или продают в год?
— Я уверен что Репин обеспечит Гунтраму его собственного ребенка, чтобы он был похож на него.
— Так тебе Репин и позволит женщине приблизиться к Гунтраму!
— Искусственное оплодотворение. Как наш Герцог сделал. Это лучше чем искать духи. Надо узнать в каких клиниках делают такие процедуры, в каких странах. Это могут сделать во всем мире.
— Это невозможно, Горан, я думаю что Репин сделает все законным путем, красиво, на чужие имена, которые мы не знаем и мы опять облажаемся. Давай узнаем сначала что Алексей узнает об этой парфюмерии.
*********************************************
Конец 7(2) главы, 6 части, 2 книги.

03:07 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга 6 часть 17 глава
25 апреля 2012 года.
Москва.

*******************************************


Гунтрам проснулся услышав плач сына, он поднял голову и не мог понять где он. Воспоминания накрыли его и он засмеялся. ««Я не в Сибири! Это не сон!»»
Ребенок заплакал ещё сильнее.
— Иду, Кон!,- крикнул он, и подумал что нет больше надобности называть сына чужим именем, буду звать его Конрад, почувствовав сразу волнующее счастье в груди.
Он взял сына на руки и прижал его к груди, погладив по мягкой головке, чтобы успокоить его.
— Мне очень жаль, Конрад, папа спал, сейчас я умою и накормлю тебя.
— Дада! ,- крикнул Конрад, увидев отца он забыл обо всем. Он широко улыбнулся и прислонился головой к плечу отца.
— Тебя нужно сполоснуть, поменять памперс и переодеть.

Гунтрам привел сына в порядок, поменял памперс, и нашел в мешке новую одежду. Надел на него вельветовые брюки, рубашку и красный свитер, а также мягкие кожаные ботинки. Конрад был довольный, чистый и в теплой одежде.

На кухне Гунрам быстро приготовил детскую смесь, взял Гунтрама на руки и дал ему бутылку.
— Что мне делать, Конрад? Если мы вернемся домой и Константин узнает об этом, в ту же минуту он убьет твоих братьев. Я не могу пойти на такой риск. Но и к нему я не могу вернуться. Что если он сделает тебе больно из-за меня?
Я не смогу использовать золотую карту Визы, хотя может быть она не работает. Можно использовать дорожные чеки, но маловероятно что мы сможем улететь на самолете с поддельными паспортами. К тому же на них написано Федор Тарасов, и полиция наверное уже разыскивает меня, и всех кто жил в доме Константина.
— Взорвать четыре автомобиля. Это не сойдет с рук. Я не могу остаться здесь, Константин будет искать нас.
В тот день в Москву был всего один поезд. Из аэропорта не было рейсов. Он знает что я здесь и будет караулить нас в аэропорту и на железнодорожном вокзале. Он очень умный.
— Мы должны найти другой транспорт.
Мы не можем пойти во Французское посольство. Они начнут задавать тысячу вопросов, и в конечном результате Константин нас найдет.

Заметив что Конрад закончил есть свою бутылочку, он посадил его на пол и взял конверт с документами.
Паспорта были выданные в Уругвае, семь месяцев назад, с 90- дневной туристической визой в Россию, начиная со 2 апреля. Также были марки въезда и выезда в США и Бразилию. Семейное положение было - вдовец.
— Ну, теперь у меня не будет неприятностей, если кто-нибудь меня спросит о тебе, Конрад.
Единственная проблема может возникнуть с номерами на паспортах, если они не совпадут. Автостопом ехать опасно.
Он взял дорожные чеки и подсчитал их. 3 тысячи долларов.
— Я должен попробовать поездом. Вопрос в том, смогу ли я без визы проехать через Восточную Европу? Надо посмотреть в интернете.
— Нам с тобой ещё нужно купить маленький чемодан, Конрад, чтобы люди думали что мы туристы. И немного одежды еще. Я не знаю как долго мы будем добираться до Германии.

Гунтрам изучал в интернете, как можно проехать в Шенгенскую зону, чтобы не возникло никаких подозрений.
Как уругвайскому гражданину, ему не нужна была виза, чтобы проехать в Шенгенскую зону, но нужно было предъявить авиабилет, что он должен выехать из Европы, полис медицинского страхования- 45 евро и оплаченное бронирование гостиниц.
— Черт, я контрабандой еду к себе домой.
Гунтрам посмотрел на золотую карточку Виза, не уверенный что она пройдет.
Он зарегистрировал себя на дешевом сайте, и забронировал билет Цюрих-Монтевидео на 4 мая 2012 года, на себя и Конрада. Со страхом он внес номер кредитной карты, и секунды, пока компьютер обрабатывал заказ, были самыми длинными в его жизни. Радость захлестнула душу, когда сайт лаконично ответил зелеными буквами - «платеж принят»
— Теперь поиграем в Турагенство.
Сначала он нашел офис Американ Экспресс, который находился недалеко от Ленинградского вокзала.
Заказал два билета в бизнес-класс, на поезд Сапсан Москва-Санкт-Петербург, в 13-30, заплатив кредитной картой. Посмотрев на часы, он увидел что до отправления поезда осталось 3 часа.
Пока принтер печатал квитанцию, которую надо было предъявить в кассу, он прислонился к стулу и принял решение.
Он забронировал номер в гостинице, в Санкт-Петербурге, недалеко от Финляндского вокзала, и проверил есть ли поезда на следующее утро в Хельсинки. Финляндия была ближе всего к европейской границе, до которой добираться всего три часа. После того как он попадет в Европу, станет намного легче.

С большой осторожностью он стал смотреть маршруты как добраться до Цюриха без подозрений.
Он забронировал и оплатил две ночи в гостинице в Хельсинки, а затем 4- в Копенгагене, купив дешевый авиабилет на рейс между этими городами. После того, как платеж прошел в Копенгагене, он заказал 5 ночей в Берлине, 2- в Кельне, и 4- в Париже, откуда он якобы полетит домой.
Если Константин будет следовать за мной по кредитной карте, я запутаю свой след.
— А теперь Конрад, осталось оплатить только медицинскую страховку и все!
Но кредитная карта уже не проходила.

Гунтрам выругался и стал заполнять онлайн-форму медицинского страхования на имя Федора и Конора Тарасова, и включил в счет оплаты данные из его частного сберегательного счета в Цюрихе. 735 евро на двух человек? «Настоящий грабеж!» Написал свой пароль, и сделка успешно прошла.
Гунтрам собрал все бумаги, сложил, и положил во внутренний карман пальто. Он посмотрел на часы, у него оставалось 1 час 30 минут до отхода поезда. Он выбрал самые плотные пакеты, сложил туда одежду сына, еду для него, памперсы, прежде чем одеть его в хороший костюмчик. Он подумал, взять ноутбук или нет, но потом решил, что это будет лишняя ноша, интернет-кафе есть везде.
Оделся, и покинул квартиру.

***

Запах в подъезде был ужасный, он быстро шел по лестнице, вспоминая маршрут до станции метро, на которую обратил внимание когда они ехали сюда.
— Эй! Дай десять рублей?!- Гунтрам вспомнил эту девку, которая пьяная вчера валялась в подъезде
— Нет.
— Ты не русский? Дай деньги, или я позову всех!
Гунтрам переложил ребенка на левую, больную руку, достал нож и приставил к ней.
— Молчи, шлюха, или я убью тебя!
Толкнув её ногой, он взял с пола пакеты, вышел из подъезда и пошел к метро.

***

Гунтрам почти рухнул на свое кресло в поезде, эмоциональное напряжение достигло предела. Он даже успел удачно поменять 200 долларов на рубли.
В купе с ним был старый джентльмен, который любезно улыбнулся его ребенку. Малыш радостно вертел головой от всех захватывающих вещей происходящих вокруг.
— Вы турист? - спросил старик
— Да.
— Санкт-Петербург- очень красивый город. Нет ничего подобного. Вы влюбитесь в него, когда побываете там. Это ваш сын? Он очень смешной.
— Да, это мой сын.
— У вас черные волосы, а он блондин, поэтому трудно сказать на первый взгляд. Только если посмотреть внимательно, можно увидеть ваши черты в нем. Не сложно путешествовать с маленьким ребенком?
— Нет, Конор ведет себя хорошо,- ответил Гунтрам с улыбкой
Официант принес обед и Гунтрам стал кормить ребенка
— У него довольно здоровый аппетит.
— Да, он растет.

26 апреля 2012 года.
Санкт-Петербург.


На рассвете Гунтрам пришел на Финляндский вокзал, который находился рядом с гостиницей, где он провел ночь. Его сердце чуть не остановилось, когда он подошел к кассе номер 9 и увидел что поезд номер 33-34, следующий в Хельсинки имел название «Репин».
— Он так назван в честь художника, а не Константина, Гунтрам,- повторял он себе как мантру.
Дрожа от страха, он подошел к кассе и купил билеты
— Поспешите, поезд отходит в 7-17 утра,- сказала румяная женщина с кассы.

Взяв сына в правую руку, он с трудом дошел до платформы поезда, тянув левой рукой маленький чемоданчик на колесах, испытывая при этом боль. Он с любопытством заметил что проводница была женщина, одетая в серую форму. Она помогла ему подняться в поезд, взяв у него из рук ребенка. В купе он поставил чемоданчик и сел у окна с ребенком, глубоко вздохнув от облегчения, когда поезд начал двигаться.
— Всего пять часов и мы будем в Хельсинки. А там мы уже будем в безопасности.

***

Гунтрам был очарован пейзажем, любуясь на сотни маленьких озёр, и высокие деревья, ещё покрытые снегом.
— Паспорт, пожалуйста,- сказала высокая брюнетка на английском языке.
Гунтрам достал документы из кармана пальто и выложил их на столе.
— Где ваша виза на въезд в Шенгенскую зону?
— Мне не нужна эта виза. Я из Уругвая.
— Вам нужна виза для въезда в Европу
— Нет, мне нужна была виза для въезда в Россию, но не в Европу.
— Подождите, пожалуйста,- сказала она и пошла позвать начальника.
— Доброе утро, сэр. Вы в первый раз едите в Европу? Я вижу у вас нет визы.
— В Москву я прилетел на самолете.
— Хорошо, сейчас мы проверим,- сказал он и дал ему бланк для заполнения,- Это ваш первый визит?
— Да, я на каникулах.
— Очень хорошо. Можете ли вы показать нам обратный билет, резервирование отеля и страховку? Заполняйте форму, пока я это проверяю.
Гунтрам достал все что требовалось и предъявил их.
— Все в порядке, и у вас и у ребенка.
— Ваш багаж?
Гунтрам посадил ребенка на сидение и достав чемодан с полки, открыл его.
— Все в порядке. Он поставил штампы в паспорта и отдал их Гунтраму, - Счастливого пути!
— — Мы почти дома, Кон,- сказал Гунтрам, чувствуя себя счастливым.

27 апреля 2012 года

Двое мужчин были на пределе своих сил, избивая Рамазова. Они поймали его, когда он приехал к своей семье.
— Он почти мертв, сэр
— Рамазов, ты знаешь меня, для меня ничего не стоит замучить твоих дочек. Лучше скажи, или мы замучаем твоих девочек, а они ни в чем не виноваты. В последний раз: Где мальчик?
— Я отвез их в безопасное место. Он не хотел возвращаться к Линтроффу. Он действительно сумасшедший,- сказал он, плюясь кровью
— В какое безопасное место?
— В Медведково, дом 347. Он хотел вернуться к Репину. Он просил меня несколько раз, чтобы я отвез его к вам.
— А почему ты не привез?- спросил Константин- Я заплатил бы тебе столько, что до конца жизни хватило бы.
— У меня был приказ.
— Твоего босса больше нет. Отвези нас туда, и твои дочери останутся живы.
— Он должен быть ещё там. Он был в ужасе от всего. Он даже не сказал своего настоящего имени. Отпустите мою семью, я отвезу вас туда.
— Хорошо. Возьмите только одного ребенка. Поехали.
************************************
Конец 17 главы, 6 части, 2 книги

20:08 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2книга 6 часть 12 глава
9 октября 2011 года.
Ханты-Мансийск.

******************************************
Дневник Гунтрама де Лиля.

««Сегодня Конору исполнился один год. Он просто удивительный! Иногда мне самому не верится, что он здесь, со мной и Александром. Он величайший дар, который я когда-либо имел и я счастлив видеть как он быстро растет и меняется. Он стал так быстро ползать, что мы едва поспеваем за ним. Конор ненавидит сидеть в манеже и предпочитает ползать самостоятельно и исследовать все шкафы. Александр позволяет ему делать всё что он захочет, в разумных пределах конечно. Он очень гордится Конором и несколько раз показывал его своим деловым партнерам. Некоторые из ним приезжали к нам на ужин со своими женами и детьми. Александр прекрасно относится ко мне и ребенку и заботится о нас.»»

***
Гунтрам отложил в сторону ручку и взлохматил свои волосы. Он не знал что еще писать, чтобы не было никаких подозрений у тех кто будет в последствии это читать.
Он посмотрел в сторону и увидел спящего на ковре Конрада, обложенного плюшевыми медведями и прикрытого легким одеялом.
««Ребенку хорошо, и это всё что имеет значение. Константин любит его как своего собственного ребенка, он не сможет причинить ему вред»»,- подумал Гунтрам, и взял будильник, чтобы установить таймер. Теперь, чтобы не забыться и не впадать в транс, он стал устанавливать таймер в будильнике, чтобы каждый час он звонил.
««Я не знаю что еще нужно сделать, чтобы контролировать себя. Неужели я схожу с ума?»»
Он достал из стеклянного шкафа принадлежности для рисования и папку с эскизами и боязливо открыл её, боясь увидеть там монстров.
««Всё было в порядке. Это просто стресс. У меня нет причин бояться, Константин не навредит мне или мальчикам, пока я буду делать всё что он хочет.
Я могу играть свою игру. Я действительно смогу.
Он заметил что его красный карандаш затупился и он взял точилку, которую ему купили вместо острого ножа. Константин сказал мне, что это для безопасности Конора и я согласился.»»
Гунтрам поточил карандаш точилкой, а потом использовал наждачную бумагу, чтобы сделать острее и продолжил рисовать.
Сигнал таймера испугал его и он подскочил на стуле и быстро выключил его чтобы не разбудить сына, и поставил таймер опять.

***
— Очень мило. Что это такое?,- спросил Константин и обнял его за плечи, посмотрев на изображение четырех девочек, которых рисовал Гунтрам
— Я не знаю кто они. Я хочу использовать их как моделей к историям, которые я хочу проиллюстрировать.
— Надо разбудить Конора.
— Зачем?
— Ты забыл что у него сегодня день рождения?!- спросил обеспокоенный Константин
— Нет. Я просто подумал что он слишком мал, чтобы праздновать день рождения. Он ребенок ещё.
— Ну, мы можем дать ему кусочек пирога, и он может лечь спать сегодня позднее.
— Привет, Кон! Как поспал?,- сказал Константин, взяв сонного ребенка на руки.
Конор приоткрыл глаза, улыбнулся и опять уткнулся в грудь Константину продолжая спать.
— Просыпайся, малыш, а то вечером не заснешь. Ты наш маленький лучик,- сказал Константин и передал ребенка няне, наказав одеть его к торжественному ужину.
— Почему бы тебе тоже не переодеться, все таки это первый день рождения Конора,- он обнял Гунтрама за талию и притянул его к своей груди. Не дождавшись ответа, взял Гунтрама за подбородок и страстно поцеловал его. Но не почувствовав в Гунтраме никакой реакции, отпустил его.
— Одень бежевый свитер с синими квадратами, он очень подходит к цвету твоих глаз,- сказал Константин и Гунтрам только кивнул и вышел из студии, а Константин остался проверять его работы.

***
Переодевшись Гунтрам вернулся в студию, но не найдя там Константина пошел в гостиную.
— Замечательно как всегда,- похвалил его Константин, держа на руках ухоженного Конора,- Хочешь шампанского?
— Нет, спасибо,- ответил Гунтрам и попытался взять ребенка, но Константин увернулся и выпустил его на пол.
— Пусть он ползает, ангел. В этом возрасте им все интересно кроме нас.
— Разве это не в подростковом возрасте?
— Нет. Пока он еще подчиняется и реагирует на слово-"не трогай",- ответил он и Гунтрам улыбнулся,- У меня кое-что есть для него.
— Он слишком молод чтобы понимать подарки.
— Этот подарок он поймет,- сказал Константин, и достал коробку. Он посадил Конора рядом на пол и помог развернуть коробку, вытащив оттуда красный, пушистый плюшевый шар, который заиграл огнями, когда он бросил его на пол.
Конор с визгом пополз к мячику, но как только приблизился к нему, мячик отскочил от него и ребенок с визгом и смехом ползал на ним.
— Что это? Волшебство какое-то,- хмыкнул Гунтрам,- Я ничего подобного никогда не видел.
— Ничего волшебного. Я встроил в него датчик движения, каждый раз когда он будет к нему приближаться, он будет откатываться от него. Этот мяч будет развлекать его в течении 30 минут.
— Откуда ты взял его?
— Ты помнишь Петра Васильевича? У него тройня. Он помог мне его сконструировать.
— Ты сделал это для Конора?
— Скоро зима, и он не сможет долгое время выходить на улицу. Гунтрам вскочил и поцеловал его с благодарностью.
— Я гарантирую, что он устанет с ним к концу дня.
— Это замечательно. Но он может расстроиться, если не сможет поймать мячик.
— Мячик остановится через 10 минут и он сможет его поймать.
— Большое спасибо,- Гунтрам опять поцеловал Константина.
Через несколько минут мячик остановился и Конор смог поймать его.
— Это адское изобретение, Александр,- засмеялся Гунтрам,- К счастью он останавливается через какое-то время.
— Этот мячик в целях воспитания для Конора, он должен понять, что если он хочет чего-то, он должен добиться этого сам.

***
Во время обеда Гунтрам кормил ребенка кусочком пирога, в то время как его пирог лежал на тарелке не тронутый.
Он улыбался, когда Константин рассказывал ему историю о пьяном олене, который пытался проникнуть в офис компании.
— Зря они посадили там яблони, теперь олени постоянно пьяные.

Звук припарковавшихся машин прервал рассказ Константина и он изменился в лице.
— Иди в комнату в подвал, ангел,- сказал он тихо, и Гунтрам с Конором на руках, схватив мяч быстро поспешил на выход. Путь Гунтраму перекрыл бандит, вставший у входа, он махнул полуавтоматическим оружием, приказывая ему вернуться на свое место. Гунтрам отошел с ребенком к дальней стене, закрывая малыша собой.
Следом ворвались еще три вооруженных бандита.
— И так, ты Курагин,- сказал он на английском языке, и Гунтрам был в шоке, никто раньше не заботился при нем разговаривая на русском, зная что он не понимает ничего, он даже на минуту подумал что пришли спасать его.
— А это должно быть твоя маленькая шлюха, разве он не слишком стар для тебя?
Константин ничего не ответил, только строго и дерзко смотрел на него, расслабившись развалился на стуле.
— Я смотрю у вас тут день рождения и вы забыли пригласить нас?,- сказал он с ухмылкой.
Константин продолжал молчать, наслаждаясь что бандиты занервничали видя его спокойствие.
В отражение на стекле стола он увидел что Гунтрам в шоке от страха, и этот страх передался ребенку, который начал плакать.
— Зачем тебе стареющая шлюха, это же пустая трата денег, ты можешь купить себе молоденького, если захочешь,- сказал он кивая на Гунтрама.
— Качественных трудно найти,- ответил серьезно Константин
— Хороших друзей тоже трудно найти, и у тебя нет здесь друзей. И ты неуважительно относишься к нам.
— Боюсь я не понимаю вас.
— Ты забыл оплатить свой вклад в объединение водителей за последние четыре года. И мы больше не намерены ждать.
— Боюсь что вы ошиблись, и я уже внес свой вклад в ваше дело. Спросите у Крески.
— Он забыл заплатить нам. И мы намерены получить деньги прямо сейчас. Четыре миллиона рублей, которые вы нам должны.

««Только и всего? Значит он понятия не имеет кто я на самом деле?»»
— Это большая сумма, господин Корсаков,- спокойно сказал Константин
— Откуда ты знаешь моё имя?
— Ты довольно известен в этой области, но сумму которую ты требуешь слишком высока для меня.
— Послушай ты, педик, у тебя есть время до завтра, или мы поджарим этого ребенка, чтобы ты одумался!- кричал Корсаков, и один из бандитов подбежал к Гунтраму сильно ударил его кулаком по лицу, выхватив ребенка.
Гунтрам упал на пол и попытался встать, но бандит приложил дуло пистолета к его голове и он замер. А ребенок кричал и бился в руках бандита.
— А твоя сучка умная, Курагин, вон как притих! 8 миллионов рублей ты принесешь завтра вечером, или мы убьем маленького ублюдка и вы не увидите его больше!
— Хорошо. Но сначала убери трупы своих людей,- сказал Константин, и Корсаков увидел у стены своих застреленных людей.
Гунтрам закрыл рукой рот, чтобы не закричать когда он увидел застреленных бандитов.
««Он сумасшедший! Они же убьют моего ребенка!»»,- он посмотрел на бандита, державшего мальчика и понял что он убьет его без сожаления.
— Твою мать! - крикнул Корсаков, но остановился, когда увидел красный луч у себя на сердце и людей целившихся на на него со второго этажа.
— Верни ребенка моему другу и потом мы поговорим о деле,- сказал Константин, который так и продолжал сидеть на стуле.
— Ты очень ошибаешься, если думаешь, что можешь приказывать здесь.
— Я хочу поговорить с тобой, но думаю что детям тут не место.

Корсаков повернул голову, и бандит державший ребенка бросил его на пол. Гунтрам бросился к ребенку и прижал его к своей груди, погладил его по голове и рассматривая его ушибы, которые получил ребенок при падении.
— Уходи, Федя,- приказал беспечно Константин,- Мы должны поговорить о деле.

***
Гунтрам пересек гостиную и в ужасе наблюдал, как волокли тела по коридору. Он закрыл рукой сыну глаза и быстро пошел к подвалу.
— Осторожней, мальчик,- услышал он голос Массаева, -Пойдем со мной в комнату в подвале, тебе не надо здесь оставаться.
— Кто они? Как они смогли войти сюда?
— Через дверь. Пусть Курагин сам с ними разберется,- сказал Массаев, взяв его за руку,- С Конором всё в порядке?
— Они сделали ему больно!,- крикнул Гунтрам, и ребенок опять начал плакать.
— Пойдем, не будем мешать переговорам. Не видно что ему больно. Давай, пошевеливайся,- схватив его за руку Массаев потащил его вниз по лестнице, в подземную часть дома, где спали слуги, был кинотеатр, и по какой-то причине Константин построил там 5 гостевых спален.

Гунтрама привели в самую большую спальню и он увидел на кровати лежала любимая игрушка Конора, плюшевый заяц, которого Константин привез ему из Штатов.
— Переодень ребенка в пижаму. И сам переоденься. Вы будете спать здесь сегодня вечером. Сюда почти нет доступа, так что успокойся,- сказал строго Массаев и отвернулся, дав возможность ему переодеться.
— Можете ли вы мне сказать, что происходит?
— Ты же знаешь, они ведут переговоры. Молодые люди просто немного поторопились. Оставайся здесь, ни о чем не беспокойся. Здесь ты в безопасности.
— Не волнуйся?! В безопасности?!,- крикнул Гунтрам, но увидев хищный взгляд Массаева замолчал,- Что происходит?
— Я предполагаю что произошла смена в руководстве. И этот Корсаков новый босс в этой области. Если Курагин не заплатит ему, его грузовики будут испытывать проблемы. Ничего необычного,- ответил Массаев не оборачиваясь,- Примите пожалуйста вашу ночную таблетку.
Головная боль убедила Гунтрама, что это не кошмар, а реальность.
— Вся эта ситуация абсурдна,- пробормотал он
— Это наш способ ведения бизнеса. Нечего беспокоиться. И постарайся заснуть.
— Ваш способ ведения бизнеса?,- повторил Гунтрам в шоке,- Штурмовые винтовки и причинение боли маленьким детям?
— Русские как кошки, мой мальчик, чем больше они мяукают, тем больше потом любят друг друга. Ты этого не поймешь, так что оставь всё Курагину,- сказал Массаев и сел на кровать играть с Конором,- Почему бы тебе не принять теплый душ перед сном, я посижу с ребенком.

Гунтрам смотрел на старика и не верил своим глазам. Как он может быть настолько спокойным? Он открыл рот, чтобы высказать свое мнение, но понял что позже он об этом пожалеет.
— Хорошо,- пробормотал он, и взяв из под подушки свою пижаму, он увидел что пижама Константина тоже была там.
««Он планирует спать здесь? Сейчас умру от радости!»»
Он зашел в ванную и включил горячую воду:
««Я не могу и не хочу больше оставаться с Константином. Я должен уйти отсюда, пока кто-нибудь из этих бандитов не навредил Конраду. Год закончился. Константин должен отпустить нас.»»


Гунтрам одел пижаму и вышел в комнату. Конрад уже почти спал, а Массаев читал ему сказку. Он улыбнулся и стал ждать пока он закончит.
— Видишь, Федя, он в порядке. Постарайся расслабиться и завтра он уже обо всем забудет. Дети не знают что такое оружие. Но они чувствуют запах твоего страха. Успокойся сам и он будет в порядке,- прошептал Массаев и поправил одеяло Конору.

***

Кровать заскрипела под тяжестью и Гунтрам проснулся, от того что его кто-то обнял, он подпрыгнул от страха, но узнав Константина успокоился.
— Это всего лишь я, ангел. Спи,- сказал он и погладил Конора по голове.
— Ты пил?- спросил Гунтрам, почувствовав запах алкоголя
— А как ты думал дела делаются в России? С самоваром?,- ответил с иронической улыбкой Константин,- Расслабься, ангел, мы заключили сделку.
— С гангстерами?
— Я не могу убить их всех. Это моя земля, и я не гажу на своей земле, ангел. Это всего лишь временное решение.
— Какое решение?
— Я заплатил ему три миллиона за свои услуги с юнионистами, а он обеспечивает безопасность для меня. Это хорошее решения для нас обоих. Он так же прикроет меня на верху,- устало сказал Константин,- А теперь позволь мне спать.
— И это всё?
— Да.
— И они теперь будут здесь? Бандиты, которые пришли сюда с оружием и угрожали моему ребенку?
— Конор и мой ребенок тоже. У него теперь тремя бандитами меньше стало. Он так же узнал как я играю. Подкупить его безопаснее чем добить. Мы говорили долго и договорились о деньгах. Я не могу бросить людей в кислоту, на своем собственном заднем дворе,- прошептал он яростно и Гунтрам отпрянул от него от страха,- Это не латиноамериканцы, и у него связи в местной полиции. Я решу эту проблему спокойно. Или ты хочешь чтобы я начал взрывать здесь автомобили?
— Нет,- прошептал Гунтрам бледнея от страха
— Тогда позволь мне самому решать свои дела. Ты помнишь какое положение я занимал? Я хочу вернуть себе это положение. Мне нужно только усилить власть над этим идиотом, потому что он защищает территорию более крупных хищников. Если они придут, они сначала убьют его. Скажем так, я сейчас купил новую линию обороны.
— Как ты можешь быть таким безразличным? Он сделал больно Конору!
— Его люди больше не тронут даже пальцем тебя или Конора. Они узнают правила поведения от Димы. Будь всегда с Массаевым или с Димой. Конор мой сын и я сделаю всё, чтобы защитить тебя и его. Я клянусь что я никогда и никому не позволю забрать тебя у меня. Это ясно, Гунтрам?
— Я понимаю, Константин,- прошептал Гунтрам умирая от страха.:ill:

20 октября 2011 года.

««Возможно это из-за зимы и отсутствия солнечного света он так нервничает?,- подумал Массаев глядя на очень обеспокоенного Гунтрама. Ему было на много лучше летом, а сейчас он всё больше и больше отдаляется, стал забывчивым, появились эти провалы памяти, опять он рисует монстров. Может быть отсутствие солнца так влияет на него?»»

Сидя в саду покрытым первым снегом Массаев наблюдал как Конор катался по снегу и ловил снежинки.
««Какой прекрасный ребенок, наверно и Федя был таким, пока его отец не бросил в интернате.
Федя становится все больше и больше беспокойным и я не понимаю почему. У него нет никаких оснований бояться людей Корсакова. Босс сказал ему, что они переедут со временем куда-нибудь в Штаты или может быть мы поедем в Монреаль. Хорошо бы было поехать во Францию.»»

С трудом он поднялся со скамейки и почувствовал боль в спине.
««Я старею, если так будет продолжаться, меня останется только нанять на должность деда.»»
— Федя!,- крикнул он громко,- Конору пора обедать!
— Я иду!- крикнул Гунтрам, поднимая сына,- Мне нужно сначала переодеть его.
— Это правильно. Отдай его Галине, она всё сделает. Эта женщина бездельничает целыми днями. Это нехорошо.
— Ты слишком суров, Михаил Петрович
— О, я стал очень добрый, не такой как раньше.

Смех гунтрама смолк, когда трое неизвестных людей преградили ему путь и окружили его.
— Ну что, маленькая сучка, пошли, трахнем тебя чтобы ты не скучал.
— Убирайтесь отсюда,- проворчал Массаев
— Или что, старик?,- глумился другой,- Давай, принцесса, иди домой, а то подморозишь свою дырку,- сказал он на английском языке.
— Вы будете относиться к господину Тарасову уважительно, или с вами будет расторгнут контракт,- сказал Массаев
— Курагин отчаянно нуждается в безопасности, так что ничего он нам не сделает,- смеялись они
— Это мы посмотрим, - сказал Массаев и потянул Гунтрама за рукав, а тот застыл и смотрел на них в ужасе
— Хороший ребенок, сколько вы заплатили за него?,- спросил бандит небрежно
— Хорошо иметь сладкого папика, он скоро поменяет тебя, ты не думал об этом, медвежонок?
— Я слышал Курагин говорил, что маленький сучонок болеет и плачет по ночам. Лучшее что он может сделать это продать вас и вернуть часть своих денег, которые он потратил на вас.
Гунтрам нервно дышал слушая бандитов.
— Я сообщу о вашем поведении,- сказал Массаев и резко дернул Гунтрама, уводя его в дом.
Гунтрам окаменел, он прижал ребенка к себе и его затрясло.
— Ты не должен беспокоится о них. Я поговорю с Курагиным сегодня вечером,- сказал Массаев и Гунтрам с грустью посмотрел на него,- Они больше не будут разговаривать с тобой.

Гунтрам заледенел. ««Что делать если они украдут моего ребенка? Они не люди Константина. Как спасти ребенка?»»
— Федя, Федя...! Очнись! Иди на верх и отдай няне ребенка, чтобы она его переодела.
— Да, вы правы,- пробормотал он и ушел.:depress:

***

««Константин не может защитить Конора, если его никогда не бывает дома. Он всегда то в компании, то где-то путешествует. А я остаюсь один с Массаевым или Димой. То что мы победили в ту ночь было просто удачей. Они превосходят нас численностью»»,- подумал Гунтрам, наблюдая как его сын спит после обеда.
Я должен уйти. Год закончился. Константин должен отпустить меня.
Его дверь распахнулась и огромный бандит зашел в его студию и стал рассматривать картины.
— Хорошо рисуешь, я думал что ты просто краски переводишь.
— Пожалуйста, оставьте эту комнату, мой сын здесь спит.
— В самом деле принцесса?,- ухмыльнулся бандит,- Мы должны подружиться, я хочу тебя трахнуть,- он приблизился к Гунтраму,- Ты мне нравишься.
— Убирайся!- прорычал Гунтрам
— Веди себя хорошо, и мы договоримся, я буду тебя трахать когда Курагина не будет. Ты же не хочешь чтоб что-нибудь случилось с твоим ублюдком, не так ли?
— Убирайся!
— Ну ка, снимай штаны, принцесса, а не дашь мне, не плачь потом, если твой маленький ублюдок попадет в аварию. Твой папик не сможет держать тебя за руку всё время. Курагин просто педик с деньгами, заплатил моему боссу и не пикнул. Тебя били у него на глазах, а он даже со стула не встал. Может случится так, что он отдаст тебя нам. Он всегда так делает. Любит порево. Говорят ты что-то, когда пьяный. Это будет незабываемое удовольствие. Подумай о моем предложении.,- бандит фыркнул и вышел из комнаты.


Страх охватил сердце Гунтрама. Не думая ни о чем, он подошел к кроватке и осторожно взял спящего мальчика на руки и пошел в детскую комнату. Там он переодел мальчика в теплую одежду, одел ему теплые сапоги и теплое пальто, взял свою куртку из шкафа и пошел вниз по лестнице.

Он вышел из дома через кухню и вихрем проскочил через пост, никто не обратил на него внимания, бандиты были заняты своими разговорами. Прижав сына к груди, Гунтрам шел словно во сне, думая только как добраться до города и покинуть это место. Он пошел через лес к главной дороге, чтобы там поймать машину и доехать до Ханты-Мансийска.
По снегу было трудно идти, он шел прижимая мальчика к груди, не обращая внимания на холод. Стало темнеть, он быстро шел, не обращая внимания на появившуюся боль в груди и понимая что ребенок был в опасности. Выйдя на дорогу он чуть не столкнулся с черным автомобилем, который резко затормозил и из него вышел Дима Клатчко, увидев его Гунтрам побежал от него в другую сторону.
— Ты с ума сошел, парень? Куда ты собрался? Разве ты не знаешь что температура садится, когда солнце заходит,- крича, он подбежал к Гунтраму,- Если Курагин найдет тебя здесь, ты мертв! Дай сюда мне ребенка.
— Нет!- крикнул Гунтрам, пытаясь убежать, но Дима схватил его за воротник как щенка, ударил Гунтрама, и на лету поймал ребенка.
Отсутствие плача ребенка, сильно напугали мужчину, он бегом понес его в машину, открыв заднюю дверь он положил ребенка на сиденье и стал усердно тереть его, заметив посиневшие губы.
— Если он умрет, босс убьет нас всех!
Гунтрам подбежал к машине, пытаясь оттеснить Диму, но тот толкнул его еще сильнее.
— Ты сумасшедший? Кто берет ребенка в такую погоду? Возможно ты убил его?
— Дай его мне!
— Нет! Садись в гребанную машину и возьми одеяло, ты должен держать его в тепле или он умрет!,- кричал Дима, борясь с желанием избить его до смерти,- Какой ты идиот!
— Я ухожу домой!
— Куда? Ты безумнее чем ты есть! Ты бредишь? Какой у тебя был план? Заморозить ребенка?
Гунтрам посмотрел на него в ужасе, снял пальто и обернул им ребенка а потом прижал к груди.
— Прекрати это! Дай мне послушать его пульс. Очень слабый. Давай быстро домой, надо вызвать врача.,- приказал Дима и Гунтрам повиновался.
Дима обошел машину, чтобы сесть за руль, но тут подъехал знакомый черный Бентли босса.
Константин вышел из машины и подошел к Диме:
— Что ты тут делаешь?- спросил он на русском языке, ещё не видя Гунтрама
— Я возвращаюсь домой.
— Правду говори!
— Федя в машине.
Константин повернулся и обошел машину. Открыв пассажирскую дверь он увидел Гунтрама с ребенком завернутым в пальто. Он сразу понял что ребенок замерзает и вырвал его из рук Гунтрама.
— Что ты сделал? Его кожа заморожена,- прорычал он
— Я хотел уйти домой,- прошептал он и попытался забрать ребенка.
Константин подозвал телохранителей и что-то сказал им на русском языке, они схватив ребенка, сели в Бентли и быстро уехали с ним.
Константин повернулся к Гунтраму, его лицо перекосилось от ярости. Он вытащил Гунтрама из машины и ударил его ошеломляющим ударом, что Гунтрама отбросило на пять шагов, не дав ему опомнится, он взял его за шею и стал бить головой об машину. Потом опять ударил его по голове. Гунтрам упал весь в крови, и он стал бить его ногами.
— Я заставлю тебя заплатить за всё! Ты увидишь как я поступаю с предателями!
— Остановитесь, босс,- вмешался Дима,- Массаев сказал мне утром, что новые люди беспокоили его...
— Он чуть не убил моего сына!- вопил Константин,- Если что нибудь случится с моим сыном я убью ублюдков Линтроффа
— Они хотели убить моего сына, если я не буду трахаться с ним. Он сказал что ребенок может попасть в аварию, если я не дам ему!
— Кто?
— Я не знаю его имени. Ребенок был нормальным. Он просто спал.
— Молись чтобы с ним ничего не случилось!
— Ты мудак,- сказал Гунтрам развернулся и со всей силой ударил Константина кулаком в нос.
Дима в шоке смотрел как эта тростиночка молотит хорошо обученного боса в живот. В этот момент Гунтрам подсек ноги Константина и тот упал на спину, Гунтрам прыгнул на него и как учил его Горан передавил артерию и бил его кулаком в лицо.
Дима бегал вокруг них не зная кого спасать
— Он совершенно сумасшедший,- сказал отбиваясь Константин и Дима не выдержал стал оттаскивать Гунтрама от шефа и в этот момент Гунтрам просто рухнул в глубокий обморок. Константин подскочил к Гунтраму и стал щупать пульс на сонной артерии, понимая что перегнул палку. Это было слишком для него.
— Это сердечный приступ?- с тревогой спросил Дима
— Нет, у него ИЦД, она должна предотвратить сердечный приступ.
— Босс, с такими вещами тоже умирают
— Мы отвезем его домой, позвони врачу, пусть срочно приедет. Константин попытался вернуть его в чувства, но Гунтрам не приходил в сознание и начал синеть. Константин подхватил его на руки, и Дима побежал открывать дверь внедорожника для него.

***

Молодой врач закрыв дверь спальни столкнулся с Константином.
- Свердлов сказал мне что он был трудным пациентом, и он был чертовски прав. Состояние сердца Тарасова стабильно, но ему нужно отдохнуть.
— Что случилось? Почему он потерял сознание?
— Он очень устал. Я скажу вам больше, когда придут результаты анализов крови. Сердце нормально, но он очень уставший. Была ли у него стрессовая ситуация в последнее время? Это может так же объяснить потерю сознания. У него анемия, но я хочу сначала получить анализы его, прежде чем делать назначение.
— Он гулял в лесу, прошел 5-6 км.
— По такой погоде и в его состоянии? Нет, ему нельзя этого делать. Он должен лучше питаться, у него недостаточный вес. Я собираюсь так же выписать ему витамины.
— Спасибо, доктор. Водитель отвезет вас домой.
Константин дождался пока доктор уйдет и вошел в комнату. Массаев был прав, ему нельзя доверять ребенка. Но если я заберу от него Конора, он умрет от горя. Я должен еще раз укротить его и наверно придется поить его антидепрессантами. Он выходит из под контроля и может навредить себе. Он наклонился чтобы поцеловать его, но Гунтрам проснулся.
— Как Конор?
— Прекрасно. Спит в своей кроватке. Его врач была здесь и она сказала чтобы он был дома несколько дней. Она думает что не будет никаких последствий.
— Я не хотел это делать. Я не знаю что случилось со мной.
— Ты мог убить его ,- сказал Константин, хорошо что он не переживает за ублюдков Линтроффа.
— Я не понимал этого. И я ничего не планировал. Я знал что я должен был уйти, чтобы защитить его.
— Федя, ты всегда боялся холода. Почему ты вышел на мороз? Как ты собирался ехать без денег?
— Я не знаю. Как ты думаешь, я сошел с ума? Скажи мне правду, Константин?
— Александр, Федя!- поправил Константин,- Твое поведение иногда просто невозможно понять, все эти провалы в памяти, когда ты забываешь о времени, или рисуешь то что не помнишь. Твоя депрессия ухудшается в зимний сезон.
— Ты думаешь я шизофреник?
— Я не психиатр, ангел, но шизофрения это серьезное дело, и у тебя есть симптомы. Я думаю что ты до сих пор не принял до конца нашу ситуацию и пытаешься уйти от неё.
— Год закончился, мой друг, - сказал мягко Гунтрам,- Я хочу домой.
— Так что, это все?- спросил Константин спокойно, и Гунтрам понадеялся что он его отпустит.
— Я думаю да,- пробормотал Гунтрам. Я делал все возможное чтобы порадовать тебя, но ты же знаешь, что я не люблю тебя. Мы только друзья, которые делят кровать.
— Разве это так плохо?
— Это не то же самое что любовь. Ты сказал мне что я могу вернуться через год. Я не хочу оставаться здесь , это небезопасно для Конора.
— Что ты хочешь делать? Вернешься опять в Цюрих?,- нежно спросил Константин.
— Ты позволишь мне уехать?
— Как ты объяснишь Линтроффу, где ты был с 2009 года? Или с кем ты спал все это время? Ах, я еще забыл о маленькой белокурой проблеме, которая будет у тебя на руках. Что ты скажешь ему о своей руке?,- прорычал Константин.
— Конрад поймет меня,- тихо сказал Гунтрам, чувствуя себя усталым
— Почему ты говоришь что это небезопасно для нашего ребенка быть здесь?
— Я боюсь этих людей.
— Почему?
— Они жестокие, и они не подчиняются тебе. Они думают что могут выжать из тебя все деньги. Они угрожают ребенку, они преступники, и я не хочу чтобы он был рядом с такими людьми.,- крикнул Гунтрам.
— Значит из-за этой незначительной проблемы, ты решил бежать и забрать моего сына с собой? Побежать к моему злейшему врагу и отдать ему то, что по праву принадлежит мне?,- медленно спросил Константин
— Ты дал мне слово!
— Обстоятельства изменились. Если хочешь, уходи. Мне уже все равно. Я достаточно натерпелся твоих истерик. Но Конор останется здесь. Он такой же твой как и мой, и я не отдам его.
— Ты не можешь это сделать! Он мой ребенок!- крикнул Гунтрам.
— Ребенок, которого ты чуть не убил сегодня? Ты не достоин быть родителем. Душевнобольной ты или нет, последствия для ребенка были бы те же самые. Ты чуть не заморозил его до смерти. Я создал эту жизнь, а не ты, и я не позволю поставить под угрозу его жизнь! Это достаточно ясно для твоего беспокойного ума?
— Я могу заботится о нем!
— Он останется здесь, Федор. И теперь ты должен заслужить право быть с ним рядом!,- Зарычал Константин, и сильно схватил его за запястье,- Я спас твою жизнь, дал тебе ребенка, и так ты отплатил мне за всё что я сделал для тебя? Очень хорошо, Гунтрам, если ты говоришь что сможешь заботится о нем, значит ты будешь работать чтобы содержать его и себя!
*********************************
Конец 12 главы, 6 части, 2 книги.

19:49 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга 6 часть 16 глава
24 апреля 2012 года.
Москва.

********************************************

Гунтрам безропотно шел к поезду, всё ещё опасаясь что всё это затеяно против него. Не смотря на то, что этот Рамазов был добр к нему, купив пищу для ребенка и памперсы, он знал что нельзя доверять никому. Он задавался вопросом, когда он потребует от него «особую услугу» или отправит его обратно к Константину, где его накажут за попытку убежать?
Когда поезд уже набрал полный ход, он стал опасаться что русский может убить его ребенка и наказать его.

Рамазов посмотрел на парня и вздохнул.
««Нет сомнений что мальчик пережил трудное время, не человек, а скелет.»»
— У меня тоже есть две дочери,- он достал бумажник, заметив как напрягся парень, и показал парню фотографию дочек,- Наталья и Лара, близнецы, похожи на мать,- Гунтрам мельком посмотрел на фотографии, ничего не сказав, повернулся к спящему сыну. Он прислонил ребенка к плечу и сам прислонился к спинке кресла. Борьба с усталостью и смешанные чувства боролись внутри него.
««Неужели это правда? Неужели этот человек отвезет меня к Конраду? Неужели в самом деле я увижу своих мальчиков? Помнят ли они меня? Захочет ли Конрад видеть меня? В конце концов я порвал с ним худшим из возможных способов. Я должен поблагодарить за это «папу дорогого». Мы должны поженить их с матерью Конрада и отправить на остров Пасхи. Они идеально подходят друг другу. Как я мог верить Лакруа? Почему не доверял суждениям Горана? Его голос всегда звучал искренне и обеспокоенно. И вот, я игрушка гангстера, из-за большой папочкиной любви, десятирублевая шлюха!»»

— Мы правда едем в Москву?,- спросил тихо Гунтрам
— Да, мы едем в Москву. Приедем на вокзал и на такси поедем в гостиницу «Арарат». В этой гостинице всегда останавливаются члены Ордена. Линтрофф всегда там останавливается. Я не могу поселить бывшего Консорта в дешевую гостиницу.
Фраза «бывшего», очень уколола Гунтрама.
— Был ли назначен новый Консорт?,- спросил он боязливо
— Я очень сомневаюсь что кому-то понравится этот старый пень,- захохотал Рамазов
— Конрад не старый!,- сказал громко Гунтрам.
— Кто? Я имею в виду Георга фон Линтроффа. Ему должно быть уже больше 70-ти, если не 80 лет. Герцог вышел в отставку в 2010 году. Его заменил его кузен. Павичевич остался в Ордене и крушит всё вокруг. Ты в самом деле не в курсе что происходит?
— Герцог не Hochmeister больше?
— Нет, они проголосовали в декабре 2009 года и он ушел в отставку. Он организовал свой собственный клуб и все комтурен перешли на его сторону. Орден ничто сейчас. А Герцог стал более мощным чем когда-либо прежде. Сейчас нет той силы которая могла бы победить его. За ним вся Церковь и её фанатики. Мы думаем что он намерен организовать настоящий крестовый поход на нас, если мы не вернем тебя,- засмеялся Рамазов.

Гунтрам смотрел на него в шоке, сотни тысяч вопросов вертелись в его голове.
— Ты действительно был не в курсе? Неужели Репин ничего не рассказал тебе?
— Нет, последнее что я узнал о Герцоге, это то что он искал меня в феврале или в марте 2010 года. Колумбийцы ворвались к нам в дом, в Парагвае, и кричали что он убил почти всех колумбийцев из-за меня.
— Все колумбийцы, это слишком много, некоторые ещё остались. Павичевич превратил их страну в маленькую Югославию. Был слух что даже ФАРС, получили по заслугам. Американские солдаты были в шоке, когда находили трупы висящие на деревьях.
Гунтрам посмотрел в окно, прогоняя образы возникшие в сознании. ««Нет, Горан не такой, он хороший человек. Гуманист!»»
— А к нам приехал тебя искать Антонов Алексей, он так взялся за дело, что мой босс испугался до усрачки. Я никогда не видел чтобы Обломов так усердно искал кого-то. Это было благословение для нас, когда этот идиот Корсаков похвастался в ресторане, что получает легкие деньги от богатого педика в Сибири. Мы нашли тебя через них. Босс сведет счеты с Репиным, и от тебя потребуется, чтобы ты забрал всех своих немцев обратно в Европу.
— А что Антонов здесь делает?
— Скажем так, он был весьма убедителен, когда предложил нам сдать Репина. И Обломов не любит получать части тела своих любовниц в своей постели, в виде привета от Антонова. Если ты заберешь с собой и Антонова, это было бы плюсом. Он индивидуалист, и я не удивлен тем, что он провел 6 месяцев в Кандагаре с талибами. Единственный, кто остался в живых из его отряда. Он убил многих из них. Он был национальным героем. Он показывал тебе свои ордена?
— Нет,- прошептал Гунтрам,- Он никогда мне не рассказывал о своей работе или войне. Мы всегда говорили об искусстве, литературе и кино. Я ничего не знал о его прошлом.
— Типичный КГБ-ист.- фыркнул Рамазов, довольный что мальчик немного приходит в себя,- Босс говорил что ты хорошо рисуешь? Это правда?
— Я немного рисую и всё,- сказал Гунтрам со страхом
— Можно называть тебя настоящим именем?
— Я предпочитаю, чтобы меня называли Федей,- сказал Гунтрам, опустив взгляд в пол.

***

Прячась в сарае где хранится корм, старый Геннадий наблюдал как неизвестные люди напали на мальчика, который жил на большом земельном участке рядом с его землей. Он кусал губы чтобы не заплакать когда он увидел что там происходило.
Боясь быть обнаруженным, он спрятался за кормушку. Он слышал что фургоны отъехали и вздохнул с облегчением, но боялся выходить из укрытия. Сидя там, он потерял счет времени, пока не услышал что подъехали другие автомобили. Через несколько минут сильные руки подняли его на ноги.
— Эй, Геннадий, это я, Дима. Что ты здесь делаешь?
— Сюда приехали много автофургонов и забрали мальчика с ребенком.
— Ты видел что случилось?,- спросил Константин, входя в конюшню большими шагами.
— Да, видел, через эту щель в стене. Массаев с мальчиком и ребенком приехали сюда около 12 часов. Они смотрели на животных, когда пять или шесть белых фургонов на большой скорости подъехали сюда. Я не ждал туристов, поэтому я остался здесь работать. Массаев сказал мальчику бежать в машину, но в это время ваш водитель выстрелил в него и попал в плечо, Массаев упал, потом встал и застрелил его в голову. Потом Массаев сел в машину и пытался уехать, но его окружили, потом он врезался в дерево. Потом четверо мужчин вооруженных до зубов вытащили Массаева и убили его. Мальчик застрелил двух нападавших и побежал с ребенком в лес, но мужчины поймали его. Он боролся против них, но они были сильнее. Потом, самый главный из них крикнул им чтобы они не причиняли ему боль.
— Они убили Федю?
— Нет, этот человек, поговорил с ним на английском языке, потом его посадили в машину и увезли в сторону города, а другие фургоны уехали в сторону вашего дома. Федя не хотел ехать, но у него не было другого выхода.
— Все в порядке, Геннадий, мы позаботимся обо всем.
— Хотите посмотреть запись с камер? Мой сын установил их тут, чтоб оленей не воровали. Может быть полиция посмотрит и определит кто украл твоего ребенка.
— У тебя есть видео?
— Да, но я не знаю как им пользоваться.
— Покажите нам пожалуйста,- сказал Константин

***

««Это безнадежно. Ему окончательно промыли мозги. 7 часов в поезде он не пил и не ел ничего, только кормил своего сына и пробовал его пищу. Он продолжает говорить мне что он Федор Тарасов, не смотря на то что я перечислил ему почти всех членов Ордена»»,- мрачно подумал Рамазов, когда они вошли в шикарный номер гостиницы.

Он наблюдал как Гунтрам осторожно осмотрел комнату стоя на пороге.
— Я хочу заказать обед, что бы ты хотел покушать?,- спросил Рамазов, глядя как ребенок очень быстро ползает по комнате.
— Почему мы не можем улететь сегодня вечером?
— Нам нужны документы на ребенка. Мы не ожидали что будет ребенок, поэтому не сделали паспорт на него. Босс сорвался с места как сумасшедший, когда мы узнали где ты находишься. Ему нужен хороший паспорт, а это займет какое-то время. Мы уедем завтра утром, Гунтрам.
— Меня зовут Федор Тарасов.
Рамазов подошел к телефону и взял трубку
— Я заказываю себе обед, тебе заказать мясо?
— Только воду.
— Послушай, если это из-за денег, то не переживай, Обломов дал мне достаточно денег, чтобы обслуживать тебя. Может быть он так проявляет уважение к Линтроффу. Я закажу тебе вырезку с перцем. Ах, да...у тебя же больное сердце...
— У меня не болит сердце, я здоров.
— Тебе надо поесть, не отказывайся. Черт! Дерьмо! Я забыл взять у Обломова таблетки от сердца, которые он заранее приготовил.
— Мне не нужны таблетки. Я принимаю только одну таблетку. Бета-блокаторы, и больше ничего, - солгал Гунтрам
— Тебе сделали операцию? Когда? Где?
— Мистер Курагин спас мою жизнь.
— Парень, ты действительно сумасшедший,- пробормотал Рамазов и заказал два мясных филе,- Проверь в какой комнате есть детская кроватка и положи его спать. Для ребенка что-нибудь нужно?
— Немного теплого молока,- осмелился спросить Гунтрам
— Конечно, без проблем. Сними с него теплый костюм, ребенку жарко.
— У меня нет другой одежды для него
— Дерьмо! Я не подумал об этом! Нам надо купить что-то для него. И памперсы. Оставайся здесь. Я организую доставку детской одежды. Какой у него размер?
— Ему полтора года. У него 18 размер, он мал для своего возраста.
— Оставайся здесь. Никому не открывай дверь. Я скоро приду,- Рамазов вышел заперев дверь.

Гунтрам остался один с сыном. Он вздохнул, и сел на диван, видя как сын ходит как утка от одного кресла к другому. Он позвал его к себе и обнял его.
— Что мы будем делать, Конрад? Он говорит что мы поедем домой, но я не верю в это. Это ещё один трюк. Я хотел бы поехать домой. Если Обломов отвлечет Константина, мы бы смогли уехать домой, а если нет, он вернется за нами и накажет твоих братьев. Хотя кого я обманываю. Конрад наверно не позволит мне быть рядом с ними. Я потерял их из-за своей собственной глупости и зависти.

Дверь открылась и Гунтрам аж подскочил на диване.
— Это я. Ты действительно нервный, - сказал Рамазов, неся с собой большую пачку памперсов.,- Через пол часа придет женщина, и принесет одежду для ребенка. Выберешь все что надо, надеюсь памперсы подойдут?,- сказал он шутя,- Почему бы тебе не раздеться и не принять ванну, немного отдохни, пока доставка придет.


Гунтрам посмотрел на Рамазова в ужасе. «Пришло время платить за еду ребенку»,- подумал он и стал снимать с себя одежду обреченно
Рамазов посмотрел на него не понимая, почему он раздевается в гостиной, и все понял.
— Что ты делаешь, почему ты здесь раздеваешься?,- завопил он истерично
— Пожалуйста, давайте сделаем это в вашей спальне, не перед моим ребенком
— Чтоооо? Я не педик, я гетеро, а ну иди в ванну и там раздевайся
— Ты же сказал, раздевайся,- заикаясь сказал Гунтрам
— Мне не нравятся мальчики, и если бы даже нравились, я бы в жизни не прикоснулся к тебе! Ты хочешь чтобы Линтрофф порвал меня на флаг?! У меня жена и любовница, и это больше чем достаточно.
— Ты предложил пищу для нас и я... Я прошу прощения за ошибку, сэр
— Ты делал это раньше? Из-за ребенка?
— Да.
— Дерьмо! Никому не говори об этом и я не скажу. Ты поэтому не ел в поезде?,- Гунтрам кивнул,- Забери одежду и прими душ, я посмотрю за ребенком.
Гунтрам собрал одежду и ушел в ванну.

***

Одетый в пижаму отеля, Гунтрам съел часть своего обеда, после того как накормил сына и уложил его спать. Через какое-то время, пришла женщина с большой коробкой детской одежды.
Рамазов посмотрел на Гунтрама и понял что он сильно нервничает, он предложил ему пойти в другую комнату и попросил женщину выбрать одежду для ребенка на два- три дня на её усмотрение. После того как он рассчитался, он открыл дверь в спальню Гунтрама.
— Гунтрам, я пошел за паспортами, оставайся здесь, смотри телевизор и ложись спать. Это займет какое-то время. Не жди меня.
— Меня зовут Федя.
— Хорошо, Федя, смотри телевизор, там есть международный новостной канал. Смотри что происходит в мире.
— Спасибо.

***

Константин молча смотрел как Дима зарезал старика, после того как он показал им где был компьютер. Он затаил дыхание увидев кадры когда началась стрельба. Он с восхищением наблюдал как Гунтрам не задумываясь убил двух человек защищая своего сына. ««Наконец он усвоил урок»». Он нервно сглотнул, когда двое неизвестных ударили его и отобрали ребенка.
Дима посмотрел на своего босса, лицо его было в гневе, когда он узнал Обломова.
— Ивану Ивановичу нужно устроить аварию, тебе не кажется?,- прошептал он.
— Босс, старик сказал что они увезли Федю с ребенком в сторону города. Если мы поспешим, мы успеем их перехватить.
— Нет, сначала мы зачистим всё здесь. Сюда мы уже не вернемся. Очевидно Корсаков продал нас Обломову. Включи всё. На этот раз никто не должен остаться в живых. Ясно Клатчко?

***

После того как Гунтрам понял что сын заснул, он развалился на диване не в силах поднять палец, уставший после событий дня.
««Я убил двух человек сегодня. Разрушил две семьи. Я до сих пор не понимаю, почему я это сделал. Я просто выстрелил чтобы убить. Я хладнокровный убийца. Полиция арестует меня и моего ребенка отправят в приемную семью. Никто не поверит мне. Я жил с Константином почти три года, ни один заложник не делает этого.
Действительно ли я вернусь в Цюрих?
Если это трюк Константина, почему тогда убили Массаева? Константин никогда бы не навредил Массаеву.
Бедный Михаил, он всегда защищал меня, когда дела были плохи.
Может быть правда Обломов хочет помочь мне? Но он обманул нас, сказав что Репин мертв.
Жив ли Константин или мертв? Я никогда не хотел этого. Я только хотел чтобы он оставил меня в покое. Он любил меня. Он дал мне здоровье и ребенка. Может быть он лежит там на дороге как и Михаил? Кто о нем позаботится? А что я буду делать без него? Он бы никогда не освободил меня, и возможно сейчас где-то прячется поджидая меня, чтобы наказать за побег. Да, все верно. Я опять подвергаю опасности своего ребенка своим безрассудством.
Эти люди Обломова, они такие же гангстеры как люди Корсакова. Они не отправят меня домой, если Конрад не заплатит им. А если он не захочет платить? А что если они причинят вред моему ребенку после этого?
Что если человек который находится рядом с мальчиками узнает что Константин мертв, убьет их?
Я не могу вернуться туда. Люди Константина могут убить Клауса и Карла, просто чтобы отомстить за него.»»


Устав думать, Гунтрам поднялся с дивана и пошел в гостиную сделать себе кофе. Он взял чашку и налил себе кофе.
— Эй! Черный чай так же вреден как и кофе,- голос Рамазова вывел Гунтрама из транса,- Документы готовы, Илья мастерски выполняет свою работу.
Гунтрам прикоснулся к чашке с кофе, оно было холодное, значит я опять потерялся во времени. Гунтрам посмотрел на Рамазова, который включил телевизор и сел на диван.
— Знаешь ли ты тех людей, которых я застрелил?
— Кого?
— Ты знаешь о ком я говорю...
— Я их не знаю, они не из нашей команды. Идиоты, они сами виноваты, кто приближается к заложнику, который может быть вооружен.
— Я не хотел их убивать, я не знаю почему я это сделал.
— Не беспокойся об этом. То что ты сделал это логично, прежде чем выпустить волка из клетки, надо было подумать о своей безопасности. Местная полиция наоборот будет довольна, что ты избавил их от этих бандитов. Не беспокойся, мы не будем предъявлять претензий Линтроффу,- усмехнулся Рамазов.
— Я убил двух людей...
— В первый раз, да? Да не волнуйся ты, один из них только ранен. Теперь дай мне посмотреть новости,- Рамазов повернулся и стал смотреть телевизор, бросив два уругвайских паспорта на журнальный столик.,- Значит, как уругвайцу, тебе не нужна виза для въезда в Европу, не так ли? Я также включил в декларацию что у тебя Золотая Visa, швейцарцы никогда ни о чем не спрашивают, пока ты хорошо себя ведешь и у тебя есть деньги. Это их образ жизни.
— Да, это правда,- пробормотал Гунтрам.
— Эти часы у тебя Patek Philippe?
— Да. Хочешь их?,- Гунтрам начал снимать часы с руки
— Нет, у меня есть свои неплохие Ролекс, жена подарила, смотри,- он гордо показа Гунтраму часы,- Я просто хотел посмотреть твои.
— Я купил их давно...,- сказал Гунтрам, и его взгляд привлек знакомые места в телевизоре,- Это дорога к поместью Курагина,- сказал он хриплым голосом.
— Что?!- крикнул Рамазов и прибавил громкость, чтобы послушать новости.
Гунтрам не мог оторвать взгляд от изображений на экране: перевернутые от взрывов фургоны лежали на дороге...
— Что случилось? Константин мертв?- прошептал он
— Тсс! - Рамазов попросил его замолчать,- Плохо дело.
— Что?,- опять спросил Гунтрам,- Пожалуйста, скажи мне.
— Обломов и остальные предположительно мертвы, дорога была заминирована минами-ловушками и каким-то образом они взорвались. Сумасшедший Репин, заминировал все подъезды, как в Афганистане. Команда миноискателей разминируют дорогу, чтобы полиция могла туда войти.
— Константин жив?- спросил в ужасе Гунтрам
— Я не знаю. Очевидно они не поймали его. Корсаков сказал что у него почти не было охраны.
— Константин будет в ярости! Массаев сказал мне, что к нему должны были приехать новые люди, военные с юга, но я не поверил ему. Он сказал мне что он нанял людей Корсакова, потому что это было дешевле.
— Мудак Репин! Он будет искать тебя и ребенка,- пробормотал Рамазов,- Мы должны вытащить тебя отсюда, потому что в первую очередь он будет искать тебя здесь... вот дерьмо!,- Гунтам посмотрл на Рамазова, но ничего не сказал,- Я должен вытащить тебя отсюда как можно скорее, собери вещи, одень ребенка. Мы уходим.
— Куда ты меня отвезешь?
— В безопасное место. Это лучшее что я могу сделать. Потом Павичевич или кто-нибудь другой заберет тебя. Я должен исчезнуть, если Репин найдет меня, убьет не задумываясь. Без Обломова мы в состоянии войны. Ты останешься в безопасном месте и будешь сидеть там, пока за тобой не придут. Ты меня понимаешь?
— Не отправляй меня к нему. Он убьет моего ребенка за побег!
— Я имею в виду что за тобой придет Линтрофф, ты что, не понял меня?
— Нет, не произноси его имя, если Константин узнает что я сбежал к нему, он убьет его детей!
— Ты бредишь, парень?
— Нет, он убьет моего ребенка или моих сыновей, в любом случае я теряю. Отвези меня к Курагину.
— Не понимаю никакого смысла вообще. Ты хоть себя слышишь?
— Отвези меня к Курагину! Ты должен знать где он. Может быть он простит меня и пожалеет моего ребенка. Я вообще не хотел сбегать.
— Нет! Ты надеешься на его снисходительность? Я знаю Репина с 1999 года, и поверь мне, это кровожадный человек, он никого не пожалеет! Ты должен вернуться в Орден. Обломова нет, сейчас начнется тотальная война!,- Рамазов отчаянно пытался найти решение,- Взрывы произошли почти сразу как мы сели в поезд, по моим подсчетам Репин сейчас на пути в Москву. Если на самолете, то он уже здесь. Он разорвет нас на куски, если его овчарка с ним. Давай парень, поторапливайся, я не могу для тебе больше ничего сделать, кроме как отвезти в безопасное место, у меня тоже есть семья, мне надо о ней позаботиться. А там ты можешь поступать как знаешь, Хочешь звони Репину, хочешь Линтроффу, хоть Санта-Клаусу. Я должен срочно покинуть город, прежде чем овчарка здесь появится.
— Какая овчарка?
— Это личный охранник Репина, фанатик. После того как Репин умер, он просто исчез. Но если ты говоришь, что должны были прибыть люди с юга, значит это кавказцы. Как звали человека, который отвечал за безопасность?
— Дмитрий Николаевич, я не знаю фамилию, он сказал звать его Димой.
— Дима Клатчко? Дима из Чечни?,- спросил встревожено Рамазов.
— Он говорил мне, что его семья живет в Грозном.
— Собирайся. Мы уходим прямо сейчас, у нас нет времени, - Рамазов достал свой телефон и быстро стал набирать номер.

***

Машины остановились на небольшой территории возле частного аэропорта города, Константин и его шестеро охранников выскочили из машины.
— Господин Курагин, мы не ждали вас, - сказал подбежавший к нему один их охраны аэропорта,- Ваших пилотов здесь нет.
— Я надеялся перехватить здесь старого друга..., они улетели уже?,- спросил Константин изображая отчаянье, он предложил подбросить меня в Москву.
— Вы опоздали, самолет Лукойла улетел около четырех часов назад.
— Другого самолета не было? Мой друг такой, высокий, в темно-зеленом пальто.
— У нас не было других рейсов сегодня, коммерческий прилетел сегодня в 11 утра, люди с Газпрома. Механики сейчас проверяют самолет. Если вы хотите сегодня улететь, вам придется подождать несколько часов. Вы же знаете, что нам нужно не менее трех часов, чтобы утвердили план полета.
— Ладно, Кирилл, спасибо,- он дал ему записку, и вернулся к своей машине.
Константин сел в машину и Дима посмотрел на него
— На машине они не могли поехать, это равнозначно самоубийству, значит остается поезд, - размышлял Константин,- Надо выяснить когда ушел последний поезд в Москву. Вызовите этих ленивых пилотов и определите маршрут...,- Константин что-то искал в телефоне. Москва. Я хочу быть там до 10 часов.
— А как насчет другого...?
— Мы меняем план. Эта диверсия займет полицию на несколько дней.

***

Гунтрам смотрел из окна машины на темные здания микрорайона. В темную ночь невозможно было что-то разглядеть. Он крепче прижал к себе спящего сына, когда они вышли из машины, он посмотрел на Рамазова, который достал большой мешок с вещами сына из машины.
— Иди за мной. Не разговаривай ни с кем здесь.
Гунтрам с ужасом смотрел на грязный подъезд, перешагивая через горы мусора.
— Куда ты меня привез?
— Не обращай внимания. Поднимайся, у нас 4 этаж, я пойду первым,- сказал он, освещая путь фонариком
— Я не могу остаться здесь с ребенком, это опасно.
— Это всего лишь на несколько дней. Оставайся в квартире и не выходи на улицу. Это безопасное место. Никто о нем не знает.
— Это безопасное место?
— Не выпендривайся, если хочешь остаться целым. Никто из соседей не будет стучать к тебе в дверь, чтобы спросить чашку сахара.

Рамазов открыл дверь и Гунтрам вошел в небольшую, но чистую, хорошо отремонтированную квартиру, с хорошей, добротной мебелью.
— На окнах пуленепробиваемые стекла, стены двойные, дверь, сам видишь, как в сейфе.
— Ничего себе!- сказал Гунтрам пораженный,- Не вяжется с полной картиной. Такая квартира и такой подъезд.
— Я рад что тебе понравилось. Установи температуру в квартире до 21 градуса. В холодильнике еда, дней на пять, телефон, телевизор, компьютер. Вызывай кого сам захочешь, но не оставайся здесь больше 3-4 дней. Репин будет искать тебя как сумасшедший, так что смотри не разговаривай ни с кем в подъезде.
— А Репин не будет искать меня здесь?
— Нет, про это место никто не знает, но наркоманы и мелкие воры, как правило стукачи. Никто не должен увидеть тебя здесь. Позвони своим людям, скажи им адрес где ты находишься, пусть они приедут за тобой. На этом листке я написал адрес. Ни при каких обстоятельствах не выходи на улицу. Тебе все понятно?
— Да, но что я должен делать?
— Возвращайся к своим людям, они знают что делать.
— А что если Константин навредит моим детям?
— Я не знаю. У меня свои проблемы. Вызывай Линтроффа или Репина, как сам решишь, но не говори им кто я. Не называй мою фамилию. Сделай мне такое одолжение?
— Да, я согласен. Спасибо тебе за всё.
— Удачи тебе!,- Рамазов развернулся и вышел.

Страх обуял Гунтрама, когда он увидел как закрывается дверь. Держа на руках ребенка, он закрыл дверь на ключ и прислонился к двери прерывисто дыша. Впервые за многие годы он остался один и совершенно свободен. Не было никого кто мог бы ему сказать что делать и куда идти. Он почувствовал себя потерянным, как собака, которая потеряла хозяина.
— Это то, кем я стал. Собакой.

Но потом как-то стало легче и он почувствовал себя уставшим. Он подошел к закрытой двери и открыл дверь, там была двуспальная кровать и стол, на котором был ноутбук. Он положил сына на кровать и снял с него одежду, накрыв его одеялом. Рядом с маленькой спальней была современная ванна. Гунтрам разделся и установил температуру.

На кухне он нашел коллекцию консервов, вино, соки и печенье. В картонных коробках были упаковки сигарет и ящик водки. Гунтрам ухмыльнулся увидев около двадцати коробок конфет.
Он вернулся в маленькую гостиную и сел за стеклянный стол.

Эйфория свободы вызвала смех и Гунтрам засмеялся, потом смех перерос в истерический хохот, по щекам потекли слезы и Гунтрам стал плакать а потом рыдать, положив руки на стол, он уткнулся в них носом, а потом провалился в глубокий сон.

***

Константин рассматривал файлы на доверенных людей Обломова.
— Это он!,- крикнул Дима, это он забрал Федю, Рамазов!
— У тебя есть цель.,- спокойно сказал Константин
— Москва большая, босс
— Я поставлю все свои счета на Багамах, что такая курица, как мой дорогой друг Иван Иванович, попытается вернуть моего Федю Линтроффу. Но его план столкнулся с неожиданной проблемой- Конор. Он не сможет вывезти его из страны, без документов. Без хороших документов, чтобы не придрался паспортный контроль.
— Я знаю в Москве только двоих человек, которые смогут сделать хорошие документы за такой короткий срок.
— И только один из них работает на Обломова. Теперь мы знаем кому нанесем первый визит.
— Да, босс.
— Ах, да..надо взять семью Рамазова тоже. Может пригодиться.- сказал Константин и прислонился к спинке кресла.
««Мой бедный Федя действительно выглядел испуганным, когда они его забирали»», - подумал Константин, просматривая кадры в своем ноутбуке. Он конечно не хотел идти с этим человеком. Может быть все произошедшее сыграет в мою пользу?
***********************************
Конец 16 главы, 6 части, 2 книги

18:33 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга. 6 часть. глава 7-(1)
15 октября 2010 года
Милан.

****************************************

Алексей пересек площадь Пьяцца делла Скала и вошел в Галерею Витторио Эмануэлле.
««Такой же как «Пассаж» в Санкт-Петербурге»»,- подумал Алексей, чувствуя острую боль тоски.

Он шел к центру, где пассажи пересекались, образуя восьмиугольник, купаясь в солнечных лучах. Алексей зашел в маленький магазинчик, за стойкой которого всегда был старик, но сегодня его не было, вместо него стоял молодой мужчина лет сорока. Чтобы произвести приятное впечатление, Алексей всегда старался говорить на том языке, в какой стране находился. Особенно в Италии, даже если ты говоришь не правильно, они посмеются с тобой и перейдут на английский язык:
— Bon Giorno,- сказал Алексей, - Mi dispiace ma il mio...
— Пожалуйста, сэр, чем могу вам помочь?,- ответил мужчина мягко и Алексей оглядел его с головы до ног.
— Большое спасибо,- сказал Алексей почти шепотом, заметив как итальянец почти вздрогнул. ««Гей, несомненно, лакомый кусочек»»,- подумал Алексей,- Я хотел бы заказать духи, чтобы подарить другу на день рождения. Я думал что увижу здесь старого джентльмена, который раньше был здесь.
— О, вы должно быть имеете в виду моего дядю Энрико. Он не работает здесь уже два месяца, уже не чувствует аромата духов.
— Очень жаль.
— Да, очень жаль, он проработал здесь 43 года. Я переехал сюда из Грасса, чтобы продолжить семейный бизнес.
— Я ищу духи, созданные специально для одной семьи, может быть вы могли бы спросить своего дядю...
— Если вы будете так любезны назвать мне имя, я посмотрю записи и через две недели духи будут готовы, если ингредиенты не слишком экзотические.
— Имя должно быть в вашем компьютере, мой друг заказывал их в прошлом году.
— Мой дядя не пользовался компьютером,- сказал он с улыбкой,- Я должен посмотреть в книге, где он всё методично записывал.
— Это особенный аромат. Семья пользуется им с 19 века.
— А, старое русское дворянство,- сказал итальянец, он наконец узнал русский акцент и элегантную манеру поведения посетителя,- Сейчас уже не то, что было раньше. Мы были поставщиками царя, пока Дуче не пришел к власти.
— Нет, старое немецкое дворянство,- сказал Алексей, позабавило, что его приняли за аристократа, его дед копал картошку на полях, а отец был первым, кто пошел в школу,- Его имя Гунтрам де Лиль,- сказал он с мягкой улыбкой и продавец достал из ящика стола книгу, чтобы найти имя.

— Да, вот оно. Семья Гуттенберг Саксен. Номер 347. Один из самых старых препаратов. Одну минуту, пожалуйста, - он вышел в заднюю дверь и вернулся через минуту с большой старой кожаной книгой, и бережно стал листать страницы,- Мы обновили всё в 21 веке. Некоторые ингредиенты потерялись или назывались иначе.
— А с какого времени ведется эта книга?,- спросил Алексей
— Я думаю что эта книга ведется с 1905 года. Мой дядя не хотел ничего здесь менять.
««Герцог наверно покупал здесь»»,- подумал Алексей
— Вам повезло, сэр, эти духи до сих пор производятся,- сказал парфюмер и пошел проверить данные в компьютере,- Мой дядя приготовил более 20 бутылок год назад,- сказал он после просмотра в компьютере. Я могу приготовить их к завтрашнему дню.
— У него было так много клиентов?,- невинно спросил Алексей
— Я не знаю, но учитывая объем продаж, спрос был.
— А вы не скажете мне кто заказывал, а то получится что ещё кто-то их подарит и я буду выглядеть идиотом. Это необычная просьба, но не могли бы вы дать мне список покупателей? Я посмотрю, нет ли там знакомых фамилий, я был бы вам очень признателен, если вы спасете меня от неловкого момента.
— Я не могу сделать это,- колебался парфюмер
— Пожалуйста...
— Ну я могу назвать, но только инициалы.
— Вы можете сделать это во время обеда, на который я вас приглашаю,- тихо сказал Алексей,- Может быть посоветуете какое-нибудь место, где мы могли бы пообедать, я здесь проездом и не знаю хороших мест,- добавил он соблазнительно.
— Да, я знаю одно хорошее место.
— Отлично. У вас есть партнер?,- Алексей внимательно смотрел на свою жертву.
— Нет, у меня нет партнера,- ответил тот, не веря что этот великолепный русский обратил на него внимание.

***

Алексей тихо встал с кровати, которую он разделил с парфюмером в небольшой гостинице. Солнце уже поднималось и ему нужно было сделать все быстро. Он взял брюки итальянца и вытащил из них связку ключей.
««Мне нужно быстро сделать оттиск ключа, надеюсь старый добрый дядя тоже не менял замки со времен царя»»,- ухмыльнулся Алексей.
Он закрыл дверь в ванной, нагрел ключ зажигалкой и приложил к мягкой поверхности мыла, затем тщательно промыл ключ водой, высушил его и опять прикрепил к связке. Спрятав мыло в шкафчике он вышел в комнату, чтобы разбудить и отправить парфюмера домой.
— Могу ли я встретиться с вами сегодня, Энрико? Я хотел бы куда-нибудь сходить с вами.
— Это правда?,- спросил тот и остолбенел
— О, у вас другие планы?
— У меня??? Нет, у меня нет никаких планов. Давайте сходим куда-нибудь.
— Отлично. Почему бы нам не встретиться в Дуомо в восемь часов?
— Я закрываю магазин в девять часов.
— О..,- сказал Алексей разочаровано, и присел на кровать чтобы поцеловать его в губы, как бы уговаривая его прийти раньше. ««Если мне придется незаконно войти в магазин, то лучше это сделать в рабочие часы, чтобы не привлекать внимания.»»
— Ну, я не думаю что у меня будет много людей желающих заказать духи в это время.
— Конечно не будет, у людей нет больше вкуса, редкие люди ценят эксклюзивные заказы.
— Да, верно. Я до сих пор не могу определить ваш аромат.
««Дерьмо! Я же душился из флакона, который мне дал Жан-Жак, он купил его для Гунтрама.»»

— Давайте сделаем ставку. Если вы догадаетесь какими духами я надушен, то я жду до девяти, а если нет, то вы придете в восемь?,- сказал Алексей игриво.
— Легко!,- сказал итальянец и понюхал шею Алексея,- Этот аромат хорошо подходит вашей коже, и вероятно он в массовой продаже. Hugo Boss?,- спросил он шутя
— Вы придете в Дуомо в семь!,- ухмыльнулся Алексей и Энрико обиделся,- Хорошо, я даю тебе ещё один шанс.
— Древний индийский сандал, арабский жасмин самбак и ... Вот в чем проблема, это напоминает мне аромат номер 1, от Клив Кристиан, но это что-то не то...
— Похоже на яблоко, и последний ингредиент травы шалфея мускатного. Рецепт вашей семьи. Номера не знаю. Это подарок от моего друга.
— От Гунтрама?,- спросил Энрико расстроено
— Гунтрам практически женат. И его муж выше меня ростом. Да, он подарил мне духи, но мы только друзья.
— Хорошо,- сказал Энрико,- Сейчас мне нужно идти.
— Увидимся в восемь,- подмигнул ему Алексей.

***

Из-за угла Алексей наблюдал как Энрико закрыл магазин и поспешно отправился к выходу.
««Те, кто говорит, что итальянцы не пунктуальны, идиоты»»,- подумал Алексей, и решительно направился к магазину. Открыв дверь он зашел туда не включая свет. Он сразу прошел в заднюю комнату, увидев компьютер, он включил его. Нашел и открыл файлы продажи духов. Увидев цену за флакон, он присвистнул. Более 2000 евро, за флакон 100мл.
Сердце его сжалось, когда он увидел что Жан-Жак заказал флакон в сентябре. Он видимо думал, что Гунтрам вернётся к своему дню рождения. Фридрих заказал в прошлом году 9 флаконов и Мишель Лакруа заказал два флакона несколько месяцев назад.
Никто больше не заказывал. Он вздохнул и вставил Пендрайв в компьютер, чтобы в будущем он мог иметь вход в базу данных.

18 октября 2010 года
Цюрих.


Два маленьких тайфуна прыгнули на Конрада, когда он спал в своей постели.
— Что вы здесь делаете?,- спросил он своих сыновей, которые уже забрались к нему под одеяло и удобнее устраиваясь рядом с ним.
— Снег идет,- сообщил ему Карл
— Окно в вашей комнате хорошо закрыто. И вы не будете здесь спать, марш в свою пастель. -
— Ты же позволял Гунтраму спать с собой.
— Гунтрам не позволял вам спать здесь.
— Так это же не позволял Гунтрам, а не ты,- сказал Клаус, устраиваясь удобней рядом с отцом.
— У вас есть свои собственные кровати, молодые люди. Что случилось с вами? Вы никогда раньше не вторгались в мою постель?,- расстроено сказал Конрад,- Я никогда не был в постели своего отца.,- сказал Конрад.
««Если это очередная идея Эберхарда по сближению отца и детей, я придушу его, с меня хватило этого дурацкого фестиваля динозавров»».
— Папа, как ты думаешь, Гунтрам будет завтра праздновать свой день рождения?,- со слезами на глазах спросил Клаус,- Мы не знаем куда послать ему подарок.
— Я не знаю,- сказал Конрад,- Может быть он и будет отмечать, но его никогда не интересовали подарки, он был бы рад, если бы вы что-нибудь нарисовали для него.
— Когда он вернется?, - спросил Карл,- Я хочу подарить ему свой подарок, который я сделал в школе.
— Я не знаю, сынок, человек который похитил Гунтрама, где-то прячет его и мы не можем найти. Сейчас мы точно знаем кто его похититель, но мы не можем найти этого человека.
— Почему он забрал его у нас?,- спросил Карл повышая голос.
— Потому что он плохой человек,- сказал Конрад,- Он забрал нашего Гунтрама, потому что он очень хороший.
— Как ты думаешь, он стал ангелом?,- спросил Клаус,- Патер Бруно говорит, что хорошие люди отправляясь на небеса превращаются там в ангелов.
««Конрад хотел отрицать, но сам уже терял надежду. Я могу прожить в трауре до конца жизни, но им нужно жить дальше.»»
— Это тоже возможно, Клаус,- ответил он с тяжелым сердцем,- Гунтрам всегда будет с вами, даже если его нет здесь.
— Нет, папа, Гунтрам вернется к нам в свой будущий день рождения. Я знаю это.
— Может быть, Клаус, может быть,- сказал Конрад.
Он вздохнул и погладил старшего сына по голове, а потом поправил одеяло, чтобы они не замерзли.
****************************************************
Конец 7(1) главы, 6 части, 2 книги

01:36 

Тионн Роджерс. "О доброте и сострадании жаб и лягушек (перевод)

Жизнь прекрасна!
О доброте и сострадании жаб и лягушек.
25 глава.
«Терпение паука»
27 января 2013 года. США.

*********************************

« Ничто никогда не получается так как хочется. Но я всегда знал как из худшей ситуации выбрать лучшую.»
« Ален хороший парень, но уж слишком провинциальный. Он ничего не хочет менять в своей жизни, ему нужна только его музыка и жалкая профессия учителя. Я оставил ему дом и немного денег, думаю что для него достаточно.»

« Никто кроме Ангела не будет идеален для меня. Но он превратился в сумасшедшего когда стал отцом. Единственно хорошее что получилось от нашей связи, это мой Конор. Но я и его потерял.»

« Павичевич сейчас у власти и мне нельзя больше оставаться в Европе. Америка тоже небезопасна для меня. Еще месяц, и я покину её.»

Константин окинул взглядом комнату ожидания, стены окрашенные в мягкие тона, блестящий сверкающий мраморный пол и современными картинами на стенах.
— Мистер Арсеньев? Вы можете увидеть своего сына. Он здоровенький мальчик.
— Спасибо,- ответил он,- С суррогатной матерью всё в порядке?- спросил он из вежливости.
— Врач побеседует с вами позже,- ответила медсестра, чувствуя себя неуютно, от того каким холодным тоном назвал он женщину родившую для него ребенка.
— Могу ли я сейчас увидеть своего сына?
— Да, следуйте за мной, пожалуйста,- сказала она сухо, и Константин последовал за ней по коридорам.
Медсестра посадила его в комнате, где через большое окно можно было увидеть новорожденных. Она поднесла его к окну и он посмотрел на спящего ребенка на её руках, и еще раз почувствовал знакомое тепло.

« Он очень похож на моего Конора»,- подумал он и прижался к окну, чтобы посмотреть внимательнее.
Медсестра повернулась и пошла к двери, чтобы дать ребенка его отцу.
— Он очень милый ребенок,- сказала медсестра и приготовилась объяснить ему, как правильно держать младенца на руках.
— С ним всё в порядке,- сказал Константин, взял у неё ребенка и квалифицированно прижал к своей груди.
— Да, его состояние оценивается в 9 баллов.
— Вы его покормили?
— Пока нет. Вы четко сказали чтобы у него не было контактов с его матерью.
— Ну вы должны были покормить его. То что он спит, не означает что вы можете пренебрегать своими обязанностями,- резко сказал Константин.
— Да, сэр. Но я подумала что вы предпочтете сделать это сами.
— В коридоре?- ухмыльнулся он.
— Я могу дать вам стерильную одежду и вы можете покормить его в детской комнате. Или пойдите в администрацию и попросите предоставить вам отдельную комнату.
— Я думаю халата будет достаточно.
— Хорошо, сэр. Подождите здесь пожалуйста,- сказала она и ушла в стерильную зону.

Константин сидел в маленькой прихожей и внимательно, с нежностью рассматривал каждую деталь лица ребенка. Волосы у него были светлые как у Конора. Ребенок на секунду приоткрыл глаза и Константин заметил что они были темно-голубые, как у отца.
« Это было Благословением, что осталось ещё три эмбриона. Ты будешь таким же красивым как был твой отец и брат.

***

Константин смотрел на новое свидетельство о рождении, которое передал ему сегодня адвокат в холле гостиницы. Он вздохнул и отставил бутылочку из под молока в сторону и осторожно похлопал по шестидневному ребенку, чтобы он отрыгнул, прежде чем закрыть глаза.
— Ты еще спокойней чем твой брат Конор, мой Костя. Должно быть сладкий характер моего Ангела достался и тебе,- сказал он обращаясь к ребенку на русском языке, - У нас все готово к отъезду и скоро мы уедем.

С большой осторожностью Константин подошел к кроватке и положил в неё спящего ребенка. И рядом с ним положил игрушку, зеленую плюшевую лягушку.
« Больше ничего французского у нас не будет, Костя»,- подумал он и прочитал свидетельство о рождении:
КОНСТАНТИН АРСЕНЬЕВ, сын Франсуа Арсеньева.
« Теперь ты гордый гражданин Америки.»

« Аргентина, последнее место на земле, куда сунется Линтрофф. У него ничего нет в этой стране. И Гунтрам никогда сюда не приедет. Так что Аргентина для нас, безопасное место.»
« Никто не будет нас там искать. И Буэнос-Айрес удобен для меня. Павичевич после 2010 года тоже туда не сунется. Римский держит эту зону и не пустит туда крестоносцев. Там есть неплохие частные школы и у нас достаточно денег, чтобы хорошо прожить остаток жизни. Никто и ни о чем вас не будет спрашивать, если у вас есть деньги.»

« Жаль что ты никогда не встретишь своего брата. Он был замечательным ребенком.
Самое прекрасное что у меня когда-либо было. Никто и ничто не мог сравниться с моим Конором. Ни одно художественное произведение не было таким невероятным как он.»

« Гунтрам потерял половину моей любви, когда я увидел Конора.»
« Теперь, когда я увидел своего Костю, я буду заботится только о нем.»
« Возможно я когда-нибудь забуду Конора.»
« Может быть мой Костя станет ученным или инженером.»
« Время покажет.»
« Это новое начало для нас всех.»

*************************************
Конец 25 главы. Терпение паука.

16:24 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга. 6 часть. 18В глава
28 апреля 2012 года.
Стокгольм.

******************************************

Увидев Константина и его людей у ворот выезда из гавани, Гунтрам быстро скинул сына на пол автомобиля, придавив его своим телом и сжав челюсти сына рукой.
— Эй! Парень, ты собрался заняться оральным сексом?,- захохотал Джон,- Я так не увижу ни одного знака.
— Я держу ребенка, он соскользнул,- сказал Гунтрам, он сидел согнувшись, пока автомобиль быстро проскочил ворота.
— Да я не возражаю. Не можешь подождать до отеля? А как насчет, никогда перед ребенком?
«Мудак!» ,- подумал Гунтрам, но промолчал

— Почему бы тебе не назвать меня- «Мудак!», я же вижу что тебе хочется так сказать? Или этого слова нет в словаре у Принцев?
— Нет никакой надобности быть вульгарным,- сказал Гунтрам, сев вертикально в кресло и прижав сына к груди.
— Да ладно тебе, скажи тогда какое-нибудь подобное слово, например: мудак, говнюк, дрочило, задница, моя бабушка всегда лупила меня по башке, когда я произносил их.
— Пожалуйста, воздержись от сквернословия в присутствии моего сына.
— Хорошо, извини,- серьезно сказал Джон,- Если можешь, читай знаки, и скажи мне как добраться до города, до какой-нибудь шикарной гостиницы.
— Ты имеешь в виду "NOBIS", спросил Гунтрам рассеяно, программируя GPS.
— Да, что-то подобное,- сказал Джон «Интересно, откуда, твою мать, он знает про эту гостиницу, если он впервые в Европе?»,- подумал Джон, но промолчал

***

««Мне нужно пока затаиться, если я хочу выйти живым из этой ситуации. Константин в ярости, и он заберет у меня Конрада. Его люди знают что я был на пароме и сбежал оттуда. Они будут искать меня на всех железнодорожных вокзалах и автобусных станциях и в аэропорту. Если я поеду в Цюрих сейчас, они поймают меня. Все они из КГБ и я не смогу перехитрить их.»»

Гунтрам улыбнулся портье и почтительно попросил её изменить заказ, на люкс с двумя спальнями. Женщина улыбнулась и быстро изменила заказ, и послала посыльных отнести чемоданы.
— Я думал что мы будем спать вместе,- проворчал довольно громко Джон, подписывая книгу реестра.
— Вы в процессе развода, хотите больше денег заплатить жене? Ни при каких обстоятельствах мой сын не будет спать в гостиной, как вы в начале планировали.
— Ффф...замашки Принца,- может быть он чертовски прав, с этими гребанными манерами, эта гребанная баба за минуту изменила заказ и это было приятно.

***

— Ты когда-нибудь видел такую роскошь, малыш?,- спросил Джон с ухмылкой,- Хорошая, старая декадентская Европа!
««Тебе надо увидеть «Ритц» в Риме, чтобы понять что такое настоящий декадент»»,- подумал Гунтрам,- Очень красиво оформлено,- сказал Гунтрам,- Простите, но мне нужно уложить ребенка спать.
— Видимо условия жизни у него невероятные в Уругвае, если он даже не обратил внимания на эту роскошь,- подумал Джон,- Посмотрим, что он из себя представляет. Честно говоря, никогда не думал что он поедет со мной.

Джон налил себе виски из мини-бара и стал смотреть в окно на оживленную улицу.
— Конор наконец уснул,- сказал Гунтрам, и присоединился к нему в гостиной,- Захватывающий вид. Я никогда не был здесь. Огни над площадью создают великолепную ауру,- сказал он не задумываясь.
— Ты никогда не был здесь? Это твой первый приезд в Европу, не так ли?
— Да, конечно,- сказал Гунтрам, «Надо как-то заставить его побольше трахаться и поменьше говорить»,- подумал Гунтрам.
— Ты очень странный, знаешь ли..,- сказал Джон и поставил стакан на подоконник,- Но я клянусь, что никогда не встречал никого красивее тебя,- он схватил голову Гунтрама и притянул к себе для поцелуя.

Поцелуй был не на столько отвратительным, как те, что были с бандитами, в последнее время, но и ничего романтичного, что напоминало бы ему о прошлых временах. Даже поцелуи с Константином значили для него больше, чем то что он испытывал сейчас. «Я могу изобразить страсть, я делал это в течении трех лет. Мне нужно только остаться с ним на 2-3 дня, пока русские не уедут.»

Гунтрам углубил поцелуй, открыв рот, приглашая партнера и тот прильнул к нему чуть ли не высосал воздух из легких. Джон схватив его за ягодицы, приподнял его и понес в кровать.
— Я не могу больше ждать, хочу трахнуть тебя,- Гунтрам улыбнулся и стал снимать свою одежду,- Я люблю тощих мальчиков, не дразни меня сейчас,- и стал целовать его грудь,- Отсоси мне.
— Я не проходил этот урок в школе,- сказал Гунтрам и стал массировать ему мошонку и член, и тот умирал от наслаждения.
— Остановись, я не вытерплю больше - Джон разорвал пакетик презерватива и дал его Гунтраму надеть его.
Он перевернул парня на живот и хорошо смазал его.
Гунтрам заскулил от удовольствия, когда он проник в него, размер члена напомнил ему Конрада.
— Ты можешь кричать, если хочешь, я знаю что у меня большой.
«Мудак!»- подумал Гунтрам
— Давай, детка, я знаю что тебе нравится,- простонал Джон, чувствуя блаженство, долбя хрупкое тело под ним,- Ты узкий и жаркий,- пробормотал он увеличивая скорость и громко пыхтя от удовольствия.
Джон закричал как дикий зверь, когда его накрыл оргазм и упал на спину Гунтраму.
— Черт! Это лучший трах в моей жизни, малыш,- сказал он в блаженстве и его тело растворилось в неге.
— Ты был добр ко мне,- сказал Гунтрам дипломатично, желая встать с постели.
— Я так хотел тебя что чуть с ума не сошел. Ты, Князь, очень сексуальный.
— Я не Князь. Я обыкновенный человек,- сказал Гунтрам и покинул кровать, чтобы пойти в ванную и принять душ.
Вытирая волосы, он вышел из душа, улыбнулся и устало сказал:
— Я пойду, проверю как там сын.
— Ты очень красивый, ты знаешь об этом?,- сказал серьезно Джон,- Я никогда не видел такого красивого, сексуального как ты. К тебе очень тянет меня.
— Не нужно мне говорить такие вещи,- ответил Гунтрам,- Мы оба провели хорошо время, и получили удовольствие.
— Да, это правда. Скажи, как ты умудрился заделать ребенка без женщины? Уверен, что сотни мужиков стоят в очереди у твоего порога и наверное передрались из-за тебя, блядь! да я бы сам не прочь к ним присоединиться.
— Ты обещал не ругаться,- возмутился Гунтрам, стараясь увести его от темы спором
— Я хочу еще раз спросить тебя, что ты делаешь один с ребенком в Европе?
— Я уже сказал тебе, я путешествую как турист. Моя жена умерла и я пытаюсь отойти от горя.
— Это враньё! Женщины у тебя никогда не было. Ты не в первый раз с мужчиной, и ты не шлюха, я знаю, у меня их было сотни.
— Хорошо, ты меня раскусил. Ты мне понравился и захотел пойти с тобой, потому что мне хотелось испытать что-то вроде приключения. Почему бы не провести какое-то время вместе, получить взаимное удовольствие, а потом расстаться и остаться друзьями. Никто не пострадает от этого, не так ли?
— Да, верно. Приключение. Я тоже в отпуске. Так давай проведем хорошо время и расстанемся без упреков и сожаления. Но ты до сих пор не ответил на мой вопрос, и если честно я не верю что ты был женат.
— Я был женат.
— Федя, не ври мне, ты гей и ты никогда не был с женщиной.
— Я казал что я вдовец, потому что это легче объяснить, чем рассказывать посторонним людям, что я воспользовался услугой суррогатного материнства. Доволен теперь?, сказал надменно Гунтрам,- У меня были очень плохие отношения с мужчиной, с которым я расстался, и я приехал сюда, чтобы развеяться после них и начать свою жизнь заново. И это все что я могу тебе сказать.
— Этот парень должно быть совсем придурок. Почему ты бросил его?
— Он был совершенно сумасшедшим и ревнивым. Он не давал мне никакой свободы и был одержим мной. Прости, но я не хочу больше говорить об этом. Конор, юридически только мой.
— Хорошо, я не хочу тебя расстраивать. Я сожалею.
— Я тоже переусердствовал, и сожалею об этом,- сказал Гунтрам и ушел к ребенку, оставив Джона остолбеневшим.

***

««Он конечно странный,- подумал Джон, вот уже который раз за этот день,- Он вроде бы хотел пойти по магазинам. То, что всегда делали Брендан и Кэрол после секса, и опустошали несколько моих кредитных карт. А этот предпочел остаться в номере, чтобы узнать друг друга лучше. Я же пошутил насчет 500 гребанных долларов, и он конечно знает об этом. Я богатый парень, и это ничего не стоит для меня. Черт, да за такой секс я отвалил бы несколько тысяч долларов!»»
Он смотрел на парня, играющего на полу со своим сыном, который был счастлив со своим отцом. Почему он говорит со своим сыном на английском, а не на испанском? Ребенок ему сказал "дай воду".
— Федя,- тихо позвал он Гунтрама, но тот не откликнулся.
Он повторил громче и Гунтрам повернул удивленно голову.
— Разве это не твоё имя,- пошутил Джон,- Или ты глухой?
— Я глухой,- хихикнул Гунтрам,- Федор Тарасов, моё имя,- механически повторил он.
— Да, я знаю. Я подкупил юнгу чтобы он мне сказал.
— Ты подкупил юнгу?
— Да, но не ругай меня, я знаю как делать бизнес. Уже темнеет, разве ты не хочешь выйти на улицу?
— Да, может быть, - ответил рассеянно Гунтрам,- Мы должны рано лечь спать,- Гунтрам поднялся с пола и подошел к большому окну, чтобы посмотреть на город с его многочисленными каналами, любуясь его спокойной и чистой красотой.
— Ты очень озорной, мне это нравится, я тоже могу лечь спать сегодня пораньше.
— Да, мы всего за семь часов доедем на машине до Копенгагена.
— До Копенгагена?
— Я думаю что можно по очереди вести машину.
— Я думал, что мы останемся здесь на 2-3 дня? Посмотрим музеи...ну, и что еще туристы делают. Этот город считается самым популярным направлением в Европе.
— Копенгаген тоже очень красивый,- утверждал нервно Гунтрам.
— Я понимаю, но зачем так спешить? Как насчет того чтобы завтра погулять по городу? Купим что-нибудь для тебя и ребенка, пообедаем, сходим в музей. Я буду вести себя тихо, и не зевать в музеях?

Гунтрам посмотрел на Джона, и не мог придумать достойный повод уехать. «Вероятно Константин ищет меня. Дерьмо! Он мог остановиться в этом же отеле. Этот отель в его стиле. Я должен выбраться отсюда.»

— Я посмотрел туристическую брошюру. Можно взять лодку, покататься по каналам и посмотреть некоторые достопримечательности, красивые виды и ходить не придется. Могу поспорить, Конору понравится. После того как походим по магазинам сходим в Национальный музей, посмотрим Королевский дворец. Ты не художник?
— Я просто рисую иногда. Я экономист.
— Понятно,- фыркнул Джон и передал Гунтраму брошюру,- Там есть экскурсия в большой Аквариум, думаю ребенку будет интересно.
««Думаю что Константин вряд ли меня будет искать в туристической лодке или в аквариуме.»»
— Хорошо. Мы пойдем на экскурсию.
— Отлично! Тогда утром мы пойдем за покупками. Я хочу купить пару рогов викингов себе в гостиную. Хотя, может быть и не надо. Жена скоро заберет мой дом и я буду бездомный.
— Она получит всё что у тебя есть?
— Почему? У меня есть брачный контракт, юристы справятся с этим лучше. Я не закончил колледж, но я многому научился в жизни сам. Я начал работать, когда мне было 14 лет, тогда я жил в Сан-Франциско, моя мать была хиппи, такая знаешь...немного чокнутая. Свой первый магазин я открыл, когда мне было 18 лет, я работал по 17 часов в сутки. К 30-ти годам, у меня уже было 40 магазинов по всей стране. Я женился, и она была счастлива, пока я давал ей несколько платиновых карт и оплачивал поездки в Европу. Но она любила не меня, а мои банковские счета.
— Что случилось?
— Я встретил Брендана и сошел с ума от него. Элегантный, аристократичный, веселый, образованный, на 10 лет был младше меня. Мне тогда было 35 лет и он очень понравился мне.
— Он был твой первый любовник?
— Странный вопрос, но нет. Я вырос в Сан-Франциско, помнишь?
— Ну и что? При чем тут это?
— Там любовь витает в воздухе, понимаешь? Нет, он не был моим первым любовником, но по сравнению с теми что были, он был лучшим. Мы были вместе почти 5 лет, встречались тайно, и мне он был дороже чем жена. Но я был не образован, и он стеснялся меня.
— Почему? Ты сам создал себе имя. Я бы на его месте гордился тобой. Поведение твое конечно оставляет желать лучшего, но это можно быстро исправить.
— Мальчик, ты никогда не видел реально богатых людей. Если ты не родился с деньгами, для них ты мусор с деньгами и они напоминают тебе всегда об этом. Для этой кучи, принадлежащей к элите, ты просто новый сноб, и они смеются над тобой. Ты был когда-нибудь в Хемптоне?,- Гунтрам отрицательно покачал головой,- Ничего не потерял. Короче, понимаешь, я не хочу чтобы меня считали богатым снобом, я хочу чтобы меня воспринимали нормально, а не смеялись надо мной.
— Ты не сноб, Джон, сказал тихо Гунтрам, и тот вопросительно посмотрел на него,- Я встречал некоторых снобов, но ты не входишь в эту категорию. Ты немного груб, но не сноб. Ты умеешь слушать людей. Если ты уважаешь людей, то ты настоящий джентльмен, все остальное ерунда.
— Джентльмен умеет слушать?- пошутил Джон
— И соответствовать костюму, который одет на тебя,- добавил с улыбкой Гунтрам,- Как Оскар Уайльд сказал бы.
— Я прочитал две книги этого остроумного ирландца,- сказал Джон и закатил глаза к потолку,- Моя жена послала меня брать уроки, чтобы я мог говорить классически, и там был список книг, которые я должен был прочитать чтобы исправить речь. В этом списке было 150 книг. Я прочитал их все, и даже знаю кто этот чувак Раскольников, но это все равно не помогло мне.
— Ты прочитал все книги в списке?- удивился Гунтрам
— Да, и даже словари, в итоге, я все равно не больше чем скотина с деньгами, которая оплачивает гостиницы и рестораны и недостаточно хорош, чтобы представить меня своим гарвардским друзьям. Это было больно, ты знаешь. Я ждал большего от него, я хотел с ним вместе жить,- признался Джон, не скрывая свою боль.
— Может быть ты много от него ждал? Прощать неверность очень трудно.
— Если любишь, то должен простить. Он знал, что это временно, я сказал что разведусь. Кроме того, он знал что я был женат, я не скрывал этого.
— Когда-то я был в том же положении, что и Брендан. Я пытался простить, но сомнения всегда брали верх. Доверие не легко вернуть. Это как разбитая фарфоровая ваза, как бы ты не склеил её, всегда можно увидеть трещины, если заглянуть внутрь. Не сердись так сильно на него, прости и двигайся дальше. Река не перестанет течь для любого из нас.

— Ты прав, Федя,- сказал Джон мрачно,- Я любил его, хоть он и напоминал мне каждые две минуты, что я скотина.
— И держись подальше от молодых господ, они только испортят тебе жизнь,- сказал Гунтрам и игриво стукнул его по плечу.
— Почему? Ты не заставляешь меня чувствовать неловко и не поучаешь. Поэтому я считаю тебя настоящим принцем.
— Я нормальный парень из Уругвая.
— Ага, нормальный парень, в обуви сшитой на заказ и часами стоимостью дома в Уругвае?
— Это китайская подделка,- сказал нервно Гунтрам, прикрыв часы рукавом майки.
— Да ладно тебе, не забывай что я магнат супермаркетов, я знаю что может производить Китай, а что нет. Это подлинник. Твой парень был богатым?
— Нет, это хорошая копия, сделанная в Парагвае. Мои родители подарили мне на выпускной.
— Тебя что, родители выгнали из дома, потому что ты гей?
— Да, все верно. Мой отец не одобрял мой образ жизни. Он консервативен. Счастлив теперь? Я изучал экономику, у меня было два мужчины, с которыми я жил в разное время. Я отец-одиночка, не имею фиксированного дохода! Настоящая катастрофа!
— Тебе было трудно, но ты выжил. И в этом нет ничего плохого,- сказал Джон, и решил оставить его в покое, увидев как он занервничал. «Заткни пасть, Джон. Князь явно что-то скрывает, но если ты надавишь, он сбежит.»

***

Гунтрам с сыном и Джоном подошли к лодке и предъявили билеты юнге. Войдя на лодку Гунтрам сразу же пошел с сыном на скрытую под навесом палубу.
— Эй! Снаружи более захватывающе,- Джон до сих пор ворчал, что его подняли в 6-30 утра, чтобы успеть на первую лодку, под предлогом что в такую рань меньше туристов.

Гунтрам улыбнулся ему, в качестве компенсации, за то что его рано разбудили.
— Я думал что ты собираешься провести все утро в магазинах и опустошить мои кредитки, а ты купил только несколько вещей, менее чем за 40 минут. Я мог бы выйти за тебя замуж только за это.
— Магазины заставляют меня нервничать. Я не люблю ходить по магазинам.
— В самом деле? А что ты любишь делать?
— Немного. Я люблю живопись, люблю читать и иногда ходить в театр.
— А дискотеку?
— У меня больное сердце и мне противопоказано так много волнений. Я люблю гулять и просто наблюдать за людьми.
— Ну, с тобой вообще нет хлопот,- пошутил Джон, и оба засмеялись,- У тебя правда больное сердце?
— Сейчас мне гораздо лучше чем раньше. Мне сделали операцию и я как будто заново родился,- Джон посмотрел на него заинтриговано, - Мне поставили дефибриллятор в сердце.
— У тебя что, там батарейка что ли?,- спросил Джон, и Гунтрам рассмеялся и кивнул.
— Да, как у кролика Дюраселл,- сказал Гунтрам.

***

К вечеру Джон уже не мог идти от усталости.
— Эй! Не так быстро, я уже не так молод как ты,- крикнул Джон, видя как Гунтрам со всех ног несется в отель.
Он остановился и Конор засмеялся, видя как Джон догоняет их запыхавшись.
— Я хочу купить туристический проспект по Скандинавии. В книжном магазине, который мы прошли.
— Хорошо, я вернусь в отель.
— Давай пойдем вместе. Может купим сказки для ребенка?
— Там все на шведском языке,- сказал Гунтрам, чувствуя острую боль тоски, вспомнив Хейндрика.
— Можно выбрать книжку с картинками.
— Хорошо,- сказал Гунтрам и они пошли в книжный магазин.

««Непонятно, что он скрывает? Он говорил что он художник, но я не видел чтобы он рисовал, у него даже нет карандашей. Не захотел идти в Национальный музей. Чего он боится? Он выглядит как будто был подвергнут насилию, никому не доверяет, но готов порадовать вас, чтобы получить вашу защиту. Может быть у него действительно были проблемы с его бывшим другом? Этот Принц- гребанная загадка! Но я разгадаю её.»

Зайдя в магазин Джон стал смотреть на полки заполненные последними бестселлерами и увидел Гунтрама стоящего у туристической стойки с сыном на руках, который вырывался из его рук и просился вниз. Джон наблюдал, как он очень ласково успокаивал ребенка и подумал что мог бы быть очень счастлив с ним.
— Почему ты не посмотришь детскую секцию?,- спросил Джон, подойдя к нему.,- Я сейчас к вам подойду.

Гунтрам кивнул и пошел в другой отдел магазина. Он подошел к столику с детскими книгами и замер, когда увидел одну из своих изданных детских книг. Дрожащими руками он стал переворачивать страницы.
««Буду ли я когда-нибудь прежним? Читают ли Клаус и Карл эти книги? Могу ли я вернуться к ним таким, какой я сейчас, покалеченной шлюхой? Они конечно же заслуживают лучшего.»»

— Это на шведском языке, Шекспир,- сказал Джон с улыбкой
Гунтрам закрыл книгу с глухим стуком.
— Нет, это для детей старшего возраста. Не для Конора. Я найду для него что-то другое, - Гунтрам вырвал из рук Джона книгу и положил её на полку,- Ты посмотришь за ребенком?
— Конечно,- сказал Джон.

««Что блядь, с ним происходит?»» Он увидел, что Гунтрам отвлекся на детские книги и быстро взял книгу и открыл её. Он запомнил название, чтобы в Копенгагене купить такую же на английском языке.
Пролистав страницы он нашел имя автора: «ГУНТРАМ ДЕ ЛИЛЬ.» Полистав ещё, он стал искать биографию. И остолбенел, когда увидел маленькую фотографию автора.
— Бляяядь!!! Федя блондин?,- как будто он прикоснулся к змее, Джон бросил книгу на стол и посмотрел на Гунтрама, который совершенно забыл о нем показывая какую-то книгу сыну.
Джон сравнил фотографию и Федю. Они были почти похожи, на фото лицо было более круглое с мягкими чертами лица, Федя был более угловат и интересен.
Он еще раз проверил, что делает Гунтрам, достал свой телефон и стал искать имя в Гугле.
Он нашел его имя и прочитал краткую биографию:
****

«««ГУНТРАМ ДЕ ЛИЛЬ- Художник, родился в Нью-Йорке в 1982 году. Детство провел в Буэнос-Айресе. Имеет степень магистра в области экономики. Закончил Университет в Цюрихе, где и проживает. Его творческая карьера началась в 2002 году. Его работы были представлены в коллективных и отдельных выставках. Некоторые из его творений находятся в постоянной экспозиции музеев Ватикана и у хорошо известных частных коллекционеров. Он автор детских историй состоящих из 2-х томов. и Сборник поэзии "Любовь и обман" в соавторстве с Эберхардом Гуттенберг Саксен.»»»
****

««Блядь! Этого не может быть! Ведь Федя родился в Уругвае, тоже изучал экономику, и он сказал, что был художником. Оба выглядят как один и тот же человек, но это невозможно!
Может быть у него неприятности с полицией? Это могло бы объяснить почему он пошел со мной. Может он хочет выудить с меня деньги? Хотя за вещи своему ребенку он заплатил сам. Он не профессиональный аферист вовсе, но я чувствую что он использует меня. Но для чего? Может быть Гунтрам де Лиль псевдоним? Но почему он спрятал книгу и постоянно в взвинченном состоянии? Почему он все время прячется от людей? Почему он отказался идти в ресторан отеля и не хотел задерживаться на улице?»»

У Джона было тысяча вопросов и ни одного ответа.
Он посмотрел на Гунтрама, у которого были проблемы с сыном. Тот схватил игрушечного мишку и не хотел его отпускать. Он не плакал, не скандалил, только надулся, нахмурился, прижал его к себе и не отдавал.
— Давай, Кон, будь разумным, мы не можем взять его с собой,- шептал Гунтрам, пытаясь забрать медведя,- Кон, это не приведет нас ни к чему!,- сказал строго отец. Он забрал игрушку, и у ребенка задрожали губы и глаза были полны слез.
— Позволь мне купить ему игрушку? Он хорошо себя вел целый день.
— Пожалуйста, не вмешивайся в это, Джон,- сказал Гунтрам ровным голосом,- Он должен знать, что он не может иметь все что он захочет.
«Истинный Князь!»,- подумал Джон.
— Хорошо, дай мне книги, которые ты выбрал, я оплачу, а ты разбирайся с маленьким Наполеоном. Наслаждайся истерикой, принц.
Гунтрам продолжал что-то объяснять своему сыну тихим голосом, наконец, он поцеловал его и отпустил, ребенок был надутый, но не плакал.
— Тебе здорово удалось это.
— Кон хороший ребенок.
— Да, это так. Как насчет того, чтобы нанять няню в отеле, а мы бы сходили в ресторан?,- небрежно спросил Джон, и заметил как Гунтрам побледнел.
— Может ты предпочтешь лечь спать со мной?
— Я хочу отдохнуть и отблагодарить тебя.
— Не надо меня благодарить. Я делаю это безвозмездно.
— Это всего лишь на два часа, посидим, поговорим.
— Я извиняюсь, но я слишком устал и не хочу выходить сегодня вечером и я не оставлю своего сына с няней в чужой стране.
— Тогда мы пойдем с ним.
— Ресторан, это не место для детей, ребенок может испортить людям ужин.
— Пусть пришлют счет мне.


***

Расстроенный и нервный Гунтрам вошел в номер и стал что-то искать в купленной одежде.
Джон включил свой телефон, настроенный как никогда разгадать тайну.
— Мы выходим в восемь!,- резко объявил он и закрылся в своей комнате, оставив потрясенного своей реакцией Гунтрама

Джон опять нашел в Гугле имя, вышло около 6.000 результатов. Большинство из результатов были записи комментарии к его книгам, или искусствоведов о художественных выставках. На Фэйсбуке его не было, это странно. Джон был расстроен, что большинство записей было на французском или немецком языках. Короткий отрывок из местной газеты в Цюрихе, "О благотворительном аукционе" 2007 года, привлекло его внимание и он кликнул ссылку.


««Вчера вечером, полотно молодого художника Гунтрама де Лиля, имя которого все больше звучит в художественных кругах, установило рекорд среди современных художников в благотворительном аукционе организованном Линтрофф в Цюрихе. Портрет неизвестной дамы с бриллиантами и кошкой была продана за 99.000 швейцарских франков частному коллекционеру. Работы господина де Лиль неуклонно набирают хорошую репутацию из-за его стиля смешения социальной критики с элементами магического реализма. Ежегодный благотворительный аукцион Линтрофф Фонда хорошо известен за его неустанный вклад многих благотворительных организаций во всем мире, с годовым бюджетом превышающим 7.8 миллиардов долларов.»»


««Он и в самом деле убил суку этим портретом. Дерьмо! Мне надо нанять его чтобы он сделал портрет моей жены,- подумал он посмотрев портрет Стефании. Этот парень Гойя. Бляяядь! Это действительно смешно. Эта женщина не сможет показаться в любом обществе, по крайней мере, лет десять.»»
Всё ещё посмеиваясь он вернулся в Гугле и начал просматривать фотографии, в основном это были снимки его книг, картин и эскизов. И один снимок из Хелло журнала, где он был с Титой фон Ольштын, Миро и Гунтрам на открытии выставки.

— Трахните меня, если это не Федя! Они как братья близнецы!

««Что-то тут не то... с 2009 года, никаких работ, ни выставок, ничего вообще! Странно. Может у него творческий кризис? Или неприятности с властями из-за наркотиков? Дерьмо! Я не думаю что этот человек сможет когда-нибудь украсть шоколадку в супермаркете. Поискав еще в Гугле, он попытался хоть что-нибудь найти после 2009 года, но не было вообще ничего.
Если вы среди богатых людей, вы привлекаете богатых людей. У мальчика с таким лицом должна быть очередь из женихов. А что если его друг был богатым уродом и он прячется от него? Может тот заплатил за лечение и не хотел отпускать его? Это имеет смысл. Но почему он тогда прыгает на меня? Как Феде удалось достать поддельные документы? Это всё очень странно.»»

***

Джон смотрел на стройную фигуру Гунтрама и прижался к его бедрам, чтобы глубже войти в него, он немного сменил угол проникновения и расслабил его спину, он страстно имел его чувствуя сладость и негу во всем теле, и растворился в удовольствии освобождения.
Он чувствовал себя немного разочарованным, когда Гунтрам как обычно поцеловав его в губы, вскочил с кровати, чтобы принести ему полотенце, а сам сбежал в душ.
— Мне остаться или ты предпочитаешь спать в одиночестве?
— Я думаю что я ясно сказал, что ты будешь спать со мной,- огрызнулся Джон
— Вот именно! Спать, а не заниматься сексом!- жестко сказал Гунтрам, и Джону стало неловко за свой тон.
— Останься здесь. И открой дверь, чтобы услышать если проснется ребенок.,- Может быть мы завтра сводим ребенка в зоопарк?
— Это мысль, потом решим,- сказал Гунтрам и скользнул под одеяло.
— Можно мне обнять тебя? ,- Гунтрам сначала запротестовал, а потом согласился,- Ты удивительный, Федя,- пробормотал он ему в ухо,- Я бы остался с тобой навсегда.
Гунтрам затаил дыхание, а потом сказал:
— У меня сложная жизнь, не связывайся со мной.
— Ты стоишь того, чтобы за тебя держаться. Меня не волнует, художник ты или нет, и то что у тебя ребенок, я думаю мы бы смогли ужиться вместе.
— Джон, мы сейчас вместе, потому что это удобно для нас обоих. Но у нас нет будущего с тобой.
— Разве не все отношения создаются в первую очередь из-за удобства, а уж потом из-за любви? Все мы что-то получаем из той или другой части, а может это любовь?
— Нет, это не так,- спокойно ответил Гунтрам,- Это не любовь.
— Почему тогда ты здесь? Ты знаешь что хочу я, но я не знаю чего хочешь ты.
— Потому что ты предложил мне быть временно эскортом, уже забыл об этом?
— Ты всегда убегаешь от личных вопросов? Давай, Князь, расскажи о себе, немного честности не убьет тебя. Я все тебе о себе рассказал, но я ничего не знаю о тебе.
— Мне нечего добавить, я уже все рассказал.
— Просто странно, ты так отвергал меня и через минуту уже лег под меня.
— Ничего удивительного. 21 век! Люди занимаются сексом, но это ничего не значит.
— Может быть, но не для таких людей как ты.
К большому облегчению Гунтрама, Джон замолчал.
— Гунтрам!- тихо на ухо прошептал Джон
— Что?- спросил засыпающий Гунтрам
— Ничего, спи, завтра поговорим.
****************************************
Конец 18В главы, 6 части, 2 книги.

02:11 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга 6 часть 19 глава
30 апреля 2012 год.
Копенгаген.

*************************************

Очень уставший Гунтрам вышел из автомобиля на парковке дорогого отеля. Кивнув Джону он вытащил ребенка из детского сидения. Конрад с волнением смотрел на огни освещавшие отель.
— Черт! Такое ощущение что мы прибыли в Болливуд! Бляяя! это здание похоже чертов Тадж-Махал!
— Копенгагенская элита останавливается здесь с начала 20 века,- устало сказал Гунтрам,- "Нимб"- один из лучших отелей в мире. Здесь не подают дешевый мартини. Мы почти в центре Тиволи, лучшего района в городе. Отель Англетер на ремонте. Мне повезло что приняли заказ на люкс и простой номер.
— Разве мы не вместе будем жить?
— Нет. Даже на разных этажах.
— Привет! Я хочу с тобой спать!,- запротестовал Джон, не очень громко,- Я поменяю заказ!
— Ладно, я заказал на одном этаже...,- но Джон не дослушав отправился прямо к стойке регистратора

««С манерами этого придурка, чудом будет если нас не выгонят отсюда»»,- подумал Гунтрам.
Он тихо подошел к стойке регистратора, чтобы спасти положение, и был удивлен что Джон любезно просит женщину изменить предварительный заказ на два апартамента с ванными комнатами на одном этаже. Она посмотрела в компьютер и улыбнулась Джону, сказав что мы можем селиться в апартаменты номер 11 и 12. Апартаменты номер 12, меньше площадью и удобней для ребенка, поэтому кроватку они поставят туда.

— Ну что, ты научился любезно разговаривать?
— Когда мне выгодно, я как угодно могу говорить.
— В таком случае ты сам сможешь прочитать меню.
— Ах, да.. но это не мешает им кормить меня бурдой в соусе. С тобой меня лучше обслуживают. Скажи, а Федя ведь русское имя?
— Да.
— Русские сейчас очень богатые, не так ли?
— Да, у них большие состояния,- ответил озадаченный Гунтрам, не понимая куда он клонит.
Он обрадовался когда лифт остановился и он вышел уйдя от пытливого взгляда.

***

Насмешки Джона доводили Гунтрама до края. Всю дорогу он язвил.
««Что случилось с ним? Вроде я не был назойливым. Может быть он уже устал от меня? Скорее всего. Наверно завтра с Конрадом мы уйдем отсюда. Доберусь до дома сам.»»
— Я обдумал все за эти дни, князь,- небрежно сказал Джон, вытирая носик ребенка испачканный вишневым сорбетом.
««По крайней мере он честный»»,-подумал Гунтрам, — О чем же?
— Просто о тебе и себе...
— Между нами нет никаких обязательств, и мы с сыном можем уйти.
— Ничего себе! Какой ты быстрый! Обычно люди не упускают такого жирного сома как я. Но я не об этом.
— Разве нет?
— Я полюбил тебя и твоего ребенка, может мы смогли бы попытаться жить вместе? Тебя ведь никто не ждет дома, я так понял, и ты сейчас в поисках?
— Нет.
— Ты можешь поехать со мной в Америку, в Бостон.
— Я думал что ты живешь в Сан-Франциско.
— Я родился там. Но сейчас живу в старом буржуазном Бостоне. Вы закончили ужинать? Конор засыпает уже. Давай укладывай его, а потом выпьем кофе.

После того как они вернулись в апартаменты, Гунтрам пошел укладывать сына спать. Он положил сына в постель и тот сразу же уснул. Он поцеловал сына и закрыл глаза. На секунду он вспомнил о таблетках, но тут же отбросил эту мысль. Мне не нужны они. Я свободен и буду делать то, что я хочу. Я мог бы сесть на поезд завтра в Цюрих, и увидеть своих детей. Я свободен, но мне нужно быть осторожным. Может быть люди Константина уже выследили нас с Джоном. Если я появлюсь сейчас дома, он может дать приказ убить мальчиков. Он ждет моего появления там. Мне надо связаться с Гораном и рассказать ему все прежде чем я встречусь с Конрадом. Горан знает что делать и как защитить детей.
— Эй! Князь, все в порядке с малышом?,- сказал Джон, выводя Гунтрама из задумчивости.
Гунтрам обернулся и посмотрел на сына, тот крепко спал.
— Да, всё в порядке, я приду через минуту.
— Ты сказал это час назад,- сказал Джон и Гунтрам почувствовал что его мир рушится. Опять начались трансы?
— Это правда?
— Ты о чем?
— Ты сказал что меня не было час?
— Ты ушел укладывать сына в 9-30 вечера, а сейчас уже 11. Ребенок не мог уснуть?,- вздохнул Джон и вернулся к дивану,- Шампанское уже теплое.
— Я прошу прощение за задержку,- сказал он и сел рядом с Джоном,- Я потерял счет времени наблюдая за ребенком.
— Да, он прекрасный ребенок. Ты уже выбрал модель танка, чтобы защищать его от подруг?
— Пока нет,- ответил Гунтрам, но его разум уже кричал, что его чувство свободы может быть опасно для сына. Что если с ним произойдет что-то подобное на вокзале и полиция задержит его и заберет ребенка? Мне нужен Джон чтобы он помог мне добраться до Цюриха. Теперь, когда у меня нет таблеток, мне нужен он чтобы контролировать меня, пока я не доберусь домой. Ты идиот, Гунтрам, признайся ему, это будет лучше.
— Хорошее шампанское порекомендовал сомелье.
— Ты заказал клубнику? Не слишком ли?
— Нет, она прилагалась к шампанскому.
— Попробуй, очень вкусно,- он протянул ему бокал шампанского.
— Спасибо.
— За самого красивого человека, которого я когда-либо встречал!,- сказал тост Джон и выпил шампанское.

Гунтрам смотрел на него как кролик на волка, потягивая напиток
— Ты просто ошеломляющий,- сказал Джон и стал страстно целовать его.
Гунтрам почувствовал, как пальцы медленно тянут за молнию, расстегивая его брюки, и в следующий момент проникают внутрь, касаясь его. Непроизвольный стон вызванный этим прикосновением, срывается с губ, но их тут же накрывает рот Джона. Гунтрам кладет руки на его спину. Скользит ниже. Запускает под пояс брюк и сжимает упругую кожу ягодиц. Джон прикусывает ему нижнюю губу. Спускается поцелуями по его телу, выскальзывая из рук. Кончики пальцев скользят по коже. Берутся за пояс, и Джон резким движением стаскивает с него брюки. Гунтрам приподнимает бедра, помогая Джону избавить его от одежды. Джон целует. Скользит языком. Обхватывает губами. Посасывает. Когда глаза Гунтрама непроизвольно закатываются от накрывающих ощущений, он чувствует проникновение. Его спина резко выгибается от этого ощущения. Пальцы Джона очень медленно и нежно отвоевывают миллиметр за миллиметром, проникая все глубже в него. Небольшая боль не может затмить восторг и наслаждение, вызванное этим движением. У него даже в мыслях нет останавливать его, и, понимая это, Джон начинает действовать более уверенно.

Гунтрам сейчас в состоянии только стонать и мычать что-то нечленораздельное, потому что то, что он чувствует, отключает его способность мыслить и разговаривать. Он задыхается. Неосознанно двигает бедрами. Полностью отдается во власть Джона. Полностью отдается во власть его губ, языка и пальцев. Разрешая делать с собой все, что угодно. Только не останавливаться. Хочу. Еще. Быстрее. Подчиняясь выбранному Джоном ритму, он запускает пальцы в его волосы и не сильно тянет за них. Тело покрывается испариной. Близко. Очень. Секунда. Оргазм.
Гунтрам запрокидывает голову с гортанным стоном, а конвульсивные спазмы все продолжают накрывать его тело волна за волной. Не отпуская из своего плена. Разнося наслаждение по каждой клеточке.
— Я люблю тебя… — шепчет Джон.

Он покрывает кожу спины Гунтрама поцелуями, пока не опускается до бедер. Проводит по ним кончиком языка и, нежно раздвигая ягодицы, проникает глубже. Ласкает его, пока тот опять не начинает стонать и непроизвольно приподнимать бедра. Джон чувствует, как мышцы Гунтрама напряжены, но неспешные ласки расслабляют его тело. Доводят до исступления. Когда напряжение Гунтрама немного спадает, Джон ложится сверху и, целуя его в шею, тихо шепчет:
— Ты хочешь меня?
— Да…
Джону приходится собрать все свое самообладание в кучу и сосчитать медленно до пяти в уме. Иначе оргазм накроет его прямо сейчас. Только от одного звука этого голоса. В котором сплелись и желание, и страх, и доверие. Пальцы нежно наносят смазку.
В мозгу происходит что-то невообразимое. Это ощущение заставляет зашкаливать все внутренние датчики и рецепторы. Замирая на несколько секунд после каждого очередного преодоленного препятствия, Джон видит, как тот с силой закусывает губу и морщится, затаив дыхание.
— Дыши…
Целует кожу спины. У него уже нет сил остановиться. Он уже просто не сможет этого сделать. Но Гунтрам его не останавливает. Он послушно делает вдох, и Джон входит до конца. Замирает вновь. Ждет. Хотя каждая лишняя секунда заставляет его тело дрожать от переизбытка возбуждения. Целует. Медленно начинает сдавать отвоеванные позиции, скользя обратно. Кажется, что это длится вечность. Нельзя спешить. Только так. Медленно.
Спустя какое-то время Гунтрам едва уловимо, почти незаметно оживает под ним и поводит бедрами. Ему нравится! Гунтрам слегка приподнимает бедра и начинает стонать. Джон скользит рукой, пропуская ее под тело Гунтрама, пока не касается его плоти. Эрекция. Лаская его ладонью, непроизвольно ускоряет темп. Не сильно. Постепенно. С каждым новым толчком. Внезапно тело Гунтрама напрягается, и в следующую секунду Джон чувствует дрожь, охватившую его, и после нескольких толчков оргазм накрывает и его. Они замирают. Лежат тяжело дыша. Их тела блестят от пота.
Он потянулся к губам Гунтрама и нежно поцеловал.
— Ты как?
— Нормально
— Ты подумал о том что я сказал за ужином?
— Что?
— Поедешь со мной в Штаты, в Бостон, у меня там хороший дом и нет никаких родственников.
— Ты серьезно?
— После того что сейчас было? Я никогда не был настолько серьезен, как сейчас. В Америке лучшие в мире школы.
— Я знаю. Гарвард.
— Ну, он немного молод для Гарварда, но почему бы и нет? Так ты едешь со мной?
— Джон, мы уже говорили с тобой об этом, то что между нами происходит, это временно, мы в отпуске, у нас временное приключение.
— Да, но это было раньше. Ты же сказал мне, что ты здесь, потому что пытаешься избавиться от плохих прошлых отношений. Почему же вновь не начать их со мной.
— С тобой? Мы не знаем друг друга. Ты совершенно меня не знаешь.
— Мне нравится то что я вижу сейчас. Никто никого до конца не знает. Я знаю что у тебя в прошлом были плохие отношения, и ты до сих пор оглядываешься на улице. Ты напоминаешь мне жертву насилия. Он был жесток с тобой?
Гунтрам вырвался из его рук
— Это было ужасно. Я не хочу об этом говорить.
— Я не собираюсь бить тебя и причинять тебе вред. Если у нас не получится, мы просто разбежимся и все дела
— Все сначала говорят так. А потом я буду платить за последствия. И, Джон, это категорически исключено. В первую очередь я должен думать о сыне.
— Трудно позволить такому как ты уйти.
— Я не могу иметь отношения с тобой. Я хочу вернуться к человеку которого я люблю,- сказал Гунтрам тихим голосом,- Я не знаю захочет ли он чтобы я к нему вернулся. Но я хотя бы увижу его в последний раз.
— Да, для меня это плохо,- вздохнул Джон,- Не то чтобы я был влюблен в тебя, просто ты мне нравишься и я хотел бы чтобы мы были вместе.
— Прости, я не хотел тебя обидеть
— Ты меня не обидел, я в порядке,- ответил Джон с улыбкой, - Где живет твой бывший бойфренд?
— В Европе.
— Где в Европе?
— В Цюрихе или Франкфурте, в зависимости от дня недели.
— Кем работает? Летчиком или водителем автобуса?
— Он работает в банке
— Довольно скучно. С какого времени вы с ним?
— Мы начали жить вместе с 2002 года
— Он что, педофил?
— Мне было 19 лет. Мы были вместе до 2009 года.
— Долго вы прожили. Сколько ему лет?
— В ноябре будет 55 лет. Мы жили здесь, в Цюрихе
— Бляяядь! Он же тебе в отцы годится! Разница 25 лет! Ты должен серьезно рассмотреть мою кандидатуру. А ему давно пора в дом престарелых. Он не слишком стар для тебя?
— Мы никогда не чувствовали разницы в возрасте. Ну, я консервативный человек. Я влюбился в него. Я всегда любил его.
— Что пошло не так?
— Всё. Мы оба виноваты в том что случилось. Я оставил его, и это было самой большой ошибкой в моей жизни.
— Ты оставил его?
— Скажем так. Я был тем, кто вышел за дверь.
— И за это время у тебя появился ребенок?
— Да. Конор самый главный человек в моей жизни.
— Должен разочаровать тебя Федя, но не каждый человек примет обратно любовника с ребенком на шее.
— Он тоже не был святым.,- Гунтрам вздохнул,- Я не имею права просить тебя, но у меня к тебе есть просьба.
— Ты действительно не имеешь права просить меня. Ты променял меня на человека в два раза старше тебя.
— Знаешь, у меня с головой не всё в порядке.
— Да, я это вижу. А этот парень знает что ты возвращаешься?
— Нет. Я хочу наладить с ним отношения, но я не знаю как. Я обычно принимаю таблетки от нервов, но сейчас у меня их нет, поэтому я теряю счет времени.
— Тебе нужен врач.
— Нет. Я прошу тебя проводить меня в Цюрих. Пожалуйста.
— Хорошо. Я провожу тебя в Цюрих, но ты дашь мне шанс.
— Шанс?
— Я хочу чтобы ты провел со мной две недели. Одну в Париже, а другую в...Какой еще есть романтический город?
— Париж прекрасен. Брюгге, тоже красивый город.
«« За две недели, если я не появлюсь в Цюрихе, Константин точно отпустит своих людей.»»

— У меня только одна просьба.
— Эй! не слишком много?
— Давай останавливаться в небольших гостиницах? Я нервничаю, вдруг ребенок что-нибудь сломает
— Я таким образом пытался произвести на тебя впечатление.
— На меня не надо производить впечатление.
— Хорошо. Теперь у меня есть к тебе просьба.
— Какая?
— Скажи мне свое настоящее имя.
********************************************
Конец 19 главы, 6 части, 2 книги.

16:55 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга 6 часть Глава 22
Цюрих.
17 мая 2012 года.

*********************

— Вы говорите, что Гунтрам здесь? - спросил Фридрих, не в силах поверить этой новости.
— Да, он прибыл сегодня утром, но вы должны это держать в секрете. Он убеждён, что в доме Князьям грозит опасность. Мы должны тщательно обыскать замок. У нас есть разрешение Герцога,- сказал Мирко твёрдым голосом.
— Это невозможно! Эти люди работают с нами уже несколько лет. Мы проверили их всех, я ручаюсь за этих людей.

— Пожалуйста, г-н Эльзассер, не вмешивайтесь сейчас. Где дворецкий?
— Дитер? Он в Цюрихе с поваром. Они должны пополнить винный запас.
— Хорошо, мы начнём с их комнат. Попросите всех слуг собраться в Гвардейском зале и вы сами оставайтесь там.
— Это не возможно! А как насчёт мистера Гуттенберг Саксен? Он пишет в своей комнате, и он был последним, кто присоединился к нам.
— Его я возьму на себя,- прорычал Ратко и покинул группу из 5 человек стоящих в кабинете старика.

Без каких либо церемонии Ратко вытащил Эберхарда в подвал не давая ему какие- либо объяснения.
— Я буду жаловаться Герцогу! Почему я должен сидеть в отдельной комнате от других слуг? Это оскорбление! Если пропало серебро нужно обратиться в полицию!- крикнул он, как только Ратко захлопнул дверь.
— Мудак!- пробормотал он и сел на стул.- Сегодня же подам в отставку, достало уже всё! С меня хватит!

— Нашли что нибудь?- спросил Мирко одного из своих людей, переворачивающего комнату учителя с ног на голову, второй копался в его маленьком компьютере.
— Нет, ничего. Всё чисто, сэр.

— Мирко! - крикнули снаружи,- Ты должен посмотреть на это.
Молодой серб, вышел в коридор, встретив там Федерико.
Аргентинец нес в руке, надетой в перчатку, маленькую бутылочку между пальцев.
— Цветы эссенции?- прочитал изумлённый Мирко на бутылочке
— На самом деле нет. Понюхай!- откупорил флакон Федерико и сунул его к носу Мирко.

— Это...напоминает что-то...как миндаль...
— Ядра горького миндаля ты бы сказал?
— Это может быть запах лекарственного средства.
— Эти вещи не должны иметь запах и вкус. Это должна быть вода из под крана и сказанных несколько слов. Это плацебо. А здесь что-то другое.
— Я думаю ты прав.- ответил Мирко.
— Должен ли я объяснить тебе, что это оксид мышьяка? И нашел я его спрятанным у няни в комнате.
— Может она спрятала это, чтобы дети не смогли это взять? Я знаю её с 2007 года. Если и кого нужно подозревать- это учителя! Он пришёл последним, после того как Гунтрам был похищен.
— Была ли она в тот период, когда мальчики плохо себя вели после похищения Гунтрама?
— Как ты можешь это утверждать, надо взять это на анализ, ты не фармацевт.
— Нет, зачем тратить время и деньги, она должна это выпить. Если это только астрологические цветы, ничего не произойдет, и мы продолжим искать. Если я прав, сэкономим пулю.
— Иногда ты страшней чем Горан- пробормотал Мирко, взял флакон и пошёл вниз.

— Ты с ума сошёл, серб? Что вы натворили в моей комнате??? Всё бумаги перепутали! И кто это будет убирать?
— В комнате маленький беспорядок, но это не страшно, у моего сына всегда так в комнате.
— Вы собираетесь наводить здесь порядок?- но Ратко уже ушёл прочь...
— Я не могу согнуть спину! У меня язва! -крикнул ему Ратко.

— Где миссис Маерс, мистер Эльзассер?- спросил Мирко у всё ещё шипящего Фридриха
— Она ушла когда вы приехали.
— И вы её отпустили?
— У неё была назначена встреча с её врачом. Она договорилась о ней ещё неделю назад- возмутился Фридрих,
— Вы закончили играть в Джеймса Бонда, могу я отправить людей заниматься своими делами? Если они ещё согласятся здесь работать..
— Где находится врач к которому она пошла?- сказал Федерико- не впечатлённый грубостью старика.
— В Альдштадте, если я правильно понял.
— Эта женщина уволена с сегодняшнего дня!- сказал Федерико и Фридрих фыркнул.
— Как вы её принимали на работу?
— Через бюро по трудоустройству, у неё были хорошие рекомендации, я сам проверял.
— Очень хорошее прикрытие- вот и всё!
— Господин Мартиарена, не учите меня как управлять домом!- начал Фридрих энергично протестовать.
У него перед глазами помахали полиэтиленовым пакетом с бутылочкой внутри.
— Что это?
— Мышьяк! Жаловались ли дети на желудочные боли в последнее время?
— Мы пока не знаем....,- пропел Мирко, но увидев взгляд Федерико, заткнулся.
— Возьмите посуду из которой они ели, но ничего не говорите учителю. Мы будем говорить с Герцогом.

— Как вы можете бросаться такими обвинениями....,- сказал Фридрих, но вспомнив, что на прошлой неделе у мальчиков действительно были боли в желудке, а врач просто прописал им вирус, и прикусил губу, - Подумайте о плохом и вы сразу это получите.- сказал Фридрих.
— В целях предосторожности, эта женщина должна быть подальше от детей. А у учителя не было расстройства желудка?
— Пару дней назад он жаловался на то, что съел что-то не то...
— Логично предположить что мышьяк так же попал и ему, он ведь ест с мальчиками, не так ли?
— Да, он иногда делает это, - пробормотал Фридрих, хватаясь за стену чтобы не упасть, - Повар проявляет большую заботу к их еде, но поднос иногда забирает миссис Маерс.
— В дальнейшем не употреблять в пищу старые продукты, купите всё новое, но старые продукты не выбрасывать.

Фридрих подождал пока мужчины покинули комнату, потом сел в кресло и закрыл лицо руками. Теперь понятно, почему погибла собака, мальчики кормили её под столом. Эту собачку так любил Гунтрам. Фридрих поднял трубку и сделал срочное назначение педиатру на анализы для мальчиков.

— Разве мы не должны поговорить сначала с ней?- спросил Мирко? Что если мы ошиблись?
— Ели бы я сидел на заднице и ждал постановление суда, русские уже давно всё решили по телефону и перетащили через наши границы ядерные боеголовки.
— Я считаю что это поспешные выводы. Что, эта женщина безрассудная революционерка или партизанка?
— Нет, она из КГБ или Штази, если она немка.
— Как ты такое можешь говорить?
— В её комнате не было ничего личного. У Учителя, есть книги, фото семьи, а у неё ничего.
— Может у неё нет семьи.
— Мирко, если тебе трудно- иди домой! Дети болеют последние две недели, с тех пор как Гунтрам ушёл от Репина. Собака умерла 6 дней назад, мальчики всегда кормили её. Мышьяк в таком количестве в организме не обнаруживается, их медленно травили.
— У меня до сих пор неприятное чувство.
— Она должна выпить это, если мы не правы, извинимся и от Герцога она получит бонус. Но я уверяю тебя, что её нет ни у какого врача. Как только она нас увидела, она сбежала, и теперь мы вряд ли её найдём. Репин всегда на шаг впереди нас, спроси у Горана.

Горан устало вздохнул, когда зазвонил смартфон. Наблюдая, как Гунтрам кормит сына протёртым картофелем, горошком и морковью, его аж перекосило. Гунтрам отказался чтобы ребёнка покормила Николетта. Кормил сам, предварительно всё пробуя. У него уже паранойя, он что думает, мы хотим опоить его наркотиками?
Он послушал что сказал ему Мирко и ответил на сербском: Задержите её и отвезите сами знаете куда. Ничего не говорите Гриффину, пока не получим результаты анализов. Герцог убьёт нас всех. Гунтрам оказался прав. Он не сумасшедший. Как мы могли быть на столько слепы?

— Гунтрам, как только врач уйдёт, я должен буду выйти на несколько часов, ты сможешь побыть здесь с ребёнком один?- спросил он мягким голосом, поглаживая головку Конрада?
— Что случилось?- спросил Гунтрам со страхом..
— Ничего, так...рутина. Не беспокойся о мальчиках. Фридрих сейчас с ними. Ты увидишь их в ближайшее время.
— Нашли того, кто работает на Константина?
— Пока нет, но мы близки к этому. Дети хорошо защищены.
— Ты уверен? Константин всегда говорил, что он убьёт их в две секунды, если я не буду с ним ласков...
— Он блефует, Гунтрам,- Горан врал убедительно. Сегодня вечером прилетает из Лондона Герцог, ты можешь поехать в замок.
— Я не хочу идти в замок,- спокойно сказал Гунтрам,- Я уже не тот человек. Я боюсь причинить им боль неосознанно, как своему сыну однажды, что если Репин узнает что я в замке?
— Братишка, доверься мне. Я не позволю причинить вреда ни мальчикам, ни своему крестнику, ни тебе.

****************************
Конец 22 главы, 6 части, 2 книги

01:46 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2 книга 6 часть 20 глава
28 апреля 2012 года
Стокгольм.

***************************************

Оба мужчины облокотившись на парапет моста смотрели в сторону горизонта.
— Будет скучно без вас, босс,- тихо сказал Дима
— Ты становишься сентиментальным, Клатчко?,- глумился Константин
— После стольких лет...Почти двадцать лет вместе. Не многие браки длятся так долго.
— 22 года совместной работы,- сказал Константин и закурил сигарету
— Разве вы не хотите попробовать еще раз? Хотя бы ради Конора?
— Если мы сейчас попробуем это сделать, это будет ошибкой. Мы на их территории. Ты же сам знаешь, что Обломов им все рассказал.
— Это большая жертва, сэр
— Это просто пауза в игре. Пусть Гунтрам бежит к Линтроффу. Они будут настолько заняты поздравляя друг друга, что не заметят, как придет время и я получу Конора обратно. В конце концов, Конор, это единственное хорошее, что я получил в благодарность от его отца.
— Он в самом деле прекрасный ребенок,- согласился Дима,- Я извиняюсь за Массаева, он действительно любил и заботился о них.
— Он был слишком стар. Ты можешь его представить в доме для престарелых? Для него это был хороший конец.
— Моя семья переехала в Пуэрто-Вальярта, 3 дня назад, босс.
— Я уезжаю сегодня в Ренну. Пришло время господину Дюбуа вернуться домой. Франция всегда была моей второй родиной.
— Я думаю вам надо поехать в другое место, босс. Это как игра со смертью.
— Идеальное место. Я чуть не сошел с ума в джунглях. Мне нужно ходить в театры и музеи сейчас и потом. Что толку иметь столько денег и не иметь возможности воспользоваться ими. Может даже я начну писать свои мемуары,- пошутил Константин и Дима засмеялся.
— Это безусловно стоило бы купить, особенно первое издание, весь выпуск, чтобы сжечь его и никто не смог прочесть.
— Ну, будь здоров! Удачи тебе!- сказал Константин и пожал ему руку.
— Спасибо, босс. Я очень сожалею, что это не сработало. Нам нужно было выкрасть мальчишку в ту же минуту как вы его увидели. Он идеально подходил вам.
Константин улыбнулся, еще раз взглянул на сверкающие воды канала.
— Его не возможно было переделать, Дима. Разве Массаев нам этого не говорил сто раз? Гунтрам с детства был серьёзно болен. Очень жаль. Мир потерял гения. Могу представить его будущее: живет в клетке Линтроффа, в ужасе от своей собственной тени, и больной. Он не проживет долго. Свердлов был не очень оптимистичен после операции.
— Вы должны забрать своего ребенка обратно, прежде чем Линтрофф сведет его с ума, как его отца. Мальчишка любил вас.
— Я заберу его, когда придет время. Удачи, мой друг!

30 апреля 2012 года.
Копенгаген.


Гунтрам оправился от шока и рассмеялся:
— Моё имя? Всё забыл после проведенной ночи со мной? Я тебе его сказал как только мы начали целоваться.
— Если ты хочешь чтобы я тебе помог, лучше скажи правду
— Федор Тарасов. Хочешь посмотреть мои документы?,- нервно спросил Гунтрам,- Не веришь что мне 29 лет?
— Я думаю что ты лжешь мне с первой минуты нашего знакомства. Почему? Понятия не имею. У тебя неприятности с полицией?
— У меня? Нет, ничего подобного,- Гунтрам хотел сбежать с постели, но Джон грубо схватил его за руку, заставив вздрогнуть и отшатнуться и сразу отпустил руку,- Может быть ты и прав, ты из тех людей, которые в жизни не нарушат никаких правил.
— Это так ты судишь обо мне?- атаковал Гунтрам
— Я видел твою книгу, Эйнштейн. Гунтрам де Лиль- твоё имя. Я видел твои фото в интернете.
Гунтрам побледнел, а потом засмеялся как дурачок:
— Просто ты узнал мой большой секрет.
— Я жду объяснений принц, должен ли я называть тебя Гунтрам?
— Нет, это мой художественный псевдоним, я его использую когда рисую. Сотни людей делают тоже самое.
— Как правило художники подписываются своим именем. Они хотят быть известными.
— У меня общий псевдоним, это создает больше таинственности
— Таинственности?,- насмехался Джон, - А как насчет Ватикана? Там тоже твои картины?
— Да, у меня там два портрета.
— Так ты знаменит?
— Ну, некоторым нравятся мои работы.
— Хорошо, я верю тебе. Ты действительно живешь в Уругвае?
— Как я уже сказал, я родился там, но живу с 2002 года в Европе, в Цюрихе. А Конор родился в Уругвае.
— Значит ты просто художник, который скрывается от людей?
— Я всегда был застенчивым.
— Хорошо, сегодня мы останемся здесь, а завтра едем в Брюгге
— Я не хочу оставлять Конора, вдруг он заплачет?
— Оставь дверь открытой, твой сын спит уже. Спать.,- и заснул

Гунтрам посмотрел на спящего, похрапывающего человека и закрыл глаза:
««Я никогда не хотел обидеть Джона или использовать его. Но он же тоже использует меня. Он мне нужен чтобы добраться до дома. А что если Константин узнает о нем? Он его убьет голыми руками, если узнает что я сплю с ним. Конрад сделал бы тоже самое. Он был такой же ревнивый. Вот именно был. Может быть он уже нашел кого-то другого и счастлив? Может они с Эберхардом счастливы вместе? А у меня есть право вернуться вообще? Я его бросил, устроил шумиху в суде. А теперь вернусь: «Привет, Конрад, знакомься, это Конрад-младший, извини что забыл сообщить, я жил с Константином 3 года в Сибири! Ах, да... кстати, он тоже отец моего сына!»
Это звучит даже хуже чем Джон сказал.
Если я вернусь к Конраду, я поставлю под угрозу жизнь мальчиков, а если к Константину, то жизнь Конора.»»
Гунтрам смотрел на спящего человека и внутри у него все перемешалось.

««Хоть он и придурок, но у него доброе сердце. Я уверен что он сам всего достиг и никого не обманывал при этом. Ну может быть шельмовал, но никогда никому не вредил. Я чувствую это. Он заслуживает лучшего.»»
Он посмотрел на большое тело рядом с ним и улыбнулся. «Может быть я буду счастлив работать с девяти до пяти, иметь небольшой дом с садом для Конрада, и с таким как Джон, у которого чистое, не конфликтное прошлое?
Самое большое искушение не деньги и власть, а просто простая жизнь.
Но я не могу это сделать. Конрад должен знать что я в порядке, ведь я ответственен за то что произошло. И я обязан Горану, он заслуживает этого и я не могу повернуться к нему спиной, он никогда не оставлял меня. Он действительно мой лучший друг. Может быть он захочет стать крестным отцом Конраду, когда я буду его крестить. Лучшего крестного чем Горан, невозможно представить.»

4 мая 2012 года
Шалон сюр Мер


Это был удачный день для агента по недвижимости, небольшого городка на Севере Франции. Бог ответил на её молитвы, в лице франко-русского на вид человека, выше среднего возраста.
— Месье Арсеньев, дом который мы собираемся посетить, нуждается в небольшом ремонте. Недалеко есть река, 20 акров сада. Вокруг лес, очень красиво. Сейчас подходящий момент для покупки недвижимости, цены уже не могут упасть ниже и рынок начинает стабилизироваться.
— Я больше заинтересован в доме, чем в садах,- сказал Константин, остановившись возле дома, на своем черном Audi Q7,- Вы говорили о ремонте.
— Ах, ну может быть некоторые стены и электричество. Дом светлый, с прекрасной обстановкой.
Константин только посмотрел на неё и ухмыльнулся, уже представляя себе дом, если она так отчаянно пытается сосредоточить всё внимание на сады.
— Дом расположен в 5 км. от города, вы можете делать там покупки. Лилль, в 42 км., также на электричке за 2 часа вы можете доехать до Парижа. В рабочие дни, электрички каждый час. Это идеальное место.
— Я видел фотографии на вашей веб-странице,- сказал ей Константин. «Место идеальное, изолированное, но не далеко от цивилизации»,- подумал он.
— Вы давно из России?
— Месяц назад. Я путешествовал и решил осесть на севере. Моя семья родом из Санкт-Петербурга, но я родился здесь, в Париже,- добродушно сказал Константин.
«В провинции все хотят узнать о вас, но как только они увидят, что нет ничего интересного для них, они забывают о вас. Я должен быть здесь более открытым чтобы не привлекать внимания.»
— Долго вы жили в Санкт-Петербурге?
— Несколько лет. Я инженер и работал в Сибири в нефтяной промышленности. Несколько месяцев назад я ушел в отставку, проработав 20 лет. Я одинокий и хочу обосноваться здесь, во Франции.
— Дом построен в стиле Наполеона III, в 19 веке. Есть ещё гостевой домик, который был построен в 18 веке, а также домик смотрителя, который был построен в 17 веке, первоначально там была старая мельница. Думаю что это место, если его переоборудовать, то получился бы великолепный спа-отель,- сказала она блефуя.
— Отсюда слишком далеко и нет хорошей связи, GPS это хорошо, но она не сотворит чудо,- опровергнул с ухмылкой Константин.
— Ну, цена конкурентоспособная, сэр,- спокойно сказала она.
— Об этом можно будет поговорить когда я посмотрю дом изнутри. Пока мне нравится то, что я вижу,- сказал Константин, взглянув на дом с мезонином, окрашенный в желтый и белый цвета.
— Дом нуждается лишь в небольшом ремонте. Семья покинула дом всего несколько месяцев назад,- сказала она.
— Почему они решили продать дом?
— Дом принадлежал старому человеку и его дети решили продать дом, потому что они живут в Париже.
— Хорошо. А то я подумал что они хотят продать его из-за того что тут живут привидения,- пошутил Константин, и указал на некоторые, почти падающие части крыши.
— Нет, здесь нет привидений,- засмеялась она,- Никто не утонул в пруду, и владелец умер в доме для престарелых в Лилле, насколько я знаю.
— Жаль, призраки сделали бы дом особенным.
— В самом деле?,- спросила она, доставая ключи из сумки.
— Позвольте мне,- предложил Константин, взяв у неё ключи, он стал открывать дверь, замок которой плохо открывался,- Надо менять дверь и окна.
После небольшого сражения с дверью, они вошли в большое классическое фойе, где мебель была просто сдвинута в кучу.
— Мебель включена в стоимость дома,- быстро сказала она,- Многое из мебели прилично сохранилось.
— Да, если её хорошо отреставрировать,- сказал Константин, после осмотра мебели.
— Я думаю что её просто нужно почистить и привести в порядок,- сказала она с энтузиазмом.
— А что делать с этим,- Константин указал ей на влажные пятна на стенах. Не говоря ни слова он обошел весь первый этаж: гостиную, столовую, библиотеку, две ванные комнаты и кухню. На втором этаже были две больших спальни с ванными комнатами и главной спальни. Так же было ещё семь спален, занимавших второй и третий этажи.
— Это идеальный дом для отеля. К сожалению из-за кризиса почти все проекты заморожены,- сказала она, после того как они завершили осмотр.
— Этот дом не стоит той цены, которую вы просите,- сказал категорично Константин,- Дом требует капитального ремонта. Сантехника старая, всё везде отсырело, крышу придется полностью менять, электро изоляцию надо менять, не говоря уже о системе отопления.
— Этот замок самый красивый в этих местах.
— Электро система вообще не менялась со Второй мировой войны. Не уверен что можно пользоваться кухней.
— Дом находится на охраняемой территории и приравнен, как памятник старины, сэр,- возразила она
— Ещё плюс в мою пользу. Я не могу разрушить его и построить заново.
— Вы нигде не купите такой замок за 4 миллиона евро, это фантастически выгодная цена.
— Фантастически высокая цена,- ответил иронически Константин, он хотел создать иллюзию человека с деньгами, но не богатого,- Я уже посмотрел два аналогичных дома, но за гораздо ниже стоимостью.
— За то там нет Домика смотрителя.
— Если мне понадобится Домик смотрителя, я его построю менее чем за сто тысяч.
— Владельцы могут немного снизить цену,- сказала она уже паникуя, поскольку он был единственным клиентом за два года.
— Я куплю его за миллион.
— Они не продадут замок за такую сумму.
— Они получат деньги в конце недели,- сказал Константин,- Вас отвезти обратно в офис?
— Хорошо. Я думаю владельцы согласятся на ваши условия.
— Отлично!,- ответил Константин и протянул ей руку,- Вы не посоветуете мне какую-нибудь строительную компанию в городе. Я хотел бы нанять местных жителей, моих будущих соседей.
******************************************
Конец 20 главы, 6 части, 2 книги.

03:24 

Тионн Роджерс. "О доброте и сострадании жаб и лягушек (перевод)

Жизнь прекрасна!
О доброте и сострадании жаб и лягушек.
Испытания.
7 глава
4 июня 1980 года.

**********************************

Фридрих увидел что священник вышел из спальни Герцога и прослезился.
- Вы можете войти, сын мой, он пребывает в мире,- сказал он и похлопал его по руке
- Спасибо, отец, мы дадим вам знать когда придет время.
- Да, спасибо. Не надо меня провожать, я знаю как выйти.
Фридрих сделал глубокий вдох и выдох, прежде чем войти в главную спальню. С болью в сердце он посмотрел на умирающего Карла Хейнца, он подошел к кровати, сев на краюшек, он взял его жесткую руку в свою и другой погладил его лоб:
- Ваш врач посмотрит вас в ближайшее время.
- Зачем? Что он сможет сделать?
- Всегда можно что-то сделать.
- Ничто уже не спасет меня, Фридрих. У меня не так много времени осталось. У нас, не так много времени осталось,- сказал Карл Хейнц и протянул к нему руку, и Фридрих взял её.
- Вы не должны утомлять себя.
- На том свете отдохну, и это случится очень скоро. Когда-то я думал, что умру в одиночестве, далеко от дома, в снежной России, но я здесь, с тобой.
- Я останусь с вами пока не прибудет Конрад. Он скоро будет здесь,- сказал Фридрих, ожидая узнать о своей дальнейшей судьбе.
- Может быть. Сможешь ли ты остаться с ним и быть ему помощником и другом, каким был для меня?
- До тех пор пока я ему буду нужен я останусь с ним.
- Спасибо, мой друг,- сказал Карл Хайнц на пределе сил.
- Вы не должны говорить. Берегите свои силы,- пожурил его Фридрих, слегка прислонив голову к его груди и нежно лаская его седые волосы.
- Ты был любовью всей моей жизни,- сказал Карл Хайнц, - Я благодарю Бога за то что он дал тебя мне.
- Не говори так. Это просто рецидив,- солгал Фридрих.
- Я умираю и я это знаю. Не отрицай.
Глаза Фридриха наполнились слезами. Серия небольших инсультов произошедших за последние три дня, должны были очень скоро погрузить его в кому. Доктор уже предупредил его об этом.
- Я тоже очень люблю тебя, брат мой, с первого дня как увидел тебя, - сказал Фридрих и прижал к нему свою голову.
- Это правда?
- Да, конечно. Ты был такой серьёзный всегда,- сказал ему Фридрих с улыбкой.
- Я очень нервничал
- Я тоже был расстроен, что меня послали приглядывать за четырёхлетним мальчиком. Мой начальник не оставил мне выбора, но сейчас у меня нет таких слов, чтобы выразить ему свою благодарность за это, - вспомнил Фридрих ласково, и увидел как Карл Хайнц прикрыл удовлетворенно глаза.
Фридрих продолжал вспоминать ласковым голосом о том времени которое они провели вместе и были счастливы, гладя его лицо, надеясь что Карл Хайнц немного поспит.
Вошел доктор, и не тревожа Фридриха проверив пульс Герцога, отрицательно покачал головой.
- Мы должны рассмотреть вопрос о перемещении Герцога в больницу, - господин Эльзассер
- Он просто спит,- сказал Фридрих
- Боюсь что он в легкой коме. В больнице Его Светлости будет более комфортно. И там могут оказать действенную помощь, если что случится.
- Он оставил четкие указания об отказе каких-либо медицинских средств, которые могли бы продлить ему жизнь. Кроме того, он хотел бы умереть в собственной постели.
- Хорошо, сэр. Как пожелаете,- сказал врач и стал собирать свои инструменты.
- Как вы думаете, он ещё будет в состоянии поговорить со своим сыном?
- Боюсь что нет, сэр. Я буду рядом в комнате. Если понадоблюсь, позовите меня.
- Спасибо, - ответил Фридрих и закрыл глаза, сдерживая слезы.
Дверь тихо закрылась, и когда он остался один, заплакал.
- Отдыхай, любовь моя,- сказал Фридрих продолжая гладить его волосы и лицо.
Он хотел остаться с Карлом Хайнцем и дождаться Конрада, который должен был вернуться из Гонконга.

***
Молодой человек бежал по залу аэропорта, проклиная задержку рейса, из-за которой он опоздал на пересадку на рейс до Парижа, и из-за этого ему пришлось ждать ещё четыре часа до следующего рейса в Цюрих. Он быстро сел в машину, ждущую его у входа и мрачно смотрел в окно всю дорогу до замка.
У входа его ждал дворецкий:
- Ваш отец чувствует себя очень плохо.
Он бросил пальто и портфель дворецкому и быстро пошел по лестнице, встретив на пути своего дядю Германа.
- Ты должен быть сильным, мой мальчик,- сказал старик и похлопал его по руке.
- Мой отец....?
- Пока нет, но он находится в коме. Врач сказал что он вряд ли придет в сознание,- сказал Герман,- Священник проводит последние обряды.
- Спасибо, дядя.
- Совет предупрежден. Цу Ловенштайн и Павичевич в гостиной. Ждут ваших приказаний.
Конрад посмотрел холодно на дядю.
- Что за спешка? Нельзя подождать?
- Это было неожиданно, сын мой. Надо действовать быстро и решительно, чтобы избежать раскола по поводу вашего будущего назначения. Вы прекрасно осведомлены, что ваш кузен Георг претендует на ваше место, и многие соратники поддерживают его. Он давит на Совет, чтобы назначить регента. Вы слишком молоды, чтобы быть нашим Hochmeister.
- Мне 22 года. Если я достаточно зрелый, чтобы сражаться на войне или голосовать, значит я достаточно зрелый чтобы править. Конец дискуссии, дядя!
Конрад поднялся по лестнице и пошел по коридору к башне, где были покои его отца. Он вошел в гостиную, где доктор заполнял какие-то бланки. Коротко поздоровавшись он спросил:
- Как мой отец, доктор?
- Он впал в кому. Боюсь, что он не проживет и неделю.
- Он страдает?
- Не думаю, мы колем ему болеутоляющее и несколько часов назад прочистили легкие, так что он не испытывает затруднение в дыхании.
- Он что, задыхался? - спросил в ужасе Конрад
- Как я уже говорил господину Эльзассеру, что Его Светлости будет лучше в больнице, тем не менее по воле Герцога, он отказался от этого. Я полагаю что он умрет от сердечно-легочной недостаточности в ближайшее время. К сожалению его мозг умирает быстрее чем его тело.
- Благодарю, доктор,- удрученно сказал Конрад.

Конрад открыл дверь спальни и увидел Фридриха, сидящего на кровати отца, его голова покоилась на коленях. Он непроизвольно ахнул увидев выражение горя на лице этого сдержанного аристократичного наставника. Он молча подошел к кровати и глаза Фридриха сказали ему всё что ему нужно было знать.
- Твой отец отдыхает. Я оставлю вас наедине,- он встал и поправил подушку Герцога.
- Благодарю вас, сэр,- сказал Конрад тихим голосом
- Несколько часов назад Герцог продиктовал мне это письмо для вас, я думаю сейчас подходящий момент прочитать его,- Фридрих вытащил запечатанный конверт из своей черной куртки и протянул его Конраду.
Молодой человек посмотрел в отчаянии на своего умирающего отца и печаль захлестнула его.
*У нас никогда не было близких отношений, но тем не менее он единственный член моей настоящей семьи.*
Он сел на край кровати и коснулся руки отца.
- Я здесь, сэр. Я искренне сожалею что не мог вернуться раньше, чтобы проститься с вами.
Конрад вскрыл конверт и сразу узнал красивый почерк наставника. Развернув письмо он начал читать:

***
***15 февраля 1980 года***
Мой сын,
Я знаю что конец мой близок. Моё время на этой земле подошло к концу. Скоро я встречусь со своим Создателем и расскажу ему о всех своих делах. Ты всегда был моей гордостью и я полагаю, ты станешь хорошим лидером. Я сделал всё возможное чтобы подготовить тебя к этому, и с помощью нашего Господа, я надеюсь ты не подведешь меня.
В ту минуту как я умру, на тебя набросятся все как голодные волки, кусая тебя за лодыжки, пока ты не упадешь на колени. Они заставят тебя принять регента, но ты должен отказаться от этого.
Не дели свою власть ни с кем.
Бог дал нам эту власть. И мы правим по Его Милости. И мы в ответе только перед Богом. Мой отец и я сделали все возможное, чтобы восстановить все что было разрушено во время войны. Твоя задача состоит в том, чтобы продолжить дело твоих предков и привести его к новой высоте Во Славу Господа нашего.
С верой в Христа, Господа нашего. Карл Хайнц фон Линтрофф

Кондад закрыл глаза увидев приписку сделанную рукой своего отца, сделанную видимо дрожащей рукой, поскольку он испытывал боль:
" Я прошу тебя, позаботься о моём Фридрихе. К."
*Значит я был прав. Они были вместе,- подумал Конрад, сложил письмо и положил его обратно в конверт.
- Я позабочусь о Фридрихе, отец. Я клянусь тебе.,- сказал Конрад, склонился над отцом и поцеловал его в лоб.
- До свидания, сэр.,- он поднялся с кровати и вышел из комнаты.

В гостиной Фридрих сидел за столом и тихо молился. Он не заметил когда Конрад взял стул и сел рядом с ним.
- Спасибо за то что находитесь с моим отцом, сэр,- прошептал Конрад.
Фридрих грустно улыбнулся и взял руку Конрада.
- Я молюсь чтобы Господь забрал его без страданий.
- Я надеюсь что Он ответит на ваши молитвы, сэр.
- Вы не должны называть меня больше "сэр", Конрад. Я больше не ваш учитель. Скоро вы будете нашим Hochmeister,- сказал Фридрих ласково,- И мы все будем следовать вашему примеру.
Конрад сглотнул почувствовав сухость во рту, никогда раньше он не испытывал чувство страха, какое испытывал сейчас.
- Вы действительно останетесь со мной? Письмо отца было не столь оптимистично.
- Вы должны опираться на Павичевича. Он был лоялен к вашему отцу и будет лоялен к вам....до поры, до времени. Цу Лёвинштайн так же считает что вы хорошо образованы и сочтет за честь инвестировать в вас. Но не будьте снисходительны, Конрад. Вы должны завоевать их доверие и уверенность в вашей силе. И у вас есть для этого только один год, не больше.
- Я понял.
- После похорон, будет заседание Совета, туда будут приглашены наиболее видные соратники. Вы должны будете наметить свою стратегию на будущее. Боюсь, они не дадут вам никакой передышки, так как ваш кузен Георг фон Линтрофф уже мутит воду против вас.
- Ни он, ни мой дядя Герман не будут моим регентом. Я намерен править в одиночку, сэр....Фридрих.
- Тогда вы должны подготовить себя к тому, что должно будет произойти. Идите вниз и поговорите со своим дядей и Князем Цу Лёвинштайн, наедине. Ваш отец был очень впечатлен вашими идеями.
- Хорошо, Фридрих, я поговорю с ними.
- Я предупредил вашу мать..,- добавил Фридрих нерешительно
- Скажи ей чтобы пришла после того как будет прочитано завещание. А лучше пусть пришлет своего адвоката,- сказал холодно Конрад.
- Она твоя мать.
- Нет, она не мать. Я отказался от неё когда мне исполнилось 18 лет. Ей нет места в этом доме. Она больше не придет ни в этот дом, ни на похороны моего отца. Она превратила жизнь моего отца в ад, и вы хотите чтобы я принимал её в этом доме? Я хочу чтобы только друзья и семья попрощалась с ним.
- Конрад...
- Это моё окончательное решение. Скажи ей чтобы она оставалась в Париже, или я публично выгоню её из этого дома. Я ей больше ничем не обязан. И поскольку моя бабушка умерла, мне не придется терпеть её присутствие в своей жизни.,- Конрад поднялся со стула,- Я должен поговорить со своим дядей и Князем. Извини.

***Неделю спустя***

Единственную уступку, которую Конрад пообещал, это сохранить Совет в его прежнем составе, отказавшись от права назначить трёх новых членов Совета. Он наотрез отказался от регента, но с оговоркой что Summus Marescalus и Magnus Comendator будут контролировать его новые проекты, и его решения будут приняты в обязательном порядке при их положительных голосах.
Все семь советников и 15 ассоциатов были более чем шокированы, когда Конрад сказал, что они стоят перед новой эрой, где финансовый мир превзойдет традиционную индустрию, и что отныне, они должны на этом сосредоточиться. Идея инвестировать за пределы Европы была встречена скептически, но обещание высоких и быстрых прибылей, которые придут из Юго-Восточной Азии, успокоило их страхи и Конрад получил поддержку и обещание увеличить объем средств в его распоряжение. Его идеи инвестирования в новые технологии в Силиконовой долине, а также сделать то же самое в Европе, вызвало некоторый дискомфорт, поскольку было распространено мнение, что Европа и Азия экономически смогут раздавить Америку через несколько лет.
До тех пор пока его отец не отойдет в мир иной, Конрад и Совет будут править вместе от имени Карла Хайнца фон Линтрофф.

***5 июля 1980 года***

Конрад закончил завязывать черный галстук, готовясь к панихиде. Было странно быть в должности отца весь прошлый месяц. Он работал, встречался со всеми коллегами лично, в надежде завоевать их симпатию и поддержку.
В первый день рабочего дня он был удивлен, когда старая секретарь его отца, по привычке принесла ему черный кофе и два печенья, как она дела почти 27 лет.
- О, мне очень жаль, сэр...
- Все в порядке, Мариетта, я был голоден,- сказал Конрад, он взял в руки чашку знакомого фарфора и понял, что он наконец принял свою судьбу.

- В конце концов это закончилось,- подумал он устало,- Фридрих страдал больше, чем любой из нас. Весь месяц, пока отец был в коме, он не покидал его одр.
Конрад спустился вниз по лестнице, чтобы присоединиться к гостям, которые уже приехали и ждали во дворе. Он кратко поговорил почти со всеми, приветствуя их, пожимая руки и позволяя некоторым женщинам целовать его с сострадательным уважением.
Конрад вспомнил, как Фридрих принес меч его отца и с любовью положил в его гроб между его рук. *Я хотел бы чтобы кто-нибудь также оплакивал меня, когда придет мой день, как он оплакивает моего отца. Я скучаю по нему, но я не уничтожен его смертью, как Фридрих. Может быть Фердинанд был прав, назвав меня эмоциональным инвалидом. Единственно о чем я думаю, это как сохранить свой титул.
Он кивнул Барону фон Ольштын, одному из немногих стариков, которые поддерживали его и спрашивал о его планах с неподдельным интересом. Его жена была намного моложе его и она улыбнулась ему по матерински. Она должно быть того же возраста что и Элизабетта,- подумал он, и увидел что её улыбка застыла на лице, он проследил её взгляд. Марианна фон Лихтенштайн Фобур, стояла посреди двора, гордо и впечатляюще, как всегда.
Конрад пробормотал извинения и направился прямо к ней.
- Я не помню чтобы вас приглашали. Пожалуйста, оставьте мой дом, мадам,- сказал Конрад и яростно посмотрел на неё.
- Карл Хайнц был моим мужем!
- Вот именно, был. А теперь, сударыня, покиньте мой дом,- и показал ей жестом на дверь.
- Ты не посмеешь! - прорычала она
- Мой Герцог,- вмешался Фридрих,- Это не тот момент, чтобы вспоминать старые обиды. Принцесса имеет полное право быть здесь.
- Почему? - сказал громко Конрад и его голос был хорошо слышен всем в саду,- Оглашение последней воли моего отца будет на следующей неделе. Или она пришла чтобы удостовериться, на самом ли деле умер мой отец? Вы пришли сюда чтобы увидеть результат своей работы, мадам?
- Конрад, у меня есть сомнение, человек ли ты вообще?- сказала Марианна.
- Я ваш сын, мадам. И унаследовал все черты вашего характера, а теперь, покиньте мой дом.,- и она повернулась и пошла к выходу, разъяренная как фурия.
Конрад развернулся, как будто ничего не произошло, вернулся на то место, откуда ушел и продолжил разговор.

***15 июля 1980 года***

Конрада беспокоила депрессия его бывшего наставника. С тех пор как умер отец, он стал называть его: Ваша Светлость, мой Герцог, Государь или мой Гриффин.
Положив на стол завещание и письмо отца, касающегося Фридриха, он пригласил его в кабинет и смотрел как он медленно садится на стул перед ним.
- Есть несколько вещей, которые я бы хотел обсудить с вами, Фридрих,- сказал он мягко,- Речь пойдет о будущем.
- Думаю не о чем говорить, мой Гриффин. Я знаю что моё время здесь закончилось.
- Это далеко не так,- поспешно сказал Конрад,- Мне до сих пор нужны ваши советы. Мой отец всегда высоко ценил ваше умение и способность читать людей. Я знаю что в прошлом вы несколько раз отвергали предложение войти в Совет, и я не буду предлагать вам это еще раз, но мне будет очень грустно, если вы решите уйти.
- Я сделаю так как вы хотите. Я пообещал это вашему покойному отцу.
- Мой отец оставил вам 20 миллионов марок и дом в Австрии.
- Я не хочу этого наследия, Конрад. Вы можете сохранить его. Я был здесь не из-за денег.
- Фридрих, я знаю это. Вы мой наставник, и без вас я был бы вообще никто. Мой отец попросил меня позаботится о вас, и я поклялся ему, что буду заботится о вас до последнего дня,- сказал Конрад и передал ему письмо.
Фридрих прочитал последнее предложение и закрыл глаза от боли.
- Мы...,- начал Фридрих, но его голос сорвался..
- Вы были больше чем друзья,- закончил за него Конрад,- Я понимаю, что вы имеете полное право уйти и продолжить свою жизнь, но я прошу вас, пожалуйста, останьтесь со мной, мне очень нужна ваша поддержка, больше чем кого-либо.
- Вся моя жизнь здесь.
- Тогда нет необходимости уходить.
- Что я должен буду делать здесь?
- То что вы привыкли делать. Мне нужен кто-то, кто будет руководить этим домом, и всеми другими домами. Мне нужен советник и руководитель. Я знаю что я не имею права просить вас об этом.
- Я останусь, пока вы не женитесь и не приведете свою жизнь в порядок.
Конрад вздохнул с облегчением. - Тогда оставайтесь здесь навсегда. Только пожалуйста, не называйте меня- мой Герцог, а то я буду называть вас- Ваша Светлость.
- Я отказался от своего титула давно, Конрад. Вы не ребенок больше и лучше будет, если вы определите свое собственное место. Вы наш лидер и все должны знать об этом и относится к вам как к лидеру. Не позволяйте людям забывать об этом, чтобы они не теряли уважения к вам. Поэтому ваш отец так относился к вам, хотя он любил вас. Ваша жизнь не будет легкой и вы будете одиноки.
- Мой отец не был одинок,- мягко сказал Конрад,- У него были вы.
- Друзья- это не достаточно, чтобы выдержать все проблемы с которыми вы столкнетесь в дальнейшем. Только ваша вера и любовь помогут вам.
- Вы правы, Фридрих.
- Когда вы переедете в замок? - мягко спросил Фридрих
- Я думаю мы должны подождать немного дольше. Через год, по крайней мере,- ответил Конрад.
- Квартира не очень подходящее место для нашего Гриффина.
- Если так нужно, Фридрих, я могу переехать в одну из башен замка. Но только через год, Фридрих. Память моего отца следует уважать. Нам всем нужно некоторое время, чтобы оплакать его.
- Есть ещё кое что, мой Герцог.
- Вы не будете приносить мой завтрак, как всегда это делали? Как раньше, когда вы баловали меня. И всегда говорили- "Хорошо- это не достаточно, вы должны делать лучше всех, чтобы угодить Господу нашему Иисусу. Вы говорили мне это бесчисленное количество раз, на протяжении многих лет.
- Нет, я по прежнему буду наблюдать за вами, не едите ли вы слишком много конфет,- ответил Фридрих улыбнувшись. И Конрад обрадовался, что Фридрих впервые за два последних месяца улыбнулся.
- Речь пойдет о вашей матери.
- Юристы обо всем сообщат ей и все устроят,- резко оборвал Конрад.
- При всем уважении, мой Герцог, вы не пересмотрите свое решение?
- Нет. Воля моего отца была ясно изложена. Она имеет право использовать дом в Париже, пока она жива. Ничего не было сказано что я должен платить за содержание дома. Я буду уважать желание своего отца. Он выделил ей пособие, несмотря на то что она повторно вышла замуж больше 10 лет назад. Я не потрачу ни цента на этот дом.
- Этот дом дан ей как бы взаймы, потому что после её смерти дом должен возвратиться вам. Я думаю что это не очень хорошо с вашей стороны. Мне кажется, что ваш отец предпочел бы чтобы вы отдали его ей, поскольку вы получили от её матери, своей бабушки, дом в Венеции.
- Фридрих, я не буду поддерживать материально её и её любовника. Моя бабушка оставила мне эту собственность. Это было ее решение не отдавать этот дом своей дочери. Моя мать может прекрасно оплатить услуги за дом из фондов, которые выделил мой отец. Она хотела стать Королевой Марбелье, вот пусть и расплачивается за это.
- Мой Герцог...
- Фридрих, что касается этого замка, я всё оставляю на ваше усмотрение. Что касается моего пожелания, я бы не хотел здесь ничего менять и оставить все, как было при отце. В других домах пожалуй можно будет поменять что-то.
**********************************
Конец 7 главы "Испытания"

06:43 

Тионн Роджерс. "О доброте и сострадании жаб и лягушек (перевод)

Жизнь прекрасна!
О доброте и сострадании жаб и лягушек.
9 глава.
«Ночь, которую запомнишь»
11 марта 1983 года. Париж.

*****************************************************


Встреча страшной Страстной Пятницы маячила на горизонте. И что бы он ни делал, все равно был недостаточно хорош для них. Они ищут способ избавиться от него.

Конрад почувствовал страшную усталость, несмотря на то что ему было всего 25 лет.
Его единственными сторонниками были дядя Герман, Густав Цу Ловенштайн- Magnus Commendator, Разим Младич, а так же Павичевич- Summus Marescalus. Они сильны, но тем не менее, он должен набрать две трети голосов, а это составляет 42%.»
« Только один год, это всё что я прошу у них. Всё чего я добился за прошлый год, может быть уничтожено за один день.»

Он открыл дверь в большой эксклюзивный люкс, который арендовал в течении последних двух лет, и задался вопросом, зачем он это делает?
« Это надо прекратить. Ну встретился бы с ним ещё пару раз, и всё. Он сын главы во Франции и женат на Марии Августе. Если Виконт узнает могут быть неприятности. И Ловенштайн разозлится узнав о том что я загубил брак его племянницы. Другого пути нет. Я должен избавиться от него. После сегодняшней встречи я разорву наши отношения.»

Зайдя в гостиную, он бросил портфель на парчовый диван и заметил маленький конверт на журнальном столике. Вскрыв его, он увидел карточку, на которой было написано «327», и вздохнул.
« Роджер мог бы проявить инициативу и встретить меня, или занял бы вторую спальню, нет, он хочет чтобы я ползал за ним.»

« Одна сумасшедшая ночь, и я разрушил свою жизнь. Этой встречи не должно было быть, но это случилось, и он никак не может освободится от этой связи, от невидимых цепей, которые тянули его в постель Роджера. Из-за этого он почти живет в самолете. Быстро закончил все дела в Нью-Йорке, 8 часов перелета на Конкорде, и мчится сюда, чтобы провести одну единственную ночь веселья.»
Конрад снял шелковый галстук и бросил его на стул. Туда же последовал пиджак и рубашка. Он размял немного мышцы шеи и никак не мог определить источник печали.
« В чем причина? Я только встречусь с Роджером сегодня и всё. Его жена сейчас в Вене. Проблем быть не должно.»

***

— То что ты чувствуешь к этому человеку, есть только одно название, Конрад фон Линтрофф,- похоть! Это ясно как день!,- ругал его наставник неделю назад, после того как Конрад признался ему в своей запретной связи, - Тебя привлекает в этой связи только опасность и риск, и ничего другого. Судя по тому, что ты рассказываешь, это не любовь!
— Что вы можете знать о любви?!,- крикнул Конрад, выйдя из себя, его отчитывают как маленького мальчика, а ему нужна поддержка и понимание,- Вы никогда не были женаты и не жили ни с кем!

Конрад сразу же пожалел о своих словах, потому что он видел что чувствовал Фридрих после смерти отца, несколько лет назад. Он оставался с отцом до последнего его дыхания, в то время как он сам решал вопросы по инвестициям в Юго-Восточной Азии. Он опустил голову, потому что ему было стыдно смотреть в глаза Фридриху.
— Я знаю больше, чем ты можешь себе представить, мальчик,- сказал Фридрих,- Любить, это значит приносить себя в жертву ради любимого человека! Любовь, это товарищеские отношение и благородство! А то что ты чувствуешь, это только похоть! Удовлетворяй свою похоть, но не называй это любовью!
Но Конрад не хотел сдаваться, его учили не отступать от своей цели. Поэтому он ответил так, как учил его покойный отец.
— Я поступлю так как считаю нужным, Фридрих, спасибо.

Услышав это, Фридрих развернулся и вышел из комнаты. Конрад знал что потребуется некоторое время, чтобы ярость Фридриха прошла, из-за его неблагодарных слов, но Фридрих тоже должен понять, что я уже не маленький мальчик, я Герцог, в конце концов. Мы с Роджером любим друг друга, а Фридрих как и все не понимает этого.
Они считают, что банковское дело, это только кредитные деньги от продажи дома или полисов, а это далеко не так. Только Роджер понимает меня. Если бы только он относился ко мне более серьёзно, всё было бы прекрасно.

***

Конрад зашел в спалю и вытащил из шкафа бежевые джинсы, светло-голубую рубашку-поло, Лакосте, и свитер из ангоры с V- образным вырезом. Быстро переоделся, упиваясь возможностью свободно разбрасывать вещи. Он ненавидел беспорядок, но строгая дисциплина, к которой его приучил Фридрих, вводила в соблазн вести себя как свинья вдали от дома.
Горячий душ вернул его к жизни и он почувствовал себя снова на 25 лет. Он оделся, причесался, накинул на плечи свитер, вышел из номера и пошел улыбаясь к лифту. Всё ещё улыбаясь он нажал на кнопку лифта и вспомнил, что образованные люди не улыбаются как Dodos. (Dodos- вымершая птица, с огромным клювом). Как Dodos может улыбаться если у них клюв? Войдя в лифт он увидел там двух дам в коктейльных платьях. Их волосы были длиннее чем юбки. Неужели они не понимают как смешно они выглядят в этих нарядах? Выйдя на третьем этаже, он быстро пошел к нужному ему номеру и дважды постучал в деревянную дверь.
— А, это ты уже,- невозмутимо сказал Роджер и отошел в сторону, позволяя ему войти. «Он всё ещё был в рабочей одежде, не удосужился даже переодеться. Ну да, для него же это просто ужин и секс, а не свидание», - У меня тут гость, так что сегодня придется трахнуться по быстрому.

Конрад почувствовал как кровь закипела в его жилах от этих слов и он сделал всё возможное, чтобы сохранить хладнокровие изображая отчужденность.
— Я сегодня в первой смене или во второй, Роджер?
— Это зависит от него. Он очень устал и спит.
— У тебя здесь кто-то есть?!!! Это уже слишком!
— Конечно, почему нет?,- бросил Роджер вызывающе, - Сосет он классно!
— Ты шлюха, Роджер! Постельная шлюха!
— Ну что тебе на это сказать, делай выводы. Ты просто невежественен. У тебя вообще есть кровь в жилах, немец? Или она разбавлена дешевым пивом?
— Я не знаю, зачем я трачу на тебя время?,- прорычал Конрад, и повернулся чтобы уйти,- Шлюхи мне обойдутся дешевле и они менее притязательны чем ты.
— Потому что у шлюх четкое рабочее время и они не ухаживают за своими племянниками,- сказал Роджер, его очень позабавил взрыв Конрада. «Господи, какой он еще ребенок, устроил истерику, шуток не понимает.»
— Что?
— Не мог подождать 15 минут, тогда увидел бы его с бутылкой?,- Роджер насмехался над ним с явным удовлетворением в голосе.
— Я не понимаю...,- спросил Конрад, ему так надоели эти постоянные игры Роджера.
— Мой брат Жером оставил ребенка со мной. Он улетел в Женеву, а Анжелик, его няня, отпросилась в последнюю минуту. Ребенок спит в своей корзине, после того как выпил целую бутылку. Не волнуйся, Жером поменял ему подгузник прежде чем ушел. Завтра утром он заберет его.
— Он что, останется здесь? С нами?,- спросил Конрад в шоке
— Он останется со мной. Не волнуйся, он был крещен в декабре прошлого года. В тебя не переселится демон, если он укусит тебя,- хмыкнул он,- Ты можешь остаться или уйти. С меня достаточно одного ребенка, Конрад.

Конрад посмотрел на Роджера, а тот вызывающе поднял бровь, и опять он потерялся в синеве его глаз, они затягивали его как в омут.
— Гунтрам очень крепко спит как только выпьет свою бутылку. С ним совершенно нет проблем.
— Тогда он точно пошел в свою мать, а не в ваш род. Сколько ему?
— Трудно сказать. Он родился в Нью-Йорке, 19 октября. Семимесячным. У его матери произошел почти выкидыш, пока они летели в самолете. Мой брат привез его домой в декабре, чтобы крестить его, после того как его выписали из больницы. Он был таким маленьким, и вероятно будет идиотом. Все недоношенные дети в основном слабые и отсталые.
— Это не правда!
— Они недостаточно сформированы, когда рождаются недоношенными. Его мать умерла при родах, у неё было больное сердце. Но не смотря на её болезнь, мой придурок брат женился на ней. Папа был в ярости из-за его женитьбы. Но потом успокоился, когда увидел Гунтрама. У нас же в роду одни девочки.
— Я не знал. Кто его мать?
— Она не нашего круга. Полукровка. Художница. Мой брат встретил её на улице. На роль жены она не годилась. Ужасный выбор. Но Жером всегда был немного с придурью.
— Я никогда не встречался с ним. Нет, наверно встречался, но не помню.
— Ты ничего не потерял. Мой брат один из самых скучных людей на этой земле. Представь себе, он корпоративный юрист. С моим отцом веселее чем с ним.
— В это трудно поверить,- хихикнул Конрад, вспоминая образ сурового Виконта. «Этот старый стервятник ненавидел меня, он предпочитал видеть Георга на моем месте»
— Так что, хочешь встретиться с ним?,- спросил Роджер, целуя его и выводя из задумчивости.
— С твоим братом? Нет, спасибо.
— С ребенком. Ты же теперь тоже застрял с ним здесь.
— Нет, это ты застрял с ним здесь. Я ничего не знаю о детях. Для этого есть няни.
— Все няни хотят долгосрочные контракты. Трудно нанять няню на короткий срок. Не сервис, а кошмар у нас.
— Это точно,- пробормотал Конрад,- Ты сможешь сменить ему подгузник, если что-то случится? Отнеси его ко мне в люкс.
— Сначала извинись.
— Извинится? За что?
— Ты неоднократно назвал меня шлюхой,- напомнил ему сладко Роджер,- Если тебе нужна шлюха, спустись в бар.
— Роджер, твоя репутация не лучше. Три недели назад ты исчез с брюнетом и кинул меня.
— Да? И что, теперь меня можно обзывать?
— У тебя нет стыда!
— Кто виноват что ты не можешь заинтересовать меня? А приходишь ко мне только плакаться. Знаешь что? Иди-ка ты отсюда, научись нескольким вещам, и возвращайся, лет так через пять, когда вырастишь,- пренебрежительно сказал Роджер,- Маленькие мальчики становятся жаркими после сорока, а до этого от них только неприятности. Вечно прижимаются к руке и плачут по малейшему поводу. Доброй ночи!

Роджер открыл дверь, приглашая Конрада к выходу, а тот стоял и растерянно смотрел на него.
« Роджер бросает его? В конце концов он всем рискует из-за этих отношений. С Роджером всегда так, из огня да в полымя, он уже хорошо изучил его за эти годы. Одна чертова ночь, и он готов свой ум, богатство и положение бросить к его ногам, чтобы покорить эту шлюху.»
— Иди к себе, Конрад, тебе пора спать,- устало сказал Роджер.
— Я прошу прощения за свои слова. Моё поведение было непростительно, Роджер,- сказал Конрад с достоинством, высоко подняв голову.
— О Боже! А попроще нельзя? Мы не в кабинете у директора школы,- глумился Роджер,- Ладно. Конрад, ты безнадежен! Ты хоть на улицу выходил когда тебе исполнилось 17 лет?
— Конечно выходил. С Фердинандом и Альбертом!
— Могу себе это представить,- хохотал Роджер,- Попкорн, Звёздные войны! Неужели втихаря купили пачку сигарет? Держу пари, ты ни разу не курил траву. Ты хоть раз встречался с дилером?
— Если бы ты имел хоть малейшее представление о том, как мы проводили эти дни, не шутил бы так ни над нами, ни над нашими клиентами. Они наша истинная сила, умные и агрессивные бизнесмены, беспощадные, но с честью. Мы должны восстановить как-то всё это богатство, которое какие-то идиоты бросают на улицах. Надо создать экономический импульс, и остановить этот спад экономики. Что тянет нас вниз? Старые модели индустриализации. Почему некоторые люди не могут понять, что если дать кому-то, с умными технологическими идеями, один миллион долларов, это лучше чем похоронить 50 миллионов инвестированием в старую фабрику. Технология, это будущее. И мы должны скопировать здесь модель Силиконовой Долины. Капитал больше не является ключевым фактором. Двое мужчин в гараже могут создать империю, а мы до сих пор спорим о размерах монолитных конструкций.
Да, отвечу на твой вопрос, Роджер, я пробовал один или два раза марихуану, но мне не понравилось, меня тошнило. Один раз я пробовал кокаин, но мне тоже не понравилось. Никогда не употреблял таблетки, поскольку не уверен в их происхождении. Скажи, ты участвовал в выпуске акций для компании в Лондоне, как я сказал тебе?
— Ты выбросил деньги в мусор, Конрад. Четыре миллиона фунтов стерлингов вложены в небольшую компанию, которая производит программное обеспечение! Компьютеры стоят очень дорого. Никто не будет покупать их.
— Ты уверен в этом?
— Да, конечно. Теперь ты гордый владелец 67% клуба ботаников под названием Shock Software Solutions.
— Хорошо,- пробормотал Конрад, думая что необходимо переговорить с главным программистом. В конце концов он был ответственен за разработку большей части программного обеспечения для обработки банковских операций,- Надо сказать Эрику, чтобы он назначил мне встречу с ними. Этот протокол TCP-IP - звучит интригующе. И мы должны его проконтролировать. Arpanet- может означать прорыв, когда он покинет сферу Министерства Обороны Америки. То что они показали мне, передачу данных между Стенфордом и Университетским колледжем Лондона, очень впечатляет! Только представь себе, мы будем в состоянии торговать весь день и не будет никаких границ между рынками. Мы проделали очень долгий путь с Энигмой. Мне нужны советники по новым технологиям, потому что у меня мало знаний в физике и механике.
— Может хватит?- пробормотал Роджер, недовольный что в очередной раз Конрад потерялся в своих мыслях и прожектах. «Я никогда еще не видел кого-либо ещё с меньшим знанием человеческих отношений чем он. Отец со своими сторонниками собираются порвать его и съесть живьем на встрече.»
— Извини,- сказал Конрад возвращаясь к настоящему, - Да, IBM- это будущее! И это Apple! Какое имя дать компании? Думаю это будет- Looks! Действительно очень перспективно! Разные концепции но обе ориентированны на людей! Персональные компьютеры возьмут мир штурмом! Если бы могли их просто соединить, мир изменился бы коренным образом!
— Ты не обращаешь внимания на меня! Повторяю! Мы будем ужинать здесь или в твоей комнате? Гунтрам проснется через час или два,- разбушевался Роджер.
— Нет, пойдем в мой люкс. Поместишь его в маленькой спальне и можем заказать что-нибудь на ужин,- сказал Конрад,- Если они рефинансируют не большие долги Угледобывающей компании, которая имела с банком....
Не дожидаясь Роджера, Конрад вышел из комнаты и пошел по коридору что-то бурча себе под нос.

Роджер вздохнул. «Конрад как сумасшедший, даже не замечает где стоит. Его большой план, о котором он всем говорит заключается в нескольких ботаниках и нескольких стран третьего мира. Папа и другие партнеры сожрут его живьем. Ему нужно подружиться с Иеронимом и присоединиться к Гринпису, пусть изобретает ветряные мельницы и солнечные батареи, в самом деле. Он не достоин быть Hochmeister. Его отец был гораздо умнее и знал как получить капитал, вместо того чтобы тратить его на мельницы. Он даже не в состоянии был обеспечить эти государственные контракты на Sturzenegger! Надо было только подкупить кого-то, и дело бы было сделано! Но нет, господин «Кодекс деловой этики» сказал что Sturzenegger дилетантская компания, и нуждалась в полной реформации.»

Роджер вошел в спальню, где его племянник спал в своей кроватке. Его крошечные ручки лежали по обе стороны головы, волосы были цвета платинового блондина. Откуда у него такой цвет? У всей нашей семьи были темные волосы.
« Он конечно крошечный для своего возраста, его плюшевый мишка больше его самого. По крайней мере он тихий, по сравнению с дочерьми Паскаля и его дочкой. И с ним вообще не было проблем.» Он осторожно взял люльку с ребенком и повесил на плечо сумку с вещами младенца. «Спит как бревно. Это просто замечательно.»

Конрад держал двери лифта открытыми, чтобы Роджер с люлькой смог войти, он посмотрел на спящего ребенка:
— Когда он был крещен? Я даже не знал что у тебя есть племянник. Как говоришь его зовут?
— Гунтрам Филипп Альфонс де Лиль Гуттенберг Саксен, мой Гриффин!,- шутя сказал Роджер, показывая ему ребенка.
— Это очень старое доброе имя. Я надеюсь что он хорошо нам послужит. Пусть Бог оберегает тебя, малыш,- сказал Конрад ребенку.
— А ты не мог подождать несколько лет, прежде чем сказать это ребенку?,- Роджер усмехнулся неодобрительно, вышел из лифта и пошел к знакомому люксу.
— Чем скорее он узнает свое место, тем лучше для него. Сколько ему лет?
— Почти 5 месяцев.
— Он такой маленький...
— Что, у тебя такой большой опыт с маленькими детьми,- пошутил Роджер.

Конрад встал перед ним и скрестил руки на груди, выражая свое недовольство тоном Роджера, его постоянным покровительственным поведением. Всё таки он Hochmeister с 1981 года, и как бы там ни было, никто не должен забывать об этом. Роджер сразу понял свой промах и смягчился.
— Да, ты прав, он маленький, потому что родился недоношенным, на 30 неделе, и весил менее 2 килограммов. Он догонит свой вес и рост. Будем надеется что он не будет недоумком. В конце концов, он единственный мальчик в нашем роду.
— Он будет в порядке, и он замечательный ребенок,- сказал Конрад и малыш открыл свои большие голубые глаза и внимательно посмотрел на него,- О Боже! Он проснулся! Прости, я разбудил его.
— Не волнуйся, нужно будет дать ему бутылку с молоком или игрушку, и он опять уснет,- сказал Роджер и посмотрел на улыбающегося племянника, он предложил ему игрушку, но тот был больше заинтересован разглядыванием незнакомого человека. Ребенок улыбнулся ему мягкой, солнечной улыбкой и Конрад протянул руки чтобы взять его из люльки, которую Роджер поставил на стол, но Роджер отодвинул его.
— Улыбки младенцев в этом возрасте, это просто рефлексы. И это ничего не значит,- бесстрастно сказал Роджер, - Давай, Гунтрам, ты очень хорошо себя вел весь день, надеюсь не доставишь трудностей и дальше.
— Он очень милый ребенок. Он плачет вообще?
— Я не слышал ни разу чтобы он плакал. Иероним и Анжелик всегда знают что он хочет, даже если он не плачет. В выходные дни мы были в Сен-Сире, и даже не слышали его. Папа был очень впечатлен. Я приготовлю ему бутылку с молоком.
— Зачем? Он же не плачет. Может быть ему нужна компания, наверное ему скучно лежать на спине целый день? Давай положим его на ковер, посмотрим что он будет делать?
— Он ещё не ползает, только валяется. Подержи его, пока я закажу ужин. Заказывать как обычно?
— Да, конечно,- сказал Конрад и Роджер вышел в другую комнату. «Он что, всерьез мне предложил взять ребенка? Но я же не знаю как.»
— Не смей писать на своего Hochmeister, Гунтрам, подожди пока тебе исполнится 30 лет!
— Ты что-то сказал?,- крикнул Роджер из другой комнаты, и Конрад смутился застигнутый разговором с ребенком.
— Ничего. Не знаешь, памперсы водонепроницаемые?
— Возьми и узнаешь, мой Гриффин!
— Как Фердинанд это делает....? Ах, да...Головка в правой руке, а левой придерживать попку, нужно его обнять, прижать к себе и молиться чтобы он не выпал. Только не жалуйся, Гунтрам, если я что-то сделаю не так, потому что в прошлый раз, я чуть не уронил ребенка Фердинанда,- сказал он улыбающемуся, что-то ворковавшему ребенку, который протянул к нему крошечные ручки.
К удивлению Конрада, ребенок прижался к его груди и внимательно смотрел на него снизу вверх и улыбался.
— Спасибо за улыбку, малыш,- ласково сказал Конрад и тронул его пальцем за кончик носика, отчего Гунтрам засмеялся,- Твоему отцу не придется много денег тратить на игрушки, малыш. Однажды мне тоже придется завести одного или двух детишек, но я даже не представляю как смогу это сделать. Я не доверяю женщинам, и не представляю как смогу быть привязан только к одной из них до конца своей жизни. Альберт, мой друг, планирует жениться в ближайшее время, а жизнь Фердинанда с Гертрудой просто ужасна. Она постоянно ругается с ним из-за того что он не хочет уйти из армии. Лёвенштайны давят на меня, чтобы я женился на одной из их дочерей, или племянниц, а это не возможно. Как я смогу сказать им что люблю другого человека?,- мягкое воркование малыша как будто ответило на его тираду,- К счастью для тебя, малыш, у тебя ещё есть 25 лет свободы. Пойдем, я покажу тебе город,- сказал Конрад, он встал со стула и понес его к большому французскому окну.

***

Роджер делал всё возможное, чтобы не зевать, пока Конрад разглагольствовал об Индонезии последние 25 минут. Он потерял интерес к теме разговора после первых двух предложений и думал как бы соблазнить Джеральдина, горячего нового секретаря из отдела анализа рисков. К счастью Гунтрам стал издавать какие-то звуки из корзины и Конрад вскочил и побежал к ребенку, чтобы проверить что случилось. «По крайней мере он хорош в качестве няни.»
— Мне кажется он голоден,- объявил Конрад,- Ты пойдешь сегодня домой?
— Мария-Августа уехала на уик-енд с нашей дочерью, так что я сегодня свободен. Мой брат завтра утром заберет Гунтрама в аэропорту Шарля де Голя.
— В аэропорту?
— Да. Оттуда он поедет в Лилль, показать Гунтрама тетушкам его покойной жены. Я думаю он оставит его там. У него нет времени на него. И вообще он не знает что с ним делать.
— Почему ты или Паскаль не возьмете малыша на некоторое время? Кто его крестный отец?
— Я его крестный отец. Моя жена занята нашим собственным ребенком. Нашей малышке всего два года и она очень требовательна. Последнее что мне нужно, это возиться с ребенком брата, потому что ему надо, видите ли, оплакивать свою жену. Это его вина в том что она умерла, так что, пошел он к черту, пусть отсосет прежде чем я буду ему помогать.
— Как ты можешь быть таким холодным, Роджер, это же твой родной брат и племянник?
— Зачем он полетел в Нью-Йорк с беременной женой? Она чуть не родила в Конкорде! Он виноват в её смерти, и он должен смотреть правде в глаза, вместо того чтобы плакать о ней. К тому же у него есть нянька, Анжелик, вот пусть она и заботится о Гунтраме.
« Да, не повезло малышу Гунтраму с его семьей. Бедняжка,- подумал Конрад, но ничего не сказал Роджеру,- Это не моё дело, и он не первый ребенок, который будет привязан к своей няне. Так же было и со мной, пока не появился Фридрих.»

Он взял мальчика и бутылку с молоком, сел на стул и начал кормить ребенка. А малыш присосался к соске и стал сосать с такой силой, как будто не ел три дня. Он действительно быстро наверстает упущенное время. Не докончив бутылку до конца, малыш крепко заснул.
— А теперь очередь дяди Роджера,- сказал Конрад и понес Гунтрама в спальню,- Я думаю что ребенку нужно поменять памперс. Думаю что ты более квалифицирован в этом, поскольку у тебя есть дочь. Вставай, не забывай что ты крестный, будь ответственен хоть в этом.
— Ты уверен, что не хочешь ещё поиграть в доброго дядю?
— Нет.
Конрад передал ребенка Роджеру и вернулся в комнату чтобы доесть свой ужин, в то время как тот, фыркнув, забрал ребенка зашел в ванну и хлопнул за собой дверь.
« Во всем есть предел, Роджер, я никогда не буду подтирать за тобой дерьмо, как бы я не любил тебя.»

***

Конрад развлекал сам себя какое-то время, читал документы связанные с работой, но желание уже теплилось внутри него. Ни один сексуальный партнер не доставлял ему такое дикое желание, доставляющее невыносимое удовольствие. Он похож на греческого бога, и он чувствует невероятное удовлетворение подо мной, Если бы он ещё был чуть менее напористый, мы могли бы больше времени проводить вместе.
— Гунтрам спит как бревно,- объявил Роджер, мягко закрывая дверь в спальню.
— Итак, ничего слишком дикого сегодня,- сказал Конрад, убирая бумаги в сторону, глядя на Роджера и оценивая его настроение, кого он сегодня собирался играть: Маленького ягненка? Игривость? Дикого или спокойного? Никто не мог понять Роджера.
— Сегодня без игр обойдемся,- сказал Роджер, снимая галстук.
Роджер встал на цыпочки и обвил руками шею Конрада, целуя его в ухо. Он хорошо знал своего любовника, тот был даже в постели Hochmeister, даже когда был в экстазе, он всё держал под контролем.
В ответ Конрад штурмом захватил губы своего любовника, вовлекая его в глубокий поцелуй. Не прерывая поцелуя, он резко прислонил его лицом к стене, раздвинув его ноги. Расстегнув быстро молнию на брюках, он приложил свой член к Роджеру и укусил его в шею со страстью.
— Не кусай меня, а то у меня будут неприятности с женой,- прошептал Роджер, и Конрад остановился расстроившись, что любовник напомнил ему о своем положении.
Он сорвал с Роджера рубашку, не заботясь о её сохранности и оголил его торс. Стройное, но мужское тело, именно то, что он любил в своем любовнике, он ненавидел женоподобных мужчин, как это было модно в наши дни. Ему нравились мужчины, которые были похожи на мужчин. Если он захочет женщину, он может и так найти и трахнуть её.
Конрад наклонился к Роджеру, который задыхался от удовольствия, и взяв в рот сосок, кружил языком вокруг него, играя чувствительной кожей и слегка посасывая, а другой рукой снимая с него оставшуюся одежду, которую отбросил в сторону. Он опустился перед ним на колени, принимая член своего любовника в рот, ему приятно было слышать стоны Роджера, когда он был в его власти. Он кружил языком вокруг головки, сминая мошонку. Он остановился и посмотрел в глаза Роджеру, которые были замутнены похотью.
— Почему остановился? - проворчал Роджер
— В постель. На четвереньки. Тебе же так нравится, не так ли?
— Как я теперь доберусь до кровати? Надеюсь ты донесешь меня туда?,- сказал Роджер, и извиваясь как змея пополз в спальню.
Толкнув Роджера на кровать, он навис над ним, продолжая целовать его, взяв в руку его член, он стал массировать его, доставляя удовольствие любовнику.
— Давай уже трахаться,- сказал Роджер неровно дыша
— Рано еще, я сделал свою работу, а ты пока нет...
— Хорошо,- сказал разозлившись Роджер, он взял презерватив, разорвал зубами фольгу и надел его на эрегированный член Конрада и взял его в рот,- Я покажу тебе кое-что, чтобы ты научился хоть чему-нибудь,- добавил он игриво.
Конрад закрыл глаза, упиваясь блаженством, которое он всегда получал от орального секса с Роджером. Убаюканный от приятных ощущений, он почувствовал проникновение, которое его любовник пытался сделать пальцем. Он со злостью оттолкнул его, что Роджер свалился с кровати.
— Какого черта? Что ты делаешь?- прорычал Конрад
— Показываю тебе, как хорошо тебе может быть. Просто расслабься и ты увидишь, не будь такой скотиной, Конрад.
— Я не буду делать это.
— Так что, я всегда должен быть снизу для тебя? Всегда сверху будут Линтроффы? Так дело не пойдет! Мы должны быть на равных правах, а не только ты всегда сверху!
— Ты прекрасно знал, что я только сверху. Я всегда ясно давал тебе это понять.
— Да, я забыл, что мы подписали контракт. Я только нижний для тебя, а ты сосешь у меня,- язвительно сказал Роджер,- Я с этим не согласен. Я ухожу домой!,- сказал он в ярости, вскочив, стал собирать свою одежду,- Учись делиться, и возможно когда-нибудь ты найдешь себе партнера! Ты невозможен!
— Роджер, подожди...
— Я устал ждать. Мы вместе уже почти два года, и всё одна и та же история, трахаемся в пятизвездочном отеле, пока твои телохранители играют в карты. И в то же время я еще должен мириться с твоими требованиями в банке! Я устал от всего этого,- ревел Роджер
— Я отношусь к тебе на работе так, как и ко всем сотрудникам,- рассуждал Конрад
— Вот именно! Но ты не ебешь своего секретаря или трейдеров!
— Конечно я этого не делаю. Потому что я люблю тебя.
— Нет, ты меня не любишь. Я просто игрушка для тебя! Я рискую браком и своей должностью из-за тебя! Кто заплатит, если нас обнаружат? Ты? Нет, я буду за всё платить! Я ненавижу тебя за то что ты заставляешь меня делать это!,- крикнул Роджер и попытался ударить Конрада по лицу, но тот поймал его кулак и оттолкнул его, что Роджер отлетел.
— И не пытайся, Роджер, у тебя нет шансов против меня!
— Конечно у меня нет шансов! Я же не тренируюсь с этими убийцами ежедневно! Такими же сумасшедшими как ты!
— Мне полезны эти тренировки,- сказал Конрад, видя что Роджер уже умерил свою браваду,- Иди сюда, Роджер. Я сделал тебе больно?,- сказал ласково Конрад,- Я не хотел. Я сейчас под большим давлением, и ты это знаешь.
Конрад встал с кровати, подошел к Роджеру и прижав его к себе, ласково поцеловал.
— У меня тоже стресс и неприятности, Конрад,- сказал Роджер дрожащим голосом
— Какие у тебя неприятности, котенок? Скажи мне.
— В банке. С новым менеджером по операциям. Наши отношения с ним на пределе. Он говорит что мне нужно больше торговать, чтобы увеличивать комиссионные банку. Я потерял почти две недели из-за покупки этого программного обеспечения, которую ты мне поручил, так что в этом месяце у меня ниже минимального стандарта. Я не хочу получить выговор за это, чтобы мне испортили мой рабочий лист. Я пытался восстановить потерянное время, но это невозможно и нет никакого способа сделать это. Теперь я могу попрощаться со своей премией. Мария-Августа рассчитывала на неё.

Конрад почувствовал злость, когда понял что опять попал в одну из ловушек Роджера. По крайней мере, сейчас он не просит списать долги, одному из друзей его отца.
— Я сожалею о твоих проблемах, Роджер, но я же заплатил тебе комиссионные, и не маленькие, за то дело, которое ты сделал для меня.
— Я потерял двух клиентов из-за этого дела, из-за тебя и твоих ботаников! И я добился значительного снижения цены!
— Хорошо, я заплачу тебе компенсацию. На сколько крупные были эти два клиента?
— Около 12 миллионов немецких марок! Теперь они предпочли другого продавца!
— Что если я увеличу твою позицию на 15 миллионов немецких марок? Этого будет достаточно для тебя?,- сказал Конрад, подчеркнув слово «достаточно»,- Торгуй с ними сколько угодно, но не теряй их.
— Это было бы прекрасно! Спасибо!,- сказал Роджер и поцеловал Конрада, уже в уме подсчитывая, сколько из тех денег он перекинет на свои счета. «Старый трюк в торговом деле, использовать капитал клиента в свою пользу.»
Роджер взял его за руку и потащил обратно в кровать.
— Давай не будем тратить чудную ночь, и не будем больше спорить. Если ты любишь сверху, будь по твоему.
— Ты сводишь меня с ума, Роджер!
— Это потому что я люблю тебя, а ты любишь меня!
— В самом деле? Ты уже любишь меня?
— Да. С кем бы я ни трахался на стороне, но всегда возвращаюсь к тебе. С тобой никто не может сравниться.
« Или с моими деньгами,- подумал Конрад. Если бы он был правдив со мной, я был бы самым счастливым человеком на земле, но это все было ложью.»

— Как насчет второго раунда?- спросил Роджер, рисуя пальцем на груди Конрада, через пол часа после того как они кончили вместе.
— Да хоть на третий, если хочешь,- «вот что я люблю больше всего в нем, ему всегда бывает недостаточно секса»
— Господи, ты так трахаешься, что я уже хочу третий,- сказал задыхаясь Роджер,- Я хочу тебе кое-что сказать, только не злись, и не веди себя как ребенок. Знаешь, я думаю тебе нужно жениться в ближайшее время. Тебе уже 25 лет. Я тоже женился в этом возрасте. Почему бы тебе не жениться на кузине Марии-Августы? Она более менее симпатичная и добрая. Она не создаст тебе проблем, нарожает тебе детей и будет о них заботиться. Посоветуйся с Принцем по этому вопросу.
— Я не собираюсь жениться на женщине,- проворчал Конрад,- Тем более не соглашусь на брак по договоренности. Посмотри на моего отца. Его жизнь была адом, только потому что он женился на принцессе по приказу. И я тот, кто заплатил за ненависть моей матери к моему отцу. Женщины коварные, расчетливые и мстительные существа. Хороши лишь для того, чтобы трахать их. Мне придется сделать детей с одной из них, но я ни с одной из них не буду делить свою жизнь. Я только сделаю ребенка и всё.
— Не надо так расстраиваться, Конрад. Я только предлагаю лучший вариант. Она не встанет между нами. Марию-Августу не волнует ничего, лишь бы я был дома в восемь часов и заботился о нашей дочери. Её кузина хорошая, благочестивая женщина.
— Ты предлагаешь мне жениться на монахине?
— Ну твоя жена не может быть сумасшедшей шлюхой.
— Я не намерен жениться. И запомни это.
— Тебе же нужны наследники? Даже у моего брата есть наследник. А тебе с твоим статусом тем более нужен наследник. Эта женщина не будет нам мешать, мы будем любить друг друга как прежде.
— Нет. Это окончательный ответ, Роджер.
« Я должен убедить его жениться на этой корове из Хильдегарда,- подумал Роджер,- Если я сделаю это, я добьюсь чтобы он назвал меня Консортом без проблем и подозрений, а потом...»

Конрад проснулся не понимая, что потревожило его сон. Сел на кровати и увидел, что Роджер глубоко спит. Он потряс его за плечо.
— Я думаю, ребенок проснулся.
— Правило номер один, кто первым услышал ребенка, тот к нему и идет,- сказал Роджер, повернулся и продолжая спать.
Конрад встал, одел халат и вышел в гостиную, подошел к спальне где спал ребенок, прислушался, ожидая что ребенок плачет, но Гунтрам только ворковал счастливо в своей корзине.
— Ты проснулся в такой ранний час?- спросил Конрад ласково,- Один в темноте и не кричишь? Храбрый маленький человечек!,- он взял ребенка на руки и пошел к Роджеру за советом.
— Я думаю он голоден. Он не плачет, но он не ел уже почти 5 часов,- объяснил Конрад ситуацию
— Он орет?
— Нет. Он смеется и агукает.
— Тогда он не голоден. Дети орут как сумасшедшие, когда они голодные.
— Его нужно накормить!- нажал Конрад
— Хорошо, тогда приготовь ему бутылку.
— Я понятия не имею как это делать.
— Разве не ты мне сказал что хочешь быть отцом-одиночкой? Вот и практикуйся. Налей в чистую бутылочку 150 мл. горячей воды, 5 столовых ложек детского питания, взболтай его хорошо, остуди и дай ему.
— И это всё?
— Можешь поменять ему подгузник, если хочешь.
— Нет, спасибо,- сказал Конрад и вышел из комнаты с ребенком на руках,- В следующий раз, Гунтрам, я возьму с собой няню.
Придерживая ребенка в руках чтобы не уронить, Конрад подготовил ему бутылку со смесью, под пристальным взглядом голубеньких глазок.
— Я банкир, а не нянька, Гунтрам, так что это лучшее что я могу сделать для тебя, малыш.
После того как Конрад накормил ребенка, тот улыбнулся и устремил свой взгляд на Конрада, который улыбнулся ему в ответ.
— Ты не плачешь, как многие дети, не так ли? Если у меня когда-нибудь будет ребенок, я хотел бы чтобы он был таким как ты. Твой отец наверное очень гордится тобой. Кого я обманываю? Если у меня когда-нибудь будет сын, он будет такой же как я. Он никогда не будет мирным и уравновешенным, как ты. По сравнению со своим дядей Роджером, ты очень милый и чистый человечек. Никогда не меняйся, хорошо? Настало время вернуться в твою кроватку, а мне посмотреть некоторые документы.

***

Роджер был в блаженстве и удивлен тем, что Конрад разбудил его на третий раунд и с удовольствием отвечал на его поцелуи. Внезапно Конрад отодвинул его и сел на кровати.
— Если тебе не понравилось, так и скажи,- разозлился Роджер.
— Спокойно! Мне показалось что я услышал ребенка!
— Разве ты не дал ему бутылку?
— Дал, но может быть что-то случилось с ним? Может быть он заболел?
— Дети могут плакать без причины. Оставь его. Я его не слышу.
— Знаешь, в нем что-то есть. И он не плакса!
— Хорошо, тогда можешь провести остаток ночи в его комнате. Вы мне оба надоели.
— Очень хорошо, Роджер. Я с удовольствием лучше пойду к нему,- он встал, собрал свою одежду и вышел из комнаты.

Выйдя в гостиную он пошел проверить ребенка, все ли с ним в порядке. Заглянув к ребенку в спальню, он увидел что тот распинал ножками одеяльце и дрожит от холода. «Пятизвездочный отель называется, даже обогревателя нет» Он накрыл мальчика одеяльцем и услышал недовольные звуки, которые издавал младенец.
— Я только недавно давал тебе бутылку, и ты не пахнешь. Пожалуйста, не говори мне что дело в подгузнике, я не смогу поменять его. Но раз ты так сучишь ножками, значит дело в нем. Нет, я не могу, я не готов быть отцом.
— Роджер! - крикнул он,- Иди сюда срочно, дядя ты или нет?
— Чего ещё? - спросил Роджер, даже не обеспокоившись, что ребенок может быть болен.
— Подгузник полный. Поменяй его.
— И это всё?
— Он твой родственник! Исполняй свои обязанности!- суровое выражение глаз Конрада не предвещало ничего хорошего.
— Ты говоришь как Гриффин!- хмыкнул Роджер
— Если ты еще раз, когда-нибудь используешь свой тон в отношении меня, ты сполна ощутишь как говорит Гриффин,- сказал тихо Конрад,- А теперь исполняй ответственность по отношению к своему роду и своей семьи!
— Хорошо! - крикнул Роджер, схватил ребенка и вылетел со злостью из комнаты.
Через несколько минут Роджер вернулся в гостиную, после того как уложил малыша и увидел Конрада, который сидел на диване и читал свои бумаги.
— Возвращайся в постель, Роджер,- сказал Конрад не отрывая взгляда от документов, и Роджер ушел чтобы не нарываться на неприятности.
Услышав агуканья Гунтрама, Конрад отложил бумаги и пошел к нему в комнату, чтобы проверить что с ним.
— Ты не спишь и не даешь мне думать, малыш,- он улыбнулся, видя обожаемый взгляд,- Вот, возьми кольцо и игрушку.
Немного подумав, Конрад взял корзину с ребенком, принес её в гостиную и поставил на диван рядом с собой. Ребенок увлеченно разглядывал игрушку, а Конрад читал спокойно свои документы, поглядывая в корзину время от времени, пока на горизонте не взошло солнце.

***

Роджер был немного зол на своего возлюбленного, который как обычно встал в 5 часов утра, чтобы работать и не проявлял к нему никакого интереса. Подумал что нужно позвонить домой и прослушать автоответчик, может быть Мария-Августа звонила и ей что-нибудь нужно. Он нахмурился, когда автоответчик сообщил ему, что жена звонила вчера вечером, и что её мать хочет видеть его в Вене, поскольку у её матери годовщина свадьбы.
« Кровавая ведьма! Но если я не поеду, она целый год будет гнобить меня.» Роджер набрал номер Аир Франсе и забронировал себе билет на 11-45, понимая что Жером прилетит из Женевы только в 12-30, и ребенка не с кем оставить. « « Ну, Конрад, вот и побудешь отцом на час. Не ты ли хотел ребенка? Да и он лучше за ребенком смотрит и беспокоится о нем, по сравнению со всеми родственниками у них в доме.»

Роджер быстро встал с кровати, понимая что ему придется ещё заехать домой, переодеться. Оделся и вышел в гостиную. Конрад увлеченно читал документы, а ребенок лежал на ковре, довольный и счастливый что его достали из корзины и что-то лепетал играя с игрушкой. Было уже 8-35 утра.
— Мне надо сейчас срочно уйти.
— Отлично. Мне тоже нужно лететь во Франкфурт.
— Почему ребенок на полу?
— Я его освободил из этой корзины. Мы с ним уже позавтракали. И он очень хорошо катается и быстро передвигается на ковре. Он скоро начнет ползать,- сказал Конрад не отрываясь от документов,- Они что, думают что я идиот? Что Линдберг себе думает? Нет, он не думает, он меня предает! В понедельник вышвырну из банка его и его друзей!
— Ты собираешься застрелить своего генерального директора?
— Он не мой. Мой отец назначил его. У него было два года, чтобы доказать свою верность мне. Он меня грабит. Люди ошибочно думают, что раз я молод, значит глуп.
— Конрад, ты не можешь уволить его. Он был с вами на протяжении 15 лет.
— Еще как смогу. Тем более у него было достаточно времени чтобы научиться правильно работать. Я его вышвырну. И пока я жив он и близко к банку не подойдет!- сказал Конрад, холодно смотря на Роджера, такого холодного взгляда Роджер еще не видел, и он испугался,- Моё доверие уменьшается с каждым днем, Роджер!
— Мне нужно попросить тебя об услуге,- сглотнул Роджер, Конрад только посмотрел на него, но ничего не сказал,- Я должен сейчас улететь в Вену. Мария Августа звонила и сказала что её мама хочет меня видеть. Мой рейс в 11-45 утра.
— Ну иди тогда. Я сейчас поеду в аэропорт и улечу во Франкфурт.
— Жером прилетает в 12-30. Сможешь ли ты позаботиться о Гунтраме это время? У меня нет никого, кого я мог бы попросить об этом.
— Я не квалифицирован, чтобы ухаживать за маленькими детьми.
— Пожалуйста, Конрад, мне не кого просить. И Гунтрам знает тебя. И по-моему он уже тебя любит. Я не хочу оставлять ребенка в ВИП салоне до приезда Жерома.
— Он твой племянник, а не мой. Это слишком большая ответственность для меня.
— Конрад, ты охраняешь чужие деньги! А это всего на несколько часов до возвращения Жерома! Он будет очень благодарен тебе! Ну он отработает дополнительное время. Он же тоже на тебя фактически работает. Пожалуйста, Конрад, ты очень нравишься Гунтраму, он даже ни разу не заплакал,- взмолился Роджер,- Я ненавижу тебя просить, но у меня нет другого выбора!
— Я ничего не знаю о детях,- сказал Конрад сдаваясь
— Ты сказочно обращался с ним, как никто другой. Я поменяю ему перед уходом подгузник.
— Что я скажу твоему брату? Что ты пришел ко мне в Нью-Йоркский офис и оставил там ребенка?
— Конрад, Жером знает о нас и он никогда не скажет ни слова ни Паскалю, ни моему отцу. Он самый сдержанный человек в мире и очень скрытный. Черт возьми! Он бросал камни в полицию в 1968 году! Он женился на художнице и жил на Монмартре! И для нас с тобой не плохо бы иметь хоть одного союзника. Ему ничего не стоит убедить моего отца!
— Ни в коем случае, Роджер! Твой отец не должен о нас ничего знать!

***

Молчаливый телохранитель Стефан Павичевич не ожидал увидеть молодого Герцога с детской люлькой в руках. Не смотря на это, Герцог шел как Король через роскошный холл к выходу. Павичевич толкнул локтем своего товарища и оба мужчины пошли к выходу.
— Вы знаете что-нибудь о младенцах, Павичевич?,- спросил Конрад, прежде чем они задали ему вопрос, откуда взялся младенец.
— У меня есть два сына, мой Гриффин. Горан и Павел.
— Отлично. Тогда возьмите ребенка,- сказал Конрад и отдал ему люльку с невозмутимым лицом,- Сейчас мы едем в аэропорт,- добавил он садясь в лимузин припаркованный перед входом в отель.

Павичевич стоял с люлькой в руках и смотрел как кроха спит в корзине. «Милый малыш, будь спокоен, пожалуйста.»
Он оправился от шока и пошел к машине, думая куда же ему поставить люльку. В багажник нельзя, на переднее сидение- опасно. Он открыл заднюю пассажирскую дверь и сказал:
— Простите, мой Гриффин, но у меня нет места, куда я мог бы поставить корзину. Разрешите мне поставить её здесь?
— Хорошо, поставьте ее здесь, - сказал Конрад не глядя на него, и продолжая рыться в портфеле,- Возьмите мне билет до Франкфурта, когда мы приедем в аэропорт. Вы будете сопровождать меня. И свяжитесь с Summus Marescalus, чтобы он прибыл во Франкфурт сегодня вечером.
— Хорошо, сэр,- сказал Павичевич устанавливая корзину на сидение с большой осторожностью, а потом пошел на свое место рядом с водителем. «Чей это ребенок? Может это наследник? Почему он захотел видеть моего брата вечером?» Его ум был в смятении, и он готов был ущипнуть себя, лишь бы не смотреть в зеркало заднего вида на Герцога.
Почувствовав на себе любопытные взгляды телохранителей, Конрад решил закрыть разделительное тонированное окно, чтобы остаться одному, и только потом посмотрел на спящего малыша.
— Ты очень спокойный малыш. Ты точно принадлежишь роду Гуттенберг Саксен. Как говорил мой отец, они очень симпатичные и безобидные люди. Хорошая семья, где можно найти себе жену. Но у них вроде нет подходящей невесты на выданье. Есть ли у тебя тетка, о которой я не в курсе, а Гунтрам?
Он посмотрел в окно на пейзаж и понял что Роджер вероятно прямо сейчас садится в самолет в Вену.

« Я не могу отпустить его. Он как эгоистичный ребенок, но он хороший человек. Если бы он был смелее и сделал правильный выбор, у нас не было бы проблем,- подумал Конрад и вздохнул,- Мы любим друг друга, так почему же все так сложно? Я не первый его любовник, но он продолжает всем говорить что предпочитает женщин. Чего он так боится? Отца? Скандальный развод? Никто не посмел бы пойти против меня. А я смог бы защитить его, от его же семьи. За последние два года Ловенштайны получили больше денег, чем когда-либо прежде. И я стал на много сильнее и богаче, чем в то время когда был жив мой отец, и я могу дать бой любому, кто посмеет выступить против меня. Я здесь, чтобы остаться! Каждый имеет свою цену, его семья только должна назвать её.»

— Всегда говори что думаешь людям, которым ты доверяешь, малыш. У тебя не будет столько головной боли в будущем,- сказал Конрад спящему ребенку.
Автомобиль остановился на стоянке аэропорта и один из телохранителей из второй машины, побежал, чтобы открыть дверь Конраду. Он вышел из машины, а один из его людей взял ребенка и последовал за ним в большой зал. Конрад подошел к стойке, где Павичевич, покупал билеты.
— Сэр, я должен купить билет для ребенка?
— Нет, его отец заберет его в 12-30, из ВИП зала. Скажите одному из мужчин, чтобы встретил его в зале прилета. Он должен прилететь из Женевы. Его имя де Лиль,- сказал Конрад холодно и Павичевич ещё больше запутался.
В ВИП салоне стюардесса была очарована ребенком.
— Я ожидаю его отца, Жерома де Лиль.
— Хорошо, сэр. Приготовить бутылочку для него?
— Возможно, через пол часа,- сказал Конрад и пошел в дальний конец салона чтобы остаться одному, а Павичевич потрусил за ним неся ребенка.

***
— Вы господин де Лиль?- спросил рейфен вежливо человека спешащего к выходу.
— Да, это я,- сказал человек среднего роста, который осмотрел телохранителя с головы до ног.
Де Лиль элегантно выглядел, у него были поразительно зеленые, гипнотические глаза. Он был одет в темный, деловой костюм с черным галстуком, и на лацкане пиджака у него был маленький, золотой амбразурный крест, который говорил о том что он был членом одной из старейших семей.
— Герцог фон Вишток просит вас пройти со мной в ВИП салон. Ваш сын у него.
Жером де Лиль очень хорошо спрятал свое удивление и только ответил:
— Хорошо, я последую за вами,- сказал Жером.
« Я убью Роджера за то что отдал моего сына Линтроффу,- подумал Жером в ярости. Это он заставил меня лететь в Женеву чтобы исправлять то что он накосячил, а потом просто отдал Гунтрама в руки Линтроффу! Он должен был позаботиться о моем ребенке всего одну ночь! Как можно быть настолько безответственным?! Если он взял ребенка на одно из своих приключений, я убью его!»

Адвокат вошел в большой салон и нашел взглядом Линтроффа, который стоял в дальнем углу с Гунтрамом на руках, показывая ему самолеты через большое окно. Как ни странно ребенок был счастлив у него на руках.
— Добрый день, мой Гриффин. Меня зовут Жером де Лиль.,- сказал Жером. «Странно. Роджер говорил что он питает отвращение к Линтроффу до рвоты, когда он по принуждению находится в его постели. И тем не менее Линтрофф вроде хорошо относился к ребенку. Странно.»
— Вы должно быть очень гордитесь своим сыном, господин де Лиль. Он замечательный и смелый мальчик,- сказал серьезно Конрад, но не сделал и шага по направлению к нему, чтобы отдать ребенка, который заплакал от счастья увидев отца.
— Да, я горжусь своим сыном, сэр. И я благодарю вас за помощь и прошу прощение за беспокойство и неудобства, которые доставил вам мой сын. Я думал что мой младший брат присмотрит за ним.
— Он должен был срочно вылететь в Вену, по семейным делам. Гунтрам только что выпил бутылочку своей еды. Я сожалею о вашей потере, г-н де Лиль, ваша жена должно быть была замечательной женщиной, родив для вас такого изумительного ребенка.
— Благодарю, вас, сэр.
— У Гунтрама очень хороший характер и он хорошо воспитан.
— Благодарю вас, сэр. Прощайте.
— Не хотите пообедать со мной?
— Нет, сир. На этом наши пути расходятся.,- сказал жестко Жером,- Нам предстоит долгий путь в Ллиль, и мне нужно срочно ехать.
— Я понимаю,- сказал Конрад раздражаясь от такого отторжения,- Между мной и вашим братом особая дружба, и он сказал мне что вы знаете об этом.
— Я знаю об этом. Но как я сказал и ему, я предпочитаю не касаться его дел.
— Я понимаю. Вы не одобряете его?
— Я свободомыслящий человек, месье, я не могу судить вас или своего брата. Наш Господь не осудит вас из-за выбора вашего партнера. Он проповедовал любовь и терпимость к нашим братьям. Если бы мой брат был свободным человеком, я бы ничего не имел против. Но он женат. Он принял таинство брака, и вы пятнаете его. Вы не можете защищать нашу Мать Церковь, если вы пренебрегаете его таинствами. Если в вас есть порядочность, уважайте ваши обеты как наш Hochmeister. Найдите себе другого человека и подарите ему свои чувства.,- очень серьёзно сказал Жером,- Пойдем, Гунтрам, мы уходим.,- сказал Жером,- забрал сумку с люлькой и пошел на выход.

Конрад стоял и смотрел на уходящего Жерома с ребенком, и продолжал стоять уже после того как они ушли. Он сел на диван и надолго задумался о словах сказанных Жеромом, которые прозвучали как предзнаменование его будущего.
**************************************
Инрушка Гунтрама «Мишка Жак.» 3.bp.blogspot.com/-zH284ySqEMI/Ted3C0P47KI/AAAA...
_**************************************************************************

Конец 9 главы. «Ночь, которую запомнишь.»

18:53 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
2книга. 6часть. глава 10
21 декабря 2010
Цюрих.

**************************************

— Я до сих пор не знаю, хорошая ли эта идея, Эберхард,- Фридрих мрачно созерцал трехметровую елку установленную в центре бального зала.
— Может быть нам постелить ковер рядом с ней,- сказал Эберхард, делая вид что он не услышал старика,- Дети обычно сидят на полу чтобы открыть подарки.
— Рисунок паркета будет не виден.
— Наоборот паркет будет защищен от крошек пищи. Это же не ламинат?,- спросил он с ухмылкой
— Конечно нет!
— Жирные пятна от торта невозможно будет удалить с дерева. Я это прекрасно знаю. У нас в замке были свадьбы каждую неделю, мы сдаем в аренду большую залу. Моему деду пришлось поменять пол на ламинат. Это было трудное решение для него.
— Я его прекрасно понимаю. Я скажу Дитеру позаботится об этом.
— Отлично! Ребята так радуются, они пригласили целый класс на Рождество!
— Простите, мне нужно проверить кое-что на кухне,- сказал Фридрих мрачнее тучи.
Молодой учитель посмотрел на часы и увидел, что пришло время забирать детей из школы. Завтра, в 4 часа, в замок ожидается вторжение гунов, Клаус и Карл будут заняты с ними до ужина. На следующий день пребывают другие братья Линтроффы, и останутся здесь до Нового года. Надо будет развлекать их. Что делать с Конрадом? Он подавлен и закрылся в своем кабинете с самого завтрака. Может мне пойти и уговорить его украсить этого трехметрового монстра?

***

С большим усилием, Эберхарду удалось заставить детей почистить налипшую грязь с обуви, чтобы они не наследили в коридоре. Взяв их за руки, улыбнувшись он повел их показывать елку.
— Осторожно, не свалите елку, должны постелить ковер, чтобы вы не падали на паркете.
— Гунтрам разрешал нам украшать нижнюю часть елки,- взволновано сказал Клаус.
— Ну, вы тоже можете украсить низ елки, а верхнюю часть будут украшать профессионалы.
— А можно мы тоже на лестницу залезем?
— Нет, эта лестница установлена здесь чтобы украсить верх елки. Падение с такой высоты не убьет вас, но может испортить вам каникулы, если вы сломаете себе руку или ногу. Это понятно?
— Да, Эберхард,- кивнули оба мальчика, невинно глядя на Эберхарда.
— Обещайте мне, что будете вести себя хорошо, что будет всё в порядке и не будет никаких проблем.
— Вообще никаких проблем- пообещал старший брат
— А как насчет несчастных случаев?,- спросил Карл
— Давайте обойдемся без несчастных случаев,- сказал Эберхард,- предупреждающе глядя на близнецов.
Они побежали к большому дереву, остановились в нескольких шагах, с восхищением глядя на елку.
— Вам ещё надо подписать карточки к подаркам для ваших одноклассников, которые завтра сюда придут. Так что, господа, у вас еще есть работа,- сказал Эберхард и дети застонали в отчаянии.,- Карточки на столе, вы должны подписать каждую из них. А я пойду посмотрю, свободен ли ваш отец, чтобы он помог вам украшать елку.

***

— Свободен ли, его превосходительство, Дитер?,- спросил Эберхард дворецкого, стоящего на страже у дверей библиотеки.
— Адвокат из Аргентины прибыл сегодня утром. Они разговаривают там, почти два часа, господин Павичевич тоже там.
— Я понял. Не могли бы вы сказать мне, когда он освободится? Я в зале, с князьями.

***

Конрад смотрел на адвоката, который сидел рядом с Гораном и рассказывал что дело было окончательно закрыто и никаких официальных обвинений не было выдвинуто против кого-либо.
««Результаты судебной экспертизы, датированные от декабря 2009 года, спустя год аргентинское правительство любезно отправило мне копию»»,- подумал мрачно Конрад,


Педро прилетел из Монтевидео, где он жил все время после покушения.
— Доктор Верон очень болен и не смог приехать, чтобы посетить семью Хольгерсен, и он попросил чтобы это сделал я от его имени. Я так же при вез свидетельства о смерти выданных на Джона Эмерих и Питера Боулза их вдовам.
— Семьи хотели бы получить их останки, доктор Ланусси,- сказал Горан.
— Боюсь что это невозможно, сэр. Биологические образцы...были потеряны,- сказал он нервно сглотнув
— В каком смысле, потеряны? Я не думаю что ФБР были настолько неосторожны, чтобы потерять образцы.
— ФБР вернули всё, сэр. Проблема была в аэропорту. Пакеты в которых были образцы были похищены оттуда.
— Как это могло произойти?
— Доктор Верон сообщил мне, что возникла внутренняя проблема между двумя фракциями профсоюзов обслуживающих грузы, и многие вещи были утеряны во время боя, они их выбросили на городскую свалку.
— Вы хотите сказать, что останки мистера Хольгерсена выбросили на свалку?
— Да, к сожалению это так, сэр. Но хорошей новостью является то что останков Гунтрама и Ларсена там не было.
— И от этого я должен чувствовать себя лучше? Что тело Гунтрама не валяется на свалке?
— Мой Герцог, пожалуйста, доктор Ланусси на нашей стороне, он спас вашу жизнь. И это не его вина что так произошло,- сказал Горан.
— Мне очень жаль, мой Герцог, что я привез вам плохие новости, и мне очень стыдно, за выходки чиновников в моей стране. Я уверяю вас, что я и доктор Верон будем продолжать бороться пока не получим результаты. Новый судья хочет продолжить слушание дела с моим участием в феврале после праздников...
— Вам не нужно возвращаться в Аргентину, оставьте все это, все равно это бесполезно,- сказал спокойно Конрад и Пердо уставился на него.
— Это новый судья и он не был связан с Мартинесом Эстрада. Он из наших людей, и возможно дело примет новый оборот.
— Это уловка, чтобы заставить вас вернуться в Аргентину. То что украли останки, было сообщением для нас,- объяснил ему Горан,- Они убьют вас.
— Я не думаю что...
— Доктор Ланусси, сколько похищенных жертв вы знаете, которые прожили более двух лет?,- спросил Конрад
— Была такая австрийская девушка... Я не могу поверить что Гунтрам умер...
— Я тоже не могу. Но рисковать своей жизнью или доктора Верона, глупо. Мы будем продолжать поиск, но с частными детективами.
— Я...
— У меня не было возможности поблагодарить вас за помощь в Буэнос-Айресе, доктор Ланусси...
— Не стоит, сэр, Гунтрам был мне как друг,- прошептал адвокат, не в силах поверить что Герцог сдался так легко,- Всё изменится после выборов, левые теряют силу и думаю мы добьемся правды.
— Может быть вы рассмотрите возможность работать в нашей юридической команде, в Цюрихе? Мы можем подобрать место для вас, доктор Lanusse.
— Я не смогу жить вдали от своей земли, сэр,- ответил он с улыбкой,- Мы фермеры в шестом поколении.
— Вы прекрасно понимаете, что сейчас вам нельзя туда возвращаться,- вмешался Горан,- Вы знаете что произошло с Герцогом по дороге в аэропорт и в самом аэропорту. Только благодаря вашим предупреждениям он спас свою жизнь. Такого рода военные действия могли произойти только при поддержке высоких инстанций в стране. Теперь представьте что они сделают с вами.
— Я...
— Почему бы вам не остаться на празднование Рождества с нами? Думаю посещать Хольдерсена в такие дни не стоит. Я сам буду сопровождать вас после Дня Богоявления,- сказал Конрад,- Альрик Валенберг, близкий друг моей семьи и его внук работал у меня с 26 лет. Я обязан им.
— Вы правы, но я не хочу мешать вам. Я попутешествую по Европе пока.
— Бред какой-то. Завтра здесь соберется более 30 детей одноклассников моих сыновей, и дети моих двоюродных братьев Альберта и Армина, все соберутся на семейный рождественский обед, оставайтесь с нами, пожалуйста, встретите с детьми Гунтрама Рождество.
— Я никогда не бывал на семейных обедах. ««Мои родственники общались со мной только потому что 60% полей принадлежит мне. Никто даже рядом не хотел сидеть с гей-дядей. С другой стороны, я слишком стар и устал чтобы идти на рождественскую вечеринку.»»
— Фердинанд фон Кляйст будет крестить свою дочку 28 декабря. Он так же очень благодарен вам, сэр.
— Для меня будет честью принять ваше приглашение,- сказал Ланусси. ««По крайней мере они не будут смотреть на меня как на извращенца, как делали в моей семье, и не будут прятать от меня своих детей.»»
— Очень хорошо, я очень рад. Дитер покажет вам вашу комнату,- сказал Конрад с искренней улыбкой,- Нельзя встречать Рождество в одинокой комнате отеля.

***

Как только они остались одни Горан посмотрел на Конрада, который растеряно листал страницы толстого тома с переводами о важных выводах следствия.
— Они конечно любят писать бумаги в Латинской Америке.
— Как и все юристы,- сказал Горан
— Я не представляю как сообщить эту новость семье Хольдерсена, Хейндрик не заслужил это.
— Он был храбрым солдатом и погиб в бою. Мы будем помнить его. Штраус отдал им останки, у них будет не пустая могила. Может быть вообще не сообщать им чтобы не причинять боль?
— У нас есть время, чтобы подумать об этом.
— Планируете ли вы включить его в команду юристов расследующих свидетельства Лакруа?
— Нет, все эти юристы члены Ордена, а Ланусси принадлежит к Опус Дэй. Они не похожи на нас, и вы знаете мнение Патера Бруно, как только они узнают о наших ресурсах, мы не избавимся от них.
— Я не думая что Ланусси может предать нас.
— Я тоже так не думаю, но это не для него. Должность в юридическом офисе будет идеальной для него. Он сделал много хорошего для нас. Он хороший человек и может служить нам не будучи частью Ордена,- Конрад закончил разговор, но Горан не двигался с места,- Есть что-то ещё?
— Я до сих пор не понимаю его преданность делу Гунтрама
— Они ходили в одну школу,- сказал Конрад смущенно
— Между ними разница в 15 лет, сир.
— Я думаю что Ланусси влюбился в Гунтрама, но ему не повезло.
— Я понимаю...
— Это проблема для вас?
— Нет, почему,- ответил Горан невинно,- Я не заинтересован в адвокатах или фермерах
— Горан, мы работаем вместе с 1989 года, мой друг, вы что-то не договариваете.
— Я? Нет. Я просто смотрю как всё изменилось за последние годы. Десять лет назад, такой паршивец как Мартиарена был занозой в боку, а теперь мы рассматриваем вопрос чтобы представить его к ордену. Мирко любит его и очень хорошо о нем отзывается. Когда мы были в Венесуэле, он показал себя с исключительной стороны, грамотным, бесстрашным. Когда нибудь он станет хорошим лидером. И моим людям нравится его подход к делу. Его любят и ценят.
— Да, он отвечает нашим требованиям, Горан, но вы не это хотели сказать...говорите.
— Хорошо. С кем вы собираетесь посадить адвоката за столом завтра?
— Я не знаю, спросите Фридриха,- сказал в шоке Конрад,- Может быть вы хотите сесть рядом с ним?,- спросил он с улыбкой
— Я? Нет, я уйду домой,- сказал Горан краснея,- Посадите его рядом с учителем, может быть нам повезет и мы убьем одним выстрелом двух зайцев?
— Рядом с Эберхардом? ,- спросил шокированный Конрад
— Учитель похож на Гунтрама и ему нравятся скучные брюнеты. Идеальная пара. Я устал менять ему телохранителей. Ему нужно иметь кого-то постоянного. На прошлой неделе Ратко заявил что не будет больше ходить с ним по гей-клубам, он женатый человек и я его понимаю.
— Ты хочешь устроить здесь брачное агентство?- пошутил Конрад, - Тебе Ланусси не жалко?
— Я достаточно насмотрелся на вас в 90-е годы, мой Гриффин. Адвокат и учитель могли быть хорошей парой. Ланусси может жить в Цюрихе и держать его за руку, рисуя свои документы. Оба любят сельскую местность. У него больше коров, чем Гуттенбенг Саксены могли бы рассчитывать. Я так понимаю никакого наследства Эберхарду не светит?
— Не забывай еще про поля пшеницы и стада овец на юге. Несколько миллионов долларов в кармане. Он имеет юридическую практику как хобби. Действительно получилась бы не плохая пара, но у Эберхарда есть одна дурная привычка, у него ни на минуту не закрывается рот, он заговорит его до смерти,- ухмыльнулся Конрад,- Эберхард почти ничего не унаследует от своего деда, а от отца тем более, максимум на что он может рассчитывать, это стать менеджером отеля. Думаю Барон не будет против их отношений и Эберхард некоторое время будет под моим руководством.

***

- Знакомьтесь, это воспитатель Эберхард Гуттенберг Саксен,- сказал Конрад, и молодой человек протянул руку потрясенному и онемевшему человеку,- доктор Ланусси работал с нами в Аргентине,- добавил Конрад пытаясь нарушить молчание.
— Я благодарен за вашу помощь в деле моего кузена,- Эберхард пожал крепче руку, чтобы вывести адвоката из ступора
— Кузен?- заикаясь сказал Педро
— Двоюродный кузен, по отцовской линии,- сказал Эберхард
— У Гунтрама же не было семьи?
— Мы встретились только в 2009 году, он никогда не знал что Гуттенберг Саксен разыскивали его после смерти отца. Его бывший наставник никогда не писал нам и мы не знали где он был всё это время. Наша земля находится в Вюрцбурге и он приезжал к нам летом,- Эберхард застенчиво улыбнулся, точно так же как это делал Гунтрам.
— Сходство невероятное, но вы немного выше ростом,- сказал Педро,- Я имею в виду, в последний раз я видел его, когда ему было 19 лет, может быть он вырос за это время.
— Да, я выше, старше, блондин, немец и писатель,- ответил Эберхард более энергично чем положено, ему надоело, что его постоянно сравнивают с Гунтрамом и ждут что он будет вести себя так же как он.
— Пойдемте обедать?- предложил Конрад, посмотрев на обоих: ««Нет химии вообще. Горан был не прав.»»

***

Атмосфера в столовой была гнетущей и напомнило Педро дни, когда он посещал своего деда, он должен был сидеть прямо и отвечать только на заданные лично ему вопросы, и от этого он еще больше чувствовал себя неуютно.
««Сходство молодого немца с Гунтрамом было тревожным, хотя беспрерывный разговор и манеры резко отличали его от Гунтрама, застенчивого мальчика, с умеренной речью. Гунтрам всегда был тихий, внимательно слушал вас, задавая правильные вопросы, в его обществе всегда было комфортно. А Эберхард хуже чем радио.»»


- У вас есть коровы?- спросил Эберхард, нарушив тишину за столом, он никак не мог вовлечь гостя в разговор, иностранец отвечал двумя или тремя односложными ответами, по-моему это самый скучный человек на земле. Горячие брюнеты не такие уж горячие, как оказалось. Последний шанс:
— Несколько,- беззаботно сказал Педро
— А у нас двенадцать. Дома, в Шароле.
— Да?
— Мы держим их только в образовательных целях, когда дети посещают с экскурсией замок. А у вас есть какие-нибудь земли в Аргентине?
— Да, у моей семьи есть земли в Энтре-Риос, и ещё есть земли в Санта Фе. Я управляю землями в Энтре-Риос и Санта-Крус. Мой брат Хуан-Хосе, контролирует недвижимость в Санта Фе,- сказал Педро и вернулся к ужину.

««Это очень похоже на потопление Бисмарка,- подумал Конрад,- Такое впечатление, что у него не кровь в жилах. Я уверен что ему понравился Эберхард. Я заметил какие взгляды он бросает на него»»,- Конрад откашлялся, прежде чем сказать:
— Я никогда не был в Междуречье, но я видел фотографии просторов той земли. Закаты там потрясающие.
— Ах, да...

««Эберхард потерял всякий интерес к нему. Попробуем другой подход»»,- подумал Конрад
— Я так понимаю ваша семья была связана с историей вашей страны?,- еще раз попытался Конрад
— Мой дед был президентом страны, как раз перед возвращением партии Перонистов. Он был в военной хунте, которая позволила Перону вернуться в Аргентину. Они стояли перед выбором, гражданская война или полная международная изоляция.
— Я видел Перона в 70-х, у нас был краткий визит к нему. Мой отец восхищался его способностью контролировать так много различных фракций внутри своей партии,- любезно сказал Конрад.
— Жаль что мы не сделали как Франко в Испании,- ответил Педро возбужденно,- Вы уже видели «молодых идеалистов» в работе, сир. Монтонерос- продолжатели Перона, и они продолжают убивать.

— Все ещё может изменится,- прошептал Эберхард, пытаясь успокоить адвоката, не понимая почему он так раскипишился.
— Вы так думаете? Я не уверен, Эберхард. Собственный наставник Гунтрама продал его ФАРК, чтобы получить деньги с Герцога. Ваш кузен никогда и никому не делал ничего плохого, он был добрейшим существом, которое когда-либо я встречал, и его убили те же самые люди, которые должны были защищать его. Этот случай имел политический аспект с самого начала. Гунтраму не было ещё восемнадцати, когда он начал жить самостоятельно, его сосед рассказывал мне, что у него не было денег даже на еду, и он приглашал его иногда обедать. Однажды я предложил ему работу, с частичной занятостью, в своей юридической фирме, но он отказался, сказал мне, что это было бы не справедливо по отношению к вам, Педро, я не заинтересован в вас, и этого никогда не будет, сказал он. Любой другой бы согласился на мое предложение, и выжал бы из меня всё до последнего цента. Гунтрам был хорошим мальчиком, он сам пытался выжить без чьей-либо помощи. А знаете сколько таких в Аргентине? Сотни тысяч! Они работают и даже не могут себе позволить ездить в автобусах и любой вор может убить его за пять песо, который лежит у него в кармане. И что потом? Этого вора выпустят в ближайшие 24 часа, если у вас нет хорошего юриста. Наши правители кричат за права человека, а как быть таким как Гунтрам? Есть ли у него эти права? Нет! Его дело закрыли!
— Я понятия не имел...,- начал Эберхард, но Педро прервал его:
— Вы знаете сколько подозреваемых в деле? Ноль! Самое большое массовое убийство простых людей в Буэнос-Айресе, четыре местных жителя, которые были телохранителями и еще троих телохранителей Гунтрама разрезали на куски и ничего не происходит. Думаете начальника местной полиции отправили в отставку? Нет! Его повысили, за то что он тщательно отмыл место преступления!,- закончил свою речь Педро, он почти кричал на Эберхарда, которого слегка потряхивало.


— Я думаю нам можно перейти в гостиную и там выпить кофе, доктор Ланусси,- сказал Конрад, ему больно было вспоминать те дни,- Я бы хотел вам показать некоторые картины Гунтрама, если вы хотите.
— Да, конечно. Я прошу прощение за мои манеры, мой Герцог.
— Это вполне понятно, доктор, такой человек как Гунтрам, заслуживает таких друзей, как вы.

««Бл***ть.... у этого адвоката довольно таки воинственный дух. Может дать ему второй шанс?,- подумал Эберхард следуя за мужчинами в гостиную,- Неужели он тоже был влюблен в моего кузена? Ещё один, кто присоединился к Клубу любителей Гунтрама, как-будто их мало здесь, теперь ещё и в Аргентине. А аргентинец не плохо выглядит, надо прозондировать почву. Я, в отличии от Конрада, не давал обет безбрачия.»»

28 декабря 2010 года.

Фридрих наблюдал в окно как близнецы закидывали Эберхарда снежками.
««Драчуны, такие же как их отец, может нужно вмешаться, пока они не убили его...хотя, он выглядел в порядке и близнецы выглядели счастливыми. Хотел бы я чтобы Гунтрам увидел их сейчас, они очень выросли за последний год.»»

Он увидел как Ратко бежит к внутреннему двору и что-то взволновано говорит Дитеру, который подбежал к учителю и видимо сказал ему, чтобы он забрал детей в дом. Фридрих очень забеспокоился. Они не ожидали никаких посетителей.
Он пошел к выходу узнать что произошло. Открыв входную дверь, он увидел что Дитер уже открывает дверь простого черного Опеля. Его сердце чуть не остановилось, когда он увидел кто выходит из автомобиля.
Надменная, седая, она высоко держала голову, как всегда. Марианна фон Лихтенштайн Фобур.

— Все в порядке, Фридрих,- раздался голос Конрада из коридора,- Я позабочусь об этом сам,- добавил он, подойдя к двери и переступил порог.
— Добрый день, принцесса,- сказал Конрад очень холодно, и Марианна фон Лихтенштайн устремила не него свои голубые ледяные глаза.
— Добрый день, Конрад, сказала она и подошла к двери, вход который заблокировал Конрад,- Я прилетела из Нью-Йорка, чтобы поблагодарить вас.
— Не стоит благодарности, мадам,- сказал он, и обернулся чтобы уйти в замок.
— Конрад, пожалуйста, выслушай меня, г-н Лакруа объяснил мне всё, и мне ужасно жаль что я наговорила г-ну де Лилю столько отвратительных вещей. Я понятия не имела, что он просил тебя помочь в деле моего мужа, даже после того сколько горя я причинила ему,- сказала она медленно и слегка коснулась руки Конрада.
— Хорошо, мадам, заходите,- сказал он с той же холодностью.
Марианна вошла в дом и увидела Фридриха, который склонил голову перед бывшей Герцогиней, и как обычно она проигнорировала его.
— Чай в библиотеку, Дитер,- сказал Конрад, помогая Марианне снять пальто,- Я вас слушаю, мадам, - Конрад подождал пока она сядет и сел тоже, интересно, что она хочет, и позволил ей начать её игру.
Марианна оглядела библиотеку и нашла лишь незначительные изменения в мебели, остальное было так же как в бытность её первого мужа.
— Я приехала сюда чтобы поблагодарить вас от имени своего мужа. Его завтра выпустят из тюрьмы и сегодня вечером я улетаю в Нью-Йорк.
— Я рад что всё было решено к вашему удовлетворению, мадам,- сказал Конрад беспечно.
- Я хотела принести свои глубочайшие извинения г-ну де Лилю за то как я относилась к нему. Ваш адвокат Лакруа сказал мне, что он просил вас помочь моему мужу и что вы должны зарыть топор войны против меня,- Элизабетта подтвердила это тоже,- Я говорила с ним очень долго о Гунтраме, могу ли я так его называть?
— Да. Он мой муж.
— У меня было неверное представление о нем. Большинство людей описывали его как наивного, немного не в себе мальчика. Я думала, что он был для вас ничем иным как марионетка, которую вы купили для своего удовольствия, и я была в ярости, за то что он занял мою позицию Консорта. Мои действия против него не имеют никакого оправдания. И я до конца жизни буду сожалеть что не смогла извиниться перед ним лично.
Конрад смотрел на свою мать и не сомневался, что это очередная уловка.
— Я благодарю вас, за ваши добрые слова, мадам,- сказал он,- Уверен, что Гунтрам оценил бы их по достоинству.
— Я понимаю, что мои слова, жалкая компенсация за мои поступки, Конрад, но я не могу думать ни о чем другом, как мне компенсировать вам обоим, за ту боль что я вам принесла,- сказала она с болью в голосе.
— Да, в самом деле. Если мы закончили...
— Я так же хочу извиниться перед вами, сын мой. Я никогда не должна была вовлекать вас в войну между мной и твоим отцом. Наш брак был фарсом с первого дня.
— При всём уважении, мадам, это всё в прошлом. Может быть тридцать лет назад я мог бы отдать жизнь, чтобы услышать эти слова. Но теперь это уже не является частью моей жизни. Единственной большой ссорой, которая у меня была с Герцогом, это когда я решил разорвать все связи с вами, мадам. И я не жалею об этом. Я был вынужден действовать против вас, потому что вы решили продолжить агрессию против меня.
— Я твоя мать, Конрад!
— Нет, это не так. Элизабетта фон Линтрофф была мне матерью. Я буду оплакивать её смерть, как смерть своей матери. А вы- кошмарная память и больше ничего. Я был бы вам очень благодарен, если мы и впредь будем игнорировать друг друга до конца нашей жизни.
— Я хотела бы вам рассказать свою сторону истории, о которой вы никогда не слышали.
— А вы никогда не давали мне шанса,- ответил Конрад,- Это необходимо? Очевидно вы приехали сюда, чтобы унизить себя. Я не получаю никакого удовлетворения от этого. Ни один из нас не выиграет ничего.
— В этом не было твоей вины,- выпалила она
— Вы выбрали забавный способ показать это,- язвительно сказал Конрад
— Я вышла замуж за Карла Хайнца в 1947 году, он был мрачным и суровым человеком. Я не помню чтобы я видела чтобы он смеялся или улыбался, пока не родились вы. Я бы никогда не вышла за него замуж, но мои родители настояли, а я была слаба, чтобы противиться им. Я старалась сохранить наш брак, но он никогда этого не делал. Через два года он совершенно потерял интерес ко мне, и везде бывал со своими друзьями, но без меня. Я просила его развестись со мной, но он отказывался, потому что я была назначена Консортом.
— В исторических записях Ордена вообще не было женских имен. Отец оказал таким способом честь вам и показал свою любовь. Он был на войне и остался единственным выжившим из троих братьев. Любовь это не только поэзия и цветы, любовь разделяет и страдания в этой жизни. В этом смысле я могу считать себя благословенным, потому что Гунтрам любил меня безоговорочно.
Марианна проигнорировала его слова и продолжила говорить:
— Ваш брат родился в 1950 году и Карл был большой радостью в моей жизни. Я любила его всей душой. Вы можете меня понять, поскольку у вас самого есть два сына.
— Да, я люблю своих сыновей, но я никогда не допуская различия между ними. Клаус и Карл, разные по характеру, но я люблю их одинаково.
— Обстоятельства вашего рождения отличались от рождения вашего брата.
— Вы хотите сказать мне что я сын прачки, и вы не имеете никакого отношения к моему рождению? Или может быть я сирота, и мой отец взял меня из мусорного ведра?,- глумился Конрад,- Я ожидал что вы придумаете что-нибудь изощренней.
— Нет, ты мой сын и Карла Хайнца. А у Карла наоборот не было ни грамма крови Линтроффа, возможно именно поэтому в нем не было ничего общего с тобой.
Конрад смотрел на неё в шоке, и еле сдержал себя чтобы не крикнуть ей, кто был настоящим отцом его старшего брата, но взяв себя в руки, решил что это уже ничего не меняет.
— Знал ли об этом мой отец?
— Нет, когда проблемы у Карла стали очевидны, Карл Хайнц решил что это его вина, что он был слишком стар, когда мы зачали его. Ваш отец перестал замечать его, а он был замечательным ребенком, и всех любил, но вашему отцу нужен был наследник, который мог стать Гриффином и больше ничего. Он стал холоднее чем когда-либо со мной.
— Забавно, у меня не осталось в памяти с того времени ни вашего лица, ни лица моего отца, но я хорошо помню лицо брата, когда я упал с дерева и он поднял меня, и ещё я помню как мы ловили лягушку в пруду. Я никак не мог понять, почему вы ненавидели меня так сильно, вы практически отвергали меня каждый день. Только Карл и Фридрих хорошо относились ко мне. Вы понятия не имеете, как мне было больно, когда он погиб, а вы обвинили меня в его смерти. Мне было всего семь лет, когда случился, несчастный случай на охоте. Меня даже не было там, я был в музее в Фридрихом, мадам. Я видел только закрытый гроб в часовне, куда я пробирался как грабитель ночью, потому что вы запретили мне подойти к нему. Фридрих отвел меня туда, чтобы я мог сказать «до свидания» своему брату. Он был со мной, когда я оплакивал Карла.
— Когда вы родились и начали показывать свои способности, ваш отец начал подозревать меня, Карл не был на него похож. Я никогда не хотела вас рожать, но Карл Хайнц заставил меня родить вас. Если бы вы были менее совершенным, возможно Карл был бы жив.
— Вы соврали моему отцу и разрушили его жизнь, сударыня. Вашей обязанностью, как его жены была дать ему детей! Только это от вас требовалось и больше ничего! Вы боялись рожать второго ребенка, потому что боялись что раскроется ваша измена!- строго сказал Конрад
— Вы такой же как ваш отец!- сказала она с презрением
— Я принимаю это как комплимент, мадам! Вы закончили?
— Пока нет,- сказала она холодным, строгим голосом, который он хорошо помнил,- Когда вы родились и стали проявлять свои таланты, и вы сместили своего брата с места, которое предназначалось ему, поскольку он был старшим. Ваш отец жил только ради вас и стал отвергать Карла всё больше и больше. Когда вам исполнилось шесть лет, он исключил его из линии правопреемственности и убил его, чтобы избежать дискуссий в будущем.
— Мадам, полиция определила его смерть как несчастный случай на охоте, он выстрелил себе в голову, когда упал на оружие.
— Кто дает ребенку инвалиду оружие? Только убийца! Его сметь служила целью вашего отца, для защиты вашего будущего. Карл был старшим, и он должен был быть Гриффином, а не вы!
— Гриффином должен был стать наследник отца. Мой отец только навел порядок своим решением и вы должны были принять его. Я до сих пор не могу понять почему вы затаили столько злобы против меня, если вы были злы на моего отца? Если вы были недовольны лечением своего сына, вы должны были уйти и принять весь общественный позор, связанный с его рождением.
— Конрад, вы такой же как ваш отец. Я приехала сюда чтобы извиниться, а вы даже не заботитесь чтобы понять меня. У вас нет сердца?
— Моё сердце умерло, когда умер мой брат. Я возродился, когда у меня появился Гунтрам, но вам удалось разбить его снова. Я бы хотел быть сыном прачки, и мой отец был бы более счастлив с такого рода женщиной.
— Конрад!
— Я рад что он нашел любовь и утешение в объятиях моего наставника, перед смертью. Этот разговор затянулся, мадам.
— Ты когда-нибудь простишь меня?
— Нет. Возможно, если бы Гунтрам был здесь, он бы смог убедить меня, но его нет. Мне нечего больше сказать вам, мадам. Прощайте!
— Вы даже не позволите увидеть моих внуков? Они моя кровь тоже!
— «Те мерзости», вы их так назвали кажется? Нет! Вы им не нужны. Они и так счастливы. Я буду большим идиотом, если позволю вам приблизится к ним. Захотелось поиграть в бабушку? Почувствовали холод могилы? Бог вам простит все ваши грехи, а я не хочу больше видеть вас в своей жизни.
— Конрад...,- сказала она, но он ничего не ответил, вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
**************************************
Конец 10 главы, 6 части, 2 книги

01:42 

Заместитель-2 (перевод)

Жизнь прекрасна!
книга 2. часть 6. глава 3.
17 февраля 2010 года
Сьюдад дель Эсте, Парагвай.

******************************************

— Моя репутация будет разрушена, если кто-нибудь увидит меня вместе с вами!- ухмыльнулся Федерико, когда увидел четырех сербов, которые вышли из Range Rover цвета зеленой оливы, - Что это за автомобиль, б**ть!? Вы что, грабить собрались?

Горан злобно посмотрел на молодого человека, одетого в старые выцветшие джинсы, блестящую красную рубашку поло, от Lacoste сомнительного происхождения, старые кроссовки и солнцезащитные очки. Он стоял на пыльной, грязной автобусной остановке, где они неделю назад договорились встретиться.
За эту неделю у Горана чуть инфаркт не случился. Похоже аргентинец не спешил Гунтрама искать, сказал что ему надо встретиться с какими-то стукачами. И всё что он нашел за это время, был какой-то новый вид деятельности русских гангстеров.
— Вот дерьмо! На вас посмотришь и подумаешь, что Синие братья в Африку пошли!- добавил Федерико со смехом, когда увидел их всех в светло бежевых брюках и в белых рубашках- Туристы!
— А у вас что, лучше вид?- прорычал Мирко и Федерико так на него посмотрел, что тот смутился.
— Вы должны выглядеть нормально! Мы не на Балканах! Это Латинская Америка, а мы счастливые люди! Черт! Посмотрите на себя, как будто слово ПАЛАЧ! у вас на задницах вытатуировано! Люди которых мы должны посетить очень чувствительные в своем образе жизни, и мы должны быть в тихой дипломатической фазе, не так ли?
— Хорошо. Что нужно сделать? - спросил Горан строго, но похоже на аргентинца это не произвело впечатления.
— Во-первых, мы меняем автомобиль на Suzuki Grand Vitara, самосвал был бы лучше.
— Что? Это автомобиль для девочек!- крикнул Мирко, а остальные трое посмотрели пристально на Федерико
— На ней ты будешь выглядеть красавчиком, как серб-барби, - Федерико фыркнул и злорадно подмигнул Мирко, тот посмотрел в ярости и смущении одновременно.
Милан быстро схватил Мирко за руку, чтобы он не прыгнул на него.
— Теперь видите? Вы не правильно себя ведете, даже если я сменю вашу одежду вы все равно будете выделяться в толпе. Тут все острят всё время. Расслабьтесь, или пуля расслабит вас, - сказал серьезно Федерико,- Пойдемте со мной.

— Ну и где машина?
— Один из вас должен пойти со мной,- сказал он и решительно направился к очень старому Ford Taurus, заднее стекло которого было обклеено разными наклейками,- Есть еще один автомобиль- Lamborghiny!
— Это шутка?- спросил Милан, но Горан только печально глянул на Range Rover и молча сел в машину, за ним сели Ратко, Милан и Мирко, аргентинец только хихикнул и завел мотор.
— Будьте благоразумны, г-н Мартиарена.
— Есть разные подходы к этому делу, но поверьте, настоящий Джеймс Бонд- лысый, толстый, носит майку и слушает музыку Кумбия на стерео за три тысячи долларов, - глумился Федерико,- Это вам не шикарная Италия, сэр.
— Я был в таких местах.
— В самом деле? Могли смешаться в толпе? Я не думаю что это так. Здесь мы должны смешаться в толпе и я должен убедить своих друзей, что вы на нашей стороне. С этого момента и далее вы бизнесмены из Сербии.
— Так и есть,- сказал Мирко озадачено и Ратко дал ему по затылку за наивность.
— Что мы продаем?
— То, что вы знаете лучше всего - оружие, а меня наняли в качестве переводчика. Я скажу, что вы хотите встретится с русскими, чтобы заключить некоторые контракты. Я скажу это, ясно?
— Очень хорошо, но я оставляю за собой право вмешиваться.
— Хорошо, но я не думаю что вы сможете понять этот испанский диалект и гораздо меньше- гуарани,- сказал Федерико под недоуменные взгляды,- Да, комплимент русским. Первым делом что они делают приезжая сюда, изучают местный язык, и почти все говорят на гуарани. Они здесь как у себя дома. Зная местный язык, они используют местных жителей создавая прочную основу для своего бизнеса. Здесь можно встретить немцев, украинцев, поляков и русских эмигрантов, некоторые бежали сюда после Второй мировой войны, так что не удивительно что здесь можно встретить скандинавскую блондинку, или услышать двух людей говорящих на русском.
— Здесь много русских?- спросил Ратко
— Много, но большинство из них третье или даже четвертое поколения, те, которые бежали от Сталина, но это в основном немцы, есть менониты. Я собираюсь переодеть вас, прежде чем мы поедем на встречу, и не ждите что они сразу заговорят, может быть мы заключим какие-нибудь сделки с ними, прежде чем получим информацию.
— У нас мало времени, гн.Мартиарена.
— Зовите меня ФЭФО, я знаю, но я работаю с такими как они с 2006 года и знаю как решать с ними такие вопросы. Я один из старейших полевых агентов в этой области, остальные лежат шесть футов под землей, если они вообще похоронили их. Здесь никто не спешит, а если поторопить, могут произойти несчастные случаи.
— Да, это не наша земля,- сказал Горан медленно,- Но тем не менее о нас узнали местные и зауважали.
— Большинство из них- свободные подрядчики. Если я правильно понял, местным гангстерам здесь платят за использование собственных каналов в Европе, и они разные. Никаких братств мамбо, старых традиций, ни уважения. Русские контролируют здесь все торговые пути и интернет-аферы, они не скажут ничего, у них есть проблемы с китайской мафией, потому что они хотят контролировать все их аферы или рынки труда, что не входило раньше в их деятельность. Раньше это контролировали китайцы.
— С кем мы должны встретиться?- спросил Горан
— С одним старым другом, Моше из Моссада. Он здесь с тех пор как некоторые палестинцы начали тренировать здесь людей из ФАРС. В основном он торгует информацией на наркоторговцев или деятелей из ФАРС.
— Палестинских или иранских?- спросил Ратко
— Его устроит любая информация. Это его люди предоставили вам список самолетов покинувших Аргентину в ту ночь. Они надеялись что вы свяжетесь с ними, но вы этого не сделали. Моше готов встретится с вами.


Автомобиль остановился в грязном переулке и они вышли из машины. Федерико указал им на ряд маленьких магазинов, с товарами развешенными в хаотическом порядке, с вывесками на трех языках: испанском, португальском, китайском. Сербы прошли мимо рядов с футболками, электроникой, солнцезащитными очками, телефонами, часами, кошельками и одеждой. Мирко поразился размерами торговой площади, его глаза блуждали по подделкам брендов Луис Вуитон, Прада, Келвин Кляйн, Ролекс. Он ткнул Ратко указывая на большой мешок с товарами имитации под крокодиловую кожу стоимостью 5 долларов.
— Никому не говори. Я заплатил несколько тысяч за оригинал, да еще был в списке ожидания несколько месяцев- сказал он,- Дерьмо!
— В следующий раз покупай здесь.
— Я посмотрю что ты скажешь, когда женишься и у тебя появятся дети, - ответил Ратко.

Федерико остановился перед магазином и что-то сказал одной из девушек. Через несколько минут она вернулась с несколькими пакетами цветных рубашек поло. Федерико дал ей несколько банкнот и бросил рубашки сербам.
— Смотрите. Одевайте их, и аромат Блу Бразерс, который исходит от вас, исчезнет в момент.
— Вы серьезно? Нам это одеть?- спросил Мирко, ошеломленно глядя на яркие цветные рубашки.
— Правило номер один: я приглашаю на танго, и я веду, а если я тебе не понравлюсь, ты можешь выбрать другого партнера,- сказал Федерико Мирко, а Милан и Ратко еле сдерживали смех наблюдая как Мирко покраснел от злости и удивления.
— Пошли переодеваться,- сказал Горан, и зашел в магазин снимая на ходу свою рубашку.
Мирко посмотрел на Федерико, но как только Горан взяв рубашку вошел в магазин, не говоря ни слова последовал за ним.
— Щенку еще многому предстоит научиться,- ухмыльнулся Ратко,- Мне не надо голубую. Я женатый человек.
— Случайно розовой не найдется для Ратко?
Федерико заинтересовано наблюдал за четким контуром мышц Мирко, когда он быстро переоделся в зеленую рубашку поло с рисунком лохматого пони на груди. Золотое распятие сверкнуло мельком, прежде чем он застегнул рубашку спрятав его от посторонних глаз.
— У Гунтрама тоже был такой. Это что, какой-то специальный крест?,- спросил его Федерико, Мирко посмотрел на него задумчиво.
— Это амбразурный христианский крест. Только те, кто борется против язычников и палачи имеют право носить его. Гунтрам принадлежит одной их самых старых линий родословной. Его предки были Меровингами.,- объяснил Горан,- Мы воины, а не монахи.

Мужчины вышли из магазина и пошли по маленькой, но многолюдной улице. Федерико остановился рядом с маленьким магазином с пыльными электронными товарами и кивнул мальчику, стоящему у входа.
Толстый старый мужчина сидел за прилавком и читал журнал. Федерико взял с полки телефон и захохотал:
— Гуанчжоу?
— Нет, Манаос. Китайцы убивают меня ценами. Положи на место, если не собираешься покупать- сказал он с ухмылкой.
— Разве это не для твоих клиентов?
— Да, это для моих клиентов, а ты нищий гой, - мужчина поднялся и пожал руку Федерико.
— Это мой хороший друг, Моше Даян,- сказал он сербам, улыбаясь
— Моше Гольдберг, - сказал он протягивая руку Горану, - Здравствуйте, господин Павичевич, рад с вами познакомиться.
— Здравствуйте, гн Гольдберг, взаимно.
— Давайте пройдем внутрь и поговорим наедине?- спросил старик.
— Хорошо, - сказал Горан, и последовал за агентом Моссада,- Останьтесь здесь, Мартиарена,- Федерико только открыл рот, но сербы хмуро посмотрели на него.
— Хорошо,- сказал он

— Кофе хотите? Я не могу жить без кофе,- спросил Моше, любовно похлопывая кофемашину
— А он настоящий?- игриво спросил Горан
— А как вы думаете?- старик рассмеялся и положил капсулу внутрь машины
— Мне черный кофе,- сказал Горан и присел к столу
— Кофе успокаивает и делает людей доброжелательней. Сахар?
— У вас там случайно не наркотик вместо сахара,- засмеялся Горан
— Нет, мы используем наркотик в исключительных случаях,- смеясь сказал старик,- Я так понимаю что вы хотите открыть бизнес с русскими? Это странно, не находите?
— Мне нужны новые игроки, вот и всё.
— Дед вашего Герцога помог нам в свое время избежать Германии. Именно поэтому я готов сотрудничать с вами. Я привык платить долги.
— И собирать старые долги,- сказал Горан,- Я веду переговоры с вами от имени Герцога.
— Я знаю о вашем положении в банке.
— Мы считаем что еврейский народ должен жить на своей священной земле, и мы помогли вам, когда вы еще не были признаны государством.
— Это наша земля! Уже тысячу лет...но вы правы. Мы с вами.
— Мартиарена сказал нам, что русские заняли сильные позиции здесь.
— Да, но есть и много других групп которые выступают против нас. Их поддерживают местные органы власти.
— Они дураки, не знают кто их истинные друзья, или то, что сделают с ними еретики, когда закончат с ними дела.
— Вы знаете что Хезболла готовит здесь? Они вербуют индейцев из джунглей, кормят их и заставляют принять ислам, потом готовят из них боевиков. Эти бедняги не имеют представления о том где находится Мекка, но готовы умереть за неё.
— Я дам вам несколько номеров счетов, проверьте их.
— Каких счетов?
— Отмывание денег ФАРК. Если вы уничтожите местных жителей связанных с этим, то Муслин потеряет важную поддержку в этой области. Избавьтесь от них, вытащив их грязное белье наружу и все иранцы уйдут. Они как фурункул на теле, его надо вырвать с корнем, чтобы он не превратился в рак. Мы готовы дать вам всё что мы имеем в обмен на сотрудничество.- сказал Горан и достал из кармана Пендрайв,- Проверьте это.
Моше взял Пендрайв и подключил его к ноутбуку, который он достал из сейфа.
— Не плохо,- сказал он беспечно, - Но маловато.
— Это больше, чем вы когда либо имели. Речь идет о людях, которые занимают здесь важные посты. Этот материал равносилен Государственному перевороту. Остальное мы дадим, как только получим то что мы хотим.
— Что я могу сделать для вас?
— Я ищу человека. Его имя- Константин Репин. Ваши люди имеют доступ к базам данных лицевых идентификаций. Мне нужно чтобы вы проверили эти базы для меня. Мы считаем что это он стоит за похищением.
— Кто он? Это вы можете мне сказать?
— Русский бандит. Мафиози высшей категории. Он ушел в отставку год назад. Мы считаем что он может скрываться в Латинской Америке. Поговорите с американцами.
— Гангстеры делают пластику лица, когда они выходят на пенсию.
— Я знаю, но не думаю что его окружение тоже сделали пластику. Проверьте их. Мне так же нужна информация о российских группах, которые работают здесь и которых вы знаете. Есть новички?
— Нет. Русские защищают свою территорию как львы. И честно говоря, не было ничего необычного в последнее время. Никто не покупал оружие как сумасшедший и не продавал. Я посмотрю что можно сделать.
— Спасибо,- сказал Горан, и поднялся из-за стола.

1 марта 2010 года.

— Nos Vamos de putas- ликующе воскликнул Федерико мужчинам, которые вот уже несколько дней были вынуждены ждать информацию в грязном отеле
— Что?- спросил Милан
— Сегодня вечером мы идем в эксклюзивный джентльменский клуб на окраине города. И возможно найдем для вас хорошую жену, Милан,- ответил Федерико, а Милан лишь усмехнулся понимая назначение этих женщин. Мирко посмотрел на него удивленно,- Может быть мы даже из Мирко сделаем человека- сказал он и сербы, кроме Горана, засмеялись над тем, что Мирко покраснел как помидор.
— Куда мы идем?
— Туда, где не используют кредитные карты и берут с собой ультра устойчивые презервативы- сказал Милан со смешком,- Дядя Ратко позаботится о тебе.
— Есть причина, из-за которой мы должны туда идти?,- спросил Горан
— Надо проверить кое-что. Я поговорил с людьми, и одна из девушек работающих там, вспомнила, что был русский, который приходил посетить одну из самых молодых девушек, три-четыре раза в прошлом году. Он нанимал её на всю ночь и давал ей очень щедрые чаевые.
— И что?
— Мы не знаем имя этого человека, но он работает на русских, вроде бы телохранителем, охраняет бизнесмена, у которого есть лесопилка, для распиловки древесины. Они не носят оружия и не контактируют с другими русскими.
— И что странного в этом?
— Шлюха с которой я говорил, сказала что он живет в Байа Негра, это на севере Парагвая, рядом с рекой Негра, на границе с Бразилией. Это область Пантанал, даже индейцы сбежали оттуда. 1300 км. отсюда.
— Слишком далеко отсюда,- сказал Горан, обдумывая идею возникшую у него в голове.
— Нет, если у вас есть самолет,- ответил Федерико,- Это похоже на конец света, потому что вся область затоплена в течении большей части года, некоторые места как непроходимые джунгли, идеальные условия, если хочешь спрятаться. Нет интернета и другого дерьма, которые есть у американцев. Дороги заблокированы во время сезона дождей. Это место полностью забыто властями. Только Чамакокос там живут. Есть ещё огромный природный заповедник. В Бахия Негра есть небольшой аэропорт, идеально подходящий для Cessnas, есть еще один, частный, недалеко оттуда в Корумба, если вы хотите спрятаться от ЦРУ- это идеальное место. Такой богатый парень как Репин, может иметь самолет или вертолет.
— Я по прежнему не вижу смысла в этом,- сказал Милан, отрицательно качая головой.
— Ну что, я думаю ты прав, давай попробуем. У Моссада пока нет ничего. Они проверили все ленты аэропорта.

***

У Мирко было чувство отвращения, когда он увидел проституток выстроенных в ряд, напротив бара.
«Дерьмо! Этим троим не больше 14 лет! Какие извращенцы приходят сюда?»,- думал Мирко, наблюдая как очень молодые и худые девочки жались друг к другу, стараясь выглядеть взрослее и опытнее.
Федерико выбрал самую молодую девушку, что-то шепнул ей в ухо, она улыбнулась и последовала за ним в комнаты на верху. Мирко смотрел на эту сцену со смешанным чувством отвращения, ярости, гнева и странного чувства тоски, происхождение которого он не мог понять.
Ратко подтолкнул его, и он пошел как зомби в бар, чтобы выбрать более зрелую женщину, если это надо для дела, то он сделает это для галочки. «Я ненавижу эту часть работы, потому что я ненавижу делать это с женщиной.»

***

Федерико сел на грязную кровать.
— Ты очень красивая,- сказал он беспечно девочке, стоящей перед ним. «Ты должна учиться в школе а не трахаться в борделе с мужиками»- подумал он
— В самом деле? - сказала она озадачено
— Конечно, все должны тебе говорить это, хотя бы из вежливости,
С детской улыбкой она начала снимать верхнюю одежду, но Федерико, взяв за руку остановил её:
— Подожди, на самом деле я просто хотел поговорить с тобой наедине.
— Вы полицейский?- спросила она нервно, - Послушай, я легальная.
— Я не полицейский, расслабься. Я заплачу тебе за всю ночь, но мне нужна некоторая информация.
— Я ничего не знаю- сказала она.
— Послушай, я работаю на одну женщину, она вышла замуж за русского, одного из твоих клиентов. Этот ублюдок не платит ей алименты. У неё трое детей, и она хочет поймать его. Ничего больше, я не из социальной службы.
— В самом деле?- спросила она сомнительно,- Ты заплатишь за всю ночь?
— Да, вот возьми, - сказал он, достав из кошелька двести долларов и помахал ими перед её удивленным лицом,- Здесь неплохие чаевые для тебя, речь идет о больших алиментах.
Она села рядом с ним на кровать и он не мог не заметить, что ногами она не доставала даже до пола. Если ей не четырнадцать, я чайник. Видимо её забрали из индийской деревни Чако. Может быть она даже не знает сколько ей лет.
— Они не фальшивые?- спросила она глядя на доллары.
— Конечно нет, я не хочу неприятностей с твоим сутенером, но я могу доставить неприятности твоему сутенеру, если сообщу куда надо. Что ты здесь делаешь?
— Странный вопрос. Русские большие начальники здесь, я не хочу неприятностей с ними.
— Я имею в виду, что ты делаешь тут, когда ты не работаешь, любишь слушать музыку?
— Иногда.
Федерико вытащил белый IPod из кармана и отдал ей.
— Это настоящий, возьми если хочешь. Этот русский не замешан в чем либо плохом, я только посмотрю на него и скажу его жене где его искать. Марита сказала мне, что он посещал тебя дважды. Его жена только хочет немного денег от него.
— У меня много клиентов. Пять или шесть за ночь.
— Русские почти не ходят сюда, они ходят в Подсолнухи. Марита видела его дважды и очень удивилась. Я знаю её очень хорошо, можешь спросить её обо мне. Меня зовут Хоакин Кастелланос- сказал Федерико с улыбкой,- Старый, бесполезный, изможденный...
— Я помню одного русского с севера. Он мог говорить на гуарани. Он снял меня на ночь и оставил хорошие чаевые тоже.
— Его зовут Георг?
— Люди не называют здесь имена. Нет, он назвал себя Валерий, нет..., он был Иван. Точно, это был Ваня, он даже звонил мне.
— Это правда? Что еще ты можешь сказать мне?
— Он жил в Альто-Парагвае. У его босса очень много денег. Он сказал что они там занимаются сельскохозяйственными культурами и коровами, мне кажется что он врал, потому что земля там очень плохая. Он сказал, что он любит девушек как я, сладких и брюнеток.
— Ты знаешь что-нибудь о его работодателе?
— Только то, что он был русский, и ещё он сказал что ненавидел работать на педика, но он платил ему много денег. Он сказал мне, что педики всё извращенцы с искаженным умом. Ах, да.. там ещё были индейцы Исир вокруг, и он их не любил.
— Да, могу себе представить, жить среди индейцев, а у его босса был парень?,- спросил небрежно
— Не знаю, не говорил.
— Отлично. Вот и всё, - сказал Федерико и поднялся с кровати.
— Подожди! Если ты сейчас уйдешь, мне надо будет вернуться к работе, - сказала она умоляющим голосом, - Ты можешь использовать меня.
— Я понял,-сказал он с улыбкой, - Как долго я должен остаться здесь?
— До 2 часов ночи, потом уже нет клиентов.
— Прекрасно. Заказать тебе шампанского?

***

В три часа утра Федерико оставил маленькую спальню и спустился по лестнице. Он увидел мрачных сербов сидящих за столом и присоединился к ним. Он выпил немного виски и предложил им вернуться в отель.
— Как ты мог? Это так ты работаешь? Ей же четырнадцать лет!- сказал Мирко с отвращением
— Я не спал с ней, а получил много информации! - прорычал Федерико с возмущением.
— Ты извращенец! Столько времени получал информацию?- рычал разъяренный Мирко
Федерико взорвался и схватил Мирко за грудки нос к носу:
— Ты думаешь я трахал её?! Ты действительно так думаешь?! У тебя с мозгами все в порядке?- ревел он, а Милан удержал Ратко и Горана, мол пусть щенки разбираются сами.
— Эй, не надо так расстраиваться. Мы не думаем что ты сделал что-нибудь с ней, - сказал Милан примирительным голосом,- Иногда Мирко говорит прежде чем он думает. Давайте забудем всё это.

Федерико бросил на Мирко неодобрительный взгляд, не понимая почему он так разозлился на него. Он глубоко вздохнул чтобы успокоиться.
— Я заплатил ей за ночь и отдал ей телефон, мы разговаривали и ждали до сих пор, чтобы её опять не отправили на работу. Понятно тебе?- сказал он сухо, не понимая, почему он должен оправдываться перед сербом, он что, папа Гунтрама?,- Мирко посмотрел на него обижено. «Черт! Что происходит, я перед мамой так не оправдывался»- подумал Федерико и повернулся к Горану.
— Она рассказала мне об этом русском. Его звали Иван, он говорил с ней на испанском. Она была удивлена, что он хорошо говорил на гуарани. Сказал что индейцы поставляли им туда кое что из свежих овощей. Кроме того, его работодатель гей. Это надо проверить.
— Мы не собираемся тащиться туда без доказательств, что это действительно Репин, - возмутился Ратко
— Нет, конечно нет, мы потащимся несколько сотен метров в интернет-кафе и проверим в реестре, кто приобрел земли Альто-Парагвае с 2001 года и далее.
— У нас есть интернет в отеле.
— Ага, и ваш IP хорошо всем известен.
— Наши компьютеры хорошо защищены
— Как Гунтрам в Буэнос-Айресе? Я предпочитаю использовать старый, инфицированный вирусом ПК в переполненном интернет-кафе чем ваш компьютер, - разбушевался Федерико, - Я пошел.
— Сейчас 3 утра!- протестовал Мирко
— Идеальное время чтобы смотреть порно,- Федерико развернулся и пошел к машине, оставив сербов позади.

***

— Я нашел кое-что, но это ничего мне не говорит. Возможно вы лучше знаете?,- сказал Федерико утром Горану, который кивнул ему ободряюще и приготовил кофе молодому человеку, усаживаясь перед столом с завтраком.
— Я искал через официальные базы данных, и не нашел ничего о русских купивших землю в этом регионе. Тогда я стал смотреть все операции с недвижимостью в графстве Альто-Парагвай, и я нашел три сделки, которые выглядят
многообещающими,- Федерико взял один сухой круасан и откусил его.
— Я слушаю тебя.
— Первое. Итальянец купил 4500 гк. джунглей чтобы построить отель для орнитологов. Он очень известный орнитолог и хочет спасти Мату Гросу.
— Что странного в этом?
— Он до сих пор ничего не построил. И даже не брал разрешение на строительство. Это может быть хорошим прикрытием для Репина.
— Продолжай.
— Еще, какие-ко канадцы из экологического фонда тоже купили там землю, но они реальны. Давайте спасать мир...и всякая лабуда...
— Не он
— И третье, одно сообщество, созданное на Багамских островах в 2005 году, приобрело только 10.000 гк в том регионе. В 2006 году они попросили разрешение на строительство дома, но ни чертежей, ни налоговых деклараций, ни разрешения на экспорт нет. А потом, в 2007 году, эта компания продала землю колумбийцу Хуан Карлосу Эстевес Приетто. У Колумбийской разведки нет ничего на него.
— Я не знаю кто это может быть.
— Нам нужно поехать туда.
— Сейчас мы не можем сделать это. Моше сказал что новая группа россиян работают с наркодилерами колумбийцев в Мета-регионе. Мы должны попытаться там, в первую очередь.
— Это абсурд, Репин не дурак чтобы иметь дело на земле ФАРС. Они убьют его и он это знает. Давайте поедем в Бахия Негра?
— Вы должны сейчас вернуться в Уругвай, Федерико. Это мы сделаем сами.

24 марта 2010
Монтевидео.


— По вашему лицу я могу сказать что не было никакого Вени, Види, Вици,- ухмыльнулся Федерико, садясь за столик в маленьком кафе. Он поманил официантку и заказал чашку кофе.
— Это было фиаско, как вы и сказали,- признал медленно Горан,- У Моссада не было ничего реального для нас, но по крайней мере они сделают свою грязную работу против местного правительства.
— А теперь вы хотите послушать меня?
— У меня нет ничего другого в данный момент.
— Хорошо. Этот Эстевес Приетто, который приобрел землю, не имеет судимости, но его кузен был связан с Медельин картелем в конце 80-х годов. Может быть сам он и чист, но его семья в дерьме. Должна быть какая-то причина для колумбийцев чтобы влезть в эту войну. Что если у них были внутренние проблемы о которых вы не знали? Что-то вроде старого босса который хочет вернуть свою землю? Своего рода Возвращение Пабло Эскобара. Это объясняет почему они стали бороться за торговые пути с вашими людьми в Европе.
— Мне это понятно, но это не то,- Горан отверг эту идею
— Да, может быть, но почему масоны пошли на сделку с ФАРС? Почему привлекли их для исполнения? Это больше похоже на контракт со мной. Кто-то заплатил, или даже кто-то финансировал картель, чтобы начать войну. Одной из первых задач стояло устранить вашего командира?
— Да.
— Тогда это больше похоже на войну мафии, чем на войну между крестоносцами и еретиками. Мы уже знаем что Репин стоит за всем этим. Логично предположить, что у него есть друзья которые помогают ему. Что если он предложил свой опыт в таких кефали? Вы будете скатываться вниз из одной утечки в другую.
— Я понимаю вашу точку зрения. Хорошо, мы поедем на это место.
— Отлично. Выезжаем завтра. Я заказываю самолет, а вы за него платите.
************************************
Конец 3 главы, 6 части, 2 книги

05:36 

Тионн Роджерс. "О доброте и сострадании жаб и лягушек (перевод)

Жизнь прекрасна!
О доброте и сострадании жаб и лягушек
8 глава. «Визитная карточка»
**************************************
Париж. 8 мая 1981 года


Конрад смотрел на пьяную Матильду де Сент-Гласс, подобранную для него, его дядей Германом и тетей Элизабетт, и думал, что проститутки у мадам Бижу ведут себя приличней.
Пьяная до такой степени, что он сомневался что сможет затащить её в такси и отправить домой, если конечно она не впадет в кому по дороге.

«Проблема решилась сама собой. Я не могу жениться на женщине, тем более на такой пьянице»,- подумал Конрад
— Матильда, отвезти вас домой?,- спросил Конрад, пытаясь восстановить её достоинство, неодобрительно наблюдая, как потенциальная Герцогиня, голой спиной развалилась на барной стойке и пьет прямо из бутылки, в то время как окружающие люди, улюлюкали, восхищаясь её навыками.
Матильда нерешительно встала и её стошнило прямо на туфли Конрада. Скрывая свое отвращение к её поведению, он повторил вопрос, и она пару раз моргнув, произнесла - «Отель», чем вызвала аплодисменты зрителей.

« Нет, такси вряд ли повезет такую пьяную. Пусть сербы отвезут её. Павичевич это сделает»,- подумал он.
— Мой водитель отвезет вас домой, Матильда,- сказал он, отцепляя её от себя,- Отвези её домой,- зарычал Конрад и бесцеремонно оттолкнул её в руки Павичевичу,- Проверь чтобы она вошла в дом.
— А вы, сэр?.- спросил Павичевич уворачиваясь от её поцелуев
— Я сам дойду до отеля.
— Да, мой Гриффин,- сказал Павичевич и потащил ее вон.

« Как я допустил это? Почему вообще согласился на это? Даже если бы она была так хороша, как её описывали, все равно я не женился бы на ней. Я должен был прежде подумать, что Латинский квартал и Монмарт это для художников, а не для таких как я. Только потерял время.

Он посмотрел на небольшой подземный вход в дискотеку, желая побыстрее покинуть это заведение и замер, увидев входившего человека. Он был примерно его возраста, ниже ростом, но он так высокомерно и прямо держался, что казался выше ростом. Одет он был в темный деловой костюм, почти такой же как у него и плащ, накинутый на плечи. Толпа восхищалась его магнетизмом. Светло-голубые глаза, на фоне каштановых волос. И Конрад почти задохнулся, он никогда не видел никого красивее его.
Он быстро отвел глаза увидев, что незнакомец заметил как он рассматривает его не обращая внимания на женщин, и буквально пускает слюни на него. Незнакомец улыбнулся ему. Конрад отвернулся, стыдясь что он заметил, как он разглядывал его как идиот. Быстрыми шагами он вышел из дискотеки на улицу, и пошел прочь, подальше от этого заведения.

Конрад остановился, определяя куда идти, чувствуя себя немного потерянным.

— У меня сегодня тоже полное фиаско,- сказали рядом с ним мягким тенором на немецком языке.
— Вы тоже турист?- спросил он незнакомца, который последовал за ним.
— Нет, я просто слышал как вы говорили по немецки. Моя мать была немкой. Я видел вас в дискотеке. Она была совершенно пьяная,- сказал незнакомец и Конрад улыбнулся в ответ.
— Я не собирался спаивать её чтобы потом воспользоваться этим.
— По-моему она и без алкоголя была более чем готова, чтобы вы ей воспользовались,- усмехнулся он,- Моя спутница была еще менее консервативна чем у вас, ну...в каком-то смысле.
— Немного консерватизма в моем случае, совсем не помешало бы,- засмеялся Конрад, вспомнив пьяную Матильду,- А с вашей что?
— Он был слишком стар и я на него работаю, в рабстве можно сказать, да еще и оставляет слишком много следов на теле,- сказал незнакомец и пристально посмотрел Конраду в глаза.
— Понятно,- ответил Конрад и отвел смущенно глаза.
— Хотите выпить со мной?,- небрежно спросил незнакомец
— Может вы найдете себе другую компанию?- сказал Конрад, и поразился сам себе, почему он так сказал, ведь он был так красив, понравился мне, и он по видимому тоже заинтересован мной.
— Нет,- сказал незнакомец,- Меня зовут Роджер.
— Конрад.

Не было необходимости дальше притворяться, они поняли друг друга. Конрад пожал руку протянутую ему.
— Я живу тут рядом, в Сен-Жермен-де-Пре, я знаю один паб здесь неподалеку, думаю что он ещё открыт.
— Я должен вернуться в свой отель, Ритц, бар там работает круглосуточно,- сказал Конрад. «Нельзя идти с незнакомым человеком, неизвестно куда, это было бы безответственно.»
— Да вы точно турист,- засмеялся Роджер,- Ритц, совсем в другом направлении. Я провожу вас туда, чтобы вы еще не упали с Понт-Сен-Мишель.
— Вы правы, по-моему я заблудился.
— Не волнуйтесь, когда я только приехал из Пуатье, я только ходил вниз по улице, чтобы не потеряться, и очень долго не мог привыкнуть к метро.

Посмеиваясь над тем, что он заблудился в Париже, Конрад шел рядом с незнакомцем и думал что его лицо ему кажется знакомым, но не мог вспомнить, где он мог его увидеть. «Я бы не забыл такое лицо.»

Они молча шли по темным улицам, пока не добрались до Сены. Конрад остановился, чтобы насладиться видом на реку, прислонившись к парапету моста.
— Почему вы такой грустный?,- спросил Роджер, выводя Конрада из задумчивости.
— Простите?
— Я спрашиваю почему вы грустите, хотя мне понятна ваша грусть, такое ощущение что вы стремитесь к чему-то.
— Да, нет, не грущу я, просто задумался. Я в порядке.
— Я же вижу что грустите. В этом нет ничего плохого, мы же не должны быть всегда счастливы.
— Да, вы правы.
— Так почему грустите?
— Почему вас это так интересует?
— Просто интересно, почему человек, который выглядит так как вы, и такой не уверенный в себе.
— Вы правы, причины для грусти есть. У меня отец умер год назад.
— Простите. Вы были очень близки?
— Я практически не знал его,- ответил Конрад,- Он оставил некоторый беспорядок после себя,- сказал он. «В виде старых, злющих, жадных аристократов, которые хотят избавиться от меня уже через два месяца, после того как меня назначили лидером, за что надо благодарить кузена Георга»,- подумал Конрад.
— Проблемы с наследством? Мой отец уже составил завещание, и он сказал нам, кто и что получит. Мой старший брат Паскаль- получит земли, Жером- картины и драгоценности, а я деньги.
— Завещание может быть оспорено.
— Никто из нас не будет делать этого. Боюсь, тогда отец вернется из могилы и поразит нас, если мы ослушаемся его. Нас с братьями устроило условия завещания,- ответил Роджер с улыбкой,- Моя мать умерла когда мне было десять лет, для меня это было как конец света, но со временем все прошло, жизнь снова обрела свой смысл.
— А что если вообще все не имеет смысла?,- спросил Конрад, выдавая свой самый величайший страх, что жизнь его была просто пустая трата времени, как он начал подозревать каждое утро, перед тем как встретиться с членами Совета, партнерами и другими.
— Если так думать, можно просто сойти с ума,- просто сказал Роджер,- Нужно жить сегодняшним днем и со своими идеалами.
— А что если эти идеалы совсем не те, или устарели?
— Идеи никогда не устареют, люди- да,- ответил Роджер,- Знаешь что мне сказал мой отец? «Наши ценности были даны нам Богом. Как они могут устареть?»
— Твой отец прав. Каждый наш шаг, даже самый маленький, предначертан Богом.
— Возможно,- он коснулся предплечья Конрада,- Все плохое пройдет, главное чтобы ты не предал самого себя.
— Ты прав Роджер,- сказал Конрад, и в первый раз, за очень долгий год, он почувствовал что всё снова встало на свои места. Ничто и никогда не происходит случайно. Вот я, готовился к бессмысленной встрече, должен был притворяться с этой Матильдой, и среди этой грязи встретил такого человека.
— Холодает. Может мы пойдем?
— Да, конечно,- Конрад выпрямился в полный рост и еще раз внимательно посмотрел на Роджера,- Чем ты зарабатываешь на жизнь?
— Я работаю трейдером в частном банке. Целый день бегаю вверх- в низ, радуя старых и жадных людей,- ответил Роджер, довольный тем что взгляд Конрада смягчился
— Так ты должен был сегодня встретиться со своим босом?,- спросил Конрад смеясь.
— Почти. Босс моего босса накрыл нас,- усмехнулся Роджер,- У меня будет много проблем в понедельник, если папа снова не спасет мою шкуру.
— Не беспокойся об этом, банкиры когда попадаются на этом деле потом всегда держат всё в тайне. Поверь, я знаю,- усмехнулся Конрад вспоминая тот случай с Карло делла Фраческа и доктором Фабрицио дель Монако, - оба засмеялись добродушно.
— Ты прав,- сказал Роджер смеясь,- А ты чем занимаешься? Ты похож на банкира.
— Да, я работаю в банке, занимаюсь анализом рисков,- ответил Конрад,- И совершаю некоторые операции по разминированию,- добавил с усмешкой Конрад, и у Роджера улыбка стала ещё шире
— И бросаешь бомбы периодически?- смеялся Роджер
— Да, в основном планирую блицкриг,- сказал Конрад, развернулся и пошел в сторону отеля.
Роджер догнал его, схватив за руку сказал:
— До твоего отеля слишком далеко. Почему бы тебе не взять такси, а мы встретимся у тебя в номере чуть позже?
— Думаю это разумно. Люкс 467,- сказал Конрад. «Мне не нужно добавлять еще проблем, к тем что уже есть.»
— Не позволяй никому делать из себя дурака, и закажи устрицы из Бретани,- с улыбкой сказал Роджер, и исчез в ночи.

***

Благородный гость нервно ходил по персидскому ковру, это обычно был плохой знак для официанта в отеле «Ритц». Заказаны были устрицы с шампанским на двоих, значит раздражение было из-за отсутствия любовника, поэтому он неторопливо накрывал на стол, установив его рядом с французским камином.

Молодой Герцог движением руки, отправил официанта прочь.
Зазвонил телефон.
«Вероятно Павичевич хотел узнать, добрался ли я благополучно. Обращаются со мной как с малышом, и это те же люди, которые учили меня сражаться до смерти.»
— Доброй ночи, сэр. Дама благополучно доставлена домой,- Конрад совершенно забыл о ней.
— Спокойной ночи, Павичевич,- сказал он сыну своего Summus Marescalus,- Приезжайте утром, попозже, я встану поздно.
— Хорошо, сэр,- сказал он и повесил трубку.

« Придет он или нет?»- подумал Конрад, вспоминая как ему было комфортно в обществе Роджера. Он не хотел что-то от него получить и его советы были даны ему без всякого умысла.
Конрад сидел на диване и смотрел на тающий лед, стекающий каплями по серебряному ведерку.

Он вздрогнул от стука в дверь, и бросился к двери, и в последнюю секунду вспомнил, что не должен выглядеть как нетерпеливый подросток. Приняв невозмутимый вид, открыл дверь.

Конрад смотрел как Роджер входит в апартаменты, сравнив его походку с грациозными движениями пантеры. Войдя в гостиную тот снял пальто, и Конрад увидел его лицо в ярком свете ламп. Только чуть поднятая бровь была несовершенством в его совершенной красоте. Он почувствовал себя голым и слабым с такой красотой в одной комнате.

— Я надеюсь ты не стесняешься?,- сказал Роджер с лукавой улыбкой,- Не убивай меня своей скромностью.
— Хотите попробовать устрицы?,- сказал Конрад, указывая на накрытый стол, и наполняя бокалы шампанским.
— Зачем? Их вкус может испортить то, что я действительно хочу попробовать,- сказал Роджер тихим голосом,- Вы сводили меня с ума весь вечер, своим лицом обиженного ребенка. После встречи с вами, я послал своего босса в ад.
— Я не видел никого красивее тебя.
— Я тоже,- сказал Роджер с застенчивой улыбкой,- Ты выглядишь невероятно,- прошептал он, и Конраду захотелось чтобы так было всегда, а не одну ночь.

Широко открыв глаза, Конрад смотрел как Роджер обойдя стол и взяв бокал с шампанским, сел на парчовый диван, приглашая Конрада присоединиться к нему.
Нервничая как подросток на первом свидании, Конрад обошел стол и сел рядом с Роджером, но не прикасаясь к нему, а просто наслаждаясь электрическими разрядами между их телами.
— За вас, Конрад!,- сказал Роджер и приподнял свой бокал, ожидая ответного тоста. Выпив немного, он поставил свой бокал на стол. Поколебавшись, нагнулся и застенчиво прислонился к его губам, как если бы просил разрешение на большее. Но не почувствовав реакции Конрада, смутился и отодвинулся.

С большой осторожностью, Конрад склонился над Роджером, и взяв обеими руками его лицо, закрыв глаза, стал восторженно его целовать. Конрад почувствовал руки Роджера у себя на голове, ласкающие его волосы. Поцелуи подпитывали их страсть, и Роджер заманчиво раскрыл губы, приглашая его хозяйничать там. Он лег спиной на подушку, чтобы позволить Конраду лечь на его тело и сцепил руки у него на шее, целуя его, и позволяя молодому бесшабашному щенку целовать себя. В некотором смысле, он хотел покориться ему, чтобы увидеть, почувствовать это сочетание агрессивности и благоговения.
Роджер решил сыграть барашка на заклании, чтобы увидеть, как далеко может зайти этот щенок, и был вознагражден его энтузиазмом.

Роджер прекратил поцелуй и отодвинулся улыбнувшись, ему нравилось чувство власти которую он обретал. Он стал медленно раздевать Конрада, сняв с него галстук и небрежно бросил его на пол, а потом принялся за рубашку.

Конрад только раскрыл рот от удивления, показывая Роджеру как он доволен его действиями, и в то же время сравнивая своего нынешнего соблазнительного любовника с показной застенчивостью Фабрицио, во время занятий любовью, или бессмысленных поцелуев своего первого любовника, которые были рассчитаны на мгновенное удовлетворение, а не для того чтобы доставить друг другу удовольствие поцелуями.

Роджер для него был загадкой, то он был как уязвимый ребенок, нуждающийся в защите, то был маленьким потерянным мальчиком и вызывал невыносимую нежность.
Не дождавшись пока Роджер справится с пуговицами, Конрад быстро снял пиджак и рубашку, сбросив их на пол и стал раздевать Роджера, одновременно целуя его. Он засмеялся, когда слетели две пуговицы.
— Не спеши, у нас вся ночь впереди,- сказал Роджер и деликатно оттолкнул его, сел на диван и стал целовать мочку уха, нежно спускаясь к шее. И Конрад растворился в удовольствии.
— Ты как котенок,- сказал Конрад, а он продолжал целовать и вылизывать его шею, а потом сильно укусил его за шею.
— Ты укусил меня!,- шокировано сказал Конрад, он был удивлен, что это нежное существо оставило большой след на его шее.
— Я не девочка! И мне нравится грубость!,- проворчал Роджер и ожесточенно напал на его губы. Ему надоело играть барашка на заклании.
Его импульсивность придала Конраду силы и борясь они с грохотом упали с дивана. Воспользовавшись заминкой Конрада, Роджер оседлал его продолжая целовать с остервенением.
« Ну уж нет»,- подумал Конрад, наблюдая как Роджер нетерпеливо сорвал с себя ремень, и стянул брюки.

Не долго думая Конрад стянул с себя брюки, и подмял его под себя. На этот раз поцелуи его не были нежными как раньше, и он почувствовал себя очень гордым, когда Роджер застонал под ним.

Роджера не заботило что он лежал голой спиной на ковре, он смотрел на Конрада возвышающегося над ним с дикой необузданной страстью. Он уже не был похож на серьёзного, консервативного мальчика, которого он встретил на дискотеке. Он выгнул спину от удовольствия, когда почувствовал что Конрад взял его член в рот и начал жадно, неумело сосать.
Сразу было видно, что он новичок в этом деле, но и не в первый раз, и в то же время это был один из самых эротических моментов в его жизни. Его кульминация наступила слишком быстро, а его партнер всё продолжал сосать его и Роджер ласкал с нежностью его белокурые волосы.

— Ты скотина,- сказал он с мягкой улыбкой,- Я люблю тебя,- быстро добавил Роджер, потому что Конрад посмотрел на него с раскаянием.
— Я сожалею,- сказал Конрад, он был уверен что Роджер получил удовольствие судя по его стонам и рваному дыханию.
— Подожди, позволь мне показать тебе как это делается,- он обхватил Конрада руками, укладывая его на спину,- Ты просто новичок в этом. Позволь мне доставить тебе удовольствие,- мурлыкал Роджер, покрывая его тело поцелуями-бабочками,- Со временем ты научишься. Секс должен быть в твоем уме, а не в половых органах. Это как танец, где нет никаких правил и ограничений. Это может быть сладким и мягким в одну минуту, а в другую жестоким и грубым.
Конрад очень внимательно наблюдал за Роджером:
— Секс, секс, кто-то что-то хотел показать мне...
— Да, я хочу показать тебе,- сказал Роджер, и взял его член в рот.
— Ты невероятен!,- пробормотал Конрад,- Я мог бы обойти пол мира, лишь бы быть с таким как ты.
— Я тоже,- сказал Роджер, томно целуя его грудь,- Ты должен отбросить контроль и самоограничение.
Конрад чуть не сошел с ума от желания, когда Роджер насадил себя на его член. Его темп был нетороплив, как будто он хотел остановить время наслаждаясь.
— Как я уже говорил, это лишь вопрос контроля, котенок,- злорадствовал Роджер.
Конрад чуть приоткрыл глаза, а потом резко подмял его под себя и резко со всего маху вошел в него.
— Я люблю грубо. Сделай это!
Оба рухнули вместе и небрежно опрокинули журнальный столик.
— Ни в коем случае не привыкай к мягкости. Ты благородный дикарь и невероятен в постели!,- сказал Роджер с лукавой улыбкой.
— Я никогда не встречал никого похожего на тебя,- сказал Конрад смущенный его комплиментом.
— Я тоже. Ты выглядел так официально, серьёзный, и тем не менее мы здесь.
— Минус один журнальный столик.
— Ерунда!
— В самом деле.
— Ты всегда должен сказать последнее слово?
— Всегда. Профессия такая,- сказал Конрад
— Ну это... вот-вот изменится. Продолжим в постели?
— Хорошо,- сказал Конрад с ухмылкой, тайно радуясь, что он мог шутить с кем-то, не думая о том что он Гриффин, не думая об Ордене, только свобода!
Роджер хмыкнул, поднялся и протянул ему руку, предлагая подняться.

Спальня была обставлена, в стиле Людовика XIV и Конрад заметил что Роджер войдя, даже не обратил на это внимания, как будто это было обычным в его жизни, и он понял что он принадлежит той же социальной касте, а не какой-нибудь торговец. Он откинул покрывало и сел на кровать:
— О, извини, с какой стороны ты предпочитаешь?,- спросил он небрежно, и это тоже убедило Конрада, что он получил хорошее воспитание.
— Право, это не важно,- ответил он и присоединился к Роджеру в постели.
— Ты выглядишь как удовлетворенный кот,- прокомментировал Роджер и обвил руками его шею.
— Ты тоже,- сказал Конрад и прижал Роджера к себе,- Я очень устал за прошедшую неделю.
— Чем ты занимаешься?
— Я же говорил что работаю в банке и пытаюсь получить степень доктора в Лондоне.
— Ты живешь в Лондоне?
— Я живу в Цюрихе, но большую часть времени провожу в лондонском офисе. Меня попросили приехать сегодня в Париж из-за той леди что ты видел сегодня.
— Ты получишь компенсацию за билеты?
— Вряд ли,- ответил Конрад, изображая печаль,- Я бы не осмелился требовать компенсацию у своей тети Элизабетты. Это была её идея. Я слишком дорожу своей шкурой, чтобы требовать такое.
— Леди-Дракон?
— Что-то вроде того,- сказал Конрад,- А ты? Чем ты занимаешься?
— Помимо того что потерпел фиаско с боссом моего босса?,- сказал Роджер и Конрад почувствовал укол ревности,- Ничем особенным. Я работаю в банке трейдером с тех пор как окончил школу. Я не получил университетское образование, поэтому официально считаюсь черной овцой в семье, после того как мой брат Жером стал ответственным человеком.
— Ну, это не так плохо. Я не уверен что получу степень доктора в ближайшее время. Я учусь на курсах, но до сих пор не написал ни одной строчки тезиса.
— Что ты изучаешь?
— Управление бизнесом.
— А в банке ты занимаешься анализом рисков?
— Вроде того,- хихикнул Конрад,- Нужно ли мне проверить твоё портфолио?
— Нет, спасибо. Моё грязное бельё это моя частная собственность,- рассмеялся Роджер,- Ты доволен своей работой?
— Я не жалуюсь.
— Я тоже не жалуюсь, но бывают дни, когда мне хочется делать что-то еще. Что-то, что не было бы связано с моей семьёй,- сказал Роджер,- Я работаю там, потому что отец меня туда устроил, а не потому что я хорошо исполняю свои обязанности.
— Я точно так же как и ты,- признался Конрад,- Я делаю всё возможное чтобы выжить, но слишком жесткая конкуренция, и я не достаточно хорош чтобы понравиться людям.
— Я так понимаю у нас с тобой одна проблема, как говорит мой босс- «Делай больше денег, но с наименьшим риском»,- пожаловался Роджер.
— Но он никогда не говорил тебе, как добиться такого чуда?,- глумился Конрад,- Да, у меня та же проблема. Единственный способ получить благосклонность ассоциатов, это как можно больше запихивать деньги в их голодные рты.
— Такое настроение не улучшит твою жизнь,- сказал Роджер, поцеловав Конрада в лоб,- Жизнь- отстой, но это то, что мы имеем, и мы можем только надеяться, что встретим того, с кем можно разделить это бремя.
— Согласен с тобой,- сказал Конрад и впился губами в губы Роджера, наслаждаясь тем что он вернул поцелуй с той же страстью, сводя его с ума.

Роджер был податливым, и не поучал его. Его руки гладили спину Конрада и он слегка раздвинул ноги, чтобы Конрад лег между ними, чувствуя свою собственную пульсирующую эрекцию у себя на животе.
Он скрестил ноги над ягодицами Конрада, предлагая шею и рот для поцелуев своему любовнику, показывая полную капитуляцию, он взял руками член Конрада и направил его в себя и Конрад нерешительно проник в него, боясь причинить ему боль, но Роджера не волновала боль, он с силой толкнул бедра вверх, и вскрикнул в экстазе от вторжения. Коград начал вбиваться в него, но вспомнив что Роджер любит грубый секс, он перевернул его на живот, поставил на четвереньки и со всего маху вошел в него и стал грубо вбиваться.
— Не останавливайся,- задыхался Роджер,- Ох, как же мне хорошо,- прохрипел он, когда Конрад сменив угол и стал долбить его по простате. Он взял в руку член Роджера и гладил его в ритме толчков, именно так как он любил и он выплеснулся с криком в его руку, - Сделай это сейчас,- умолял его Роджер, не выдерживая чудесную, чувственную пытку. Конрад кончил внутри него и с рычанием упал рядом с ним на постель.
— Я думаю что я люблю тебя,- пробормотал Конрад,- Ты совершенен.
— Ты тоже,- ответил Роджер насладившись сексом как никогда прежде,- Я мог бы остаться с тобой навсегда,- сказал он прежде чем закрыть в изнеможении глаза.

Рано утром, чуть свет Конрад открыл глаза, и первое на что он посмотрел был Роджер. Увидев, что он крепко спит, он улыбнулся и погладив голову любовника, с любовью стал гладить его животик, поворачивая его на спину. Разбуженный Роджер сонно открыл глаза и с любовью посмотрел на Конрада:
— Привет,- сказал он застенчиво,- Ты не спишь?
— Я не могу,- ответил Конрад,- Я думаю о том что ты мне сказал.
— О чем ты?
— О том, чтобы найти правильного человека и разделить с ним жизнь.
Роджер встревожено сел на кровати. Последнее что ему нужно было, так это- влюбленный в него щенок, кричащий о своей любви:
— Мы знакомы всего одну ночь,- сказал он нервно
— Я верю в любовь с первого взгляда.
— То что случилось сегодня ночью, было прекрасно, мы отлично провели время, но это не любовь. Для любви нужно время,- пояснил Роджер
— Может быть это началось как флирт, но я думаю что сейчас это что-то большее чем флирт,- сказал Конрад и его сердце забилось чаще.
— Я хотел бы увидеть тебя ещё и мы могли бы встречаться, но....
— Тогда мы встретимся друг с другом снова,- сказал Конрад с улыбкой, - Здесь. Тайно. Никто кроме нас не будет знать об этом, если ты не хочешь проблем со своей семьей.
— Конрад, ты очень милый. Невероятный. Но это всего лишь свидание. Ужин, и ничего более. У меня есть своя жизнь, возможно и у тебя тоже.
— Ты женат?
— Нет! Ну,...пока нет,- солгал Роджер.
— Не понял?
— Не так все просто, для таких людей как мы.
— Почему нет? Мы оба любим друг друга,...ну, нравимся друг другу. Почему мы не можем быть вместе, кому это повредит?
— Ты рассуждаешь как мальчишка,- пробормотал Роджер, разочарованный в упрямстве юнца,- Мы не можем делать то что мы хотим. У нас обоих есть обязанности. У меня, по отношению к моей семье. В ближайшее время я собираюсь жениться. И в один прекрасный день ты тоже женишься.
— Я не люблю девушек. Ну, не до такой степени, чтобы жениться на них,- сказал Конрад,- Мне нравится как ты говоришь со мной. И не осуждай меня.
— Да, я и не осуждаю, просто будь благоразумным,- сказал Роджер, глядя на надутого, хмурого молодого человека.
«Не хватало ещё няньчиться с ним, чтобы закончить такой прекрасный вечер»,- Мы разные, и нас ничего не связывает.
— Думаю кое-что связывает, мы из одного мира.
— Сомневаюсь в этом,- ответил Роджер сухо,- Давай спать, а утром ты посмотришь на все другими глазами, - сказал со злостью Роджер.
Сконфуженный и до сих пор не понимая того, что только что произошло, не в состоянии понять резкие слова своего любовника, Конрад уставился на него.
«Не совместимы? Ах, ты задница!»,- подумал Конрад в отчаянии.

***

Тишина поглотила их. Они были вместе, но каждый сам по себе.
« Ничего достойного не дается легко, - подумал Конрад,- Первый раз в своей жизни я почувствовал себя счастливым. Я не могу отпустить его. И к черту последствия.»

— Ты заставляешь чувствовать меня виноватым, Конрад, - сказал Роджер, поворачиваясь к нему лицом,- Это нонсенс. Чего ты хочешь?
— Разве ты не чувствуешь связь между нами?
— Какая может быть между нами связь, если мы знакомы всего лишь несколько часов?
— У меня такое ощущение, что я знаю тебя всю жизнь, что мы были давно знакомы. Может быть ты то, что я искал все время.
— Так или иначе, но мне кажется что твое лицо мне тоже знакомо, но в этом нет ничего мистического,- разбушевался Роджер,- Сколько раз ты делал это раньше?
— Что делал?
— Знакомился вот так?
— Много раз, я не считал,- протестовал Конрад
— Ну, а я только в прошлом году знакомился так 30 раз!
— 30 раз знакомился с одним и тем же человеком?
— Нет, 30 раз я знакомился с разными людьми,- ответил Роджер и Конрад уставился на него,- Я достаточно взрослый, чтобы так поступать. В этом нет ничего плохого. Что ты хочешь от меня? Чтобы мы держась за руки прогуливались в Булонском лесу?
— Нет, я был бы очень осторожным.
— И?
— Что ты еще хочешь чтобы я сделал?
— Я ничего от тебя не хочу. Встреча с тобой была фантастической, но она закончилась,- сказал Роджер грубо, его терпение достигло предела,- Ты мне понравился, но мы разные, и дуться и обижаться не нужно, это ничего не изменит. Я свободный духом человек, и не намерен привязываться ни к кому-либо и не к чему-либо,- добавил он уже мягче,- Ты ещё очень молод, и очень удивительный. Я уверен что ты ещё встретишь кого-нибудь.
— Мне никто не нужен, я люблю тебя,- заявил Конрад и Роджер вздохнул,- У меня очень сложная жизнь, но когда ты рядом, я чувствую какой-то смысл в жизни.

Роджер уставился на Конрада. В первый раз за долгое время, он почувствовал себя уязвимым и слабым:
— Это самые прекрасные слова, которые кто-нибудь, когда-нибудь говорил мне,- прошептал он,- Обычно меня считали просто бесполезным довеском в моей семье. И я не могу изменить ситуацию к лучшему. Я просто винтик в руках семьи.
— Но не для меня. Я чувствую себя живым, когда я с тобой. Я только хочу чтобы ты дал нам шанс, я не говорю что это сработает, но мы должны попробовать.
Наблюдая за опустошенным лицом Роджера, у Конрада появилось желание утешить его. Он притянул его к себе, обнял, поцеловал, шепча слова любви.

Яркое солнце ослепило Роджера, он проснулся и сел в кровати. Уже было почти 10 утра, и он в это время уже должен был быть у старшего брата Паскаля в деревне. Он бросил последний нежный взгляд на своего любовника, чувствуя себя опустошенным. «Это просто секс, независимо от того, насколько он был хорош,- пытался убедить себя Роджер,- У меня своя жизнь, и я не собираюсь её портить из-за этого симпатичного щенка»,- он осторожно встал с кровати, чтобы не разбудить своего партнера, собрал свои и Конрада разбросанные вещи и вышел в гостиную.

Одевшись, он еще раз зашел в спальню.
« Почему так трудно сказать «До свидания»? Между нами нет ничего. Один поцелуй и я уйду.
Роджер сел на кровать и погладил лицо Конрада, тот проснулся и улыбнулся ему.
— Я хотел попрощаться, Конрад,- сказал Роджер прерывистым голосом.

Конрад посмотрел на прикроватную тумбочку и понял что все закончилось.
— В моем пиджаке есть визитная карточка,- сказал Конрад сухим голосом, вставая с кровати,- Возьми её, на случай если ты изменишь свое мнение,- сказал он небрежным голосом, скрывая от него свое отчаяние.
— Я не люблю длительные отношения, Конрад. Я думал ты это понял с самого начала. Я скоро женюсь,- сказал Роджер удрученно.
— Леопард не меняет своих пятен!,- выплюнул Конрад,- Не думаю что ты будешь сидеть каждый вечер со своей женой!
— Я попытаюсь, с меня достаточно приключений которые были в молодости,- сказал Роджер с ухмылкой,- Все было хорошо, но всё кончено. В моей жизни нет места для тебя.
— Ты даже не останешься на завтрак?
— Зачем? Нам больше не о чем говорить,- сказал Роджер, наблюдая как Конрад схватил одежду и скрылся в ванной, закрыв за собой дверь.
— Мой Бог, какой нрав у этого мальчика.
Он сидел на смятой кровати и подумал, что наверно надо взять визитную карточку, чтобы ему не было так больно. Он подошел к ванной комнате и постучал:
— Конрад, я возьму твою визитную карточку. В каком кармане она?
— В левом внутреннем кармане,- послышался слабый голос
— Спасибо,- сказал Роджер, сожалея о таком финале,- Я оставлю тебе свою на столе.
Роджер нашел его пиджак, встряхнул и достал визитную карточку.
Его глаза закрылись, когда он прочитал на небольшом кремово-белом картоне серебряными буквами-
«КОНРАД ФОН ЛИНТРОФФ»

Конрад чувствовал себя уставшим как никогда. «Все кончено,- подумал он,- Только на одну ночь. Я не первый и не последний» Он умылся, расчесался и вышел из ванной.
Подумав, что он уже один, он очень удивился, увидев Роджера сидящего на кровати с опущенной головой. Чувство радости тут же исчезло, когда он увидел его красные от слез глаза.
- Je m'appelle Роже де Лиль Гуттенберг Sachsen ( Меня зовут Роже де Лиль Гуттенберг Саксен),- сказал Роджер прерывающимся голосом и посмотрел на Конрада, который сидел остолбеневший на стуле.
— Ты случайно не связан с Виконтом де Мариньяк?,- спросил Конрад, когда пришел в себя
— Он мой отец,- мягко ответил Роджер,- Я женат на Марии-Августе Цу Ловенштайн, одной из племянниц нашего Magnus Commendator.
— Теперь понятно, почему мы оба подумали что знаем друг друга,- сказал Конрад, он поднялся со стула, сел рядом с Роджером и обнял его за плечи.
— Не мы. Я не узнал вас, Государь,- сказал Роджер и отодвинулся от Конрада.
— Для тебя я Конрад, Роджер. Нет никакой необходимости называть меня так.
— Всё равно Вы мой Hochmeister, даже если я не занимаю никакой позиции в Ордене.
— Роджер, это ничего не меняет между нами. Каждое слово, которое я говорил ранее это правда. Я думаю что я влюбился в тебя. Ни с кем и никогда я не чувствовал себя так хорошо. Мы могли бы дать друг другу шанс быть счастливыми вместе.
— Вы меня не слышите? Я женат на Марии- Августе меньше шести месяцев назад. Мой отец рассчитывает на мой брак, чтобы обеспечить свое положение в Совете.
— Позиция твоего отца и так твердая как скала, Роджер,- возразил Конрад,- Я знаю Марию-Августу, она не будет ненавидеть тебя, если ты ей скажешь правду. Она будет ненавидеть тебя, если ты ей будешь лгать и запутаешь её в обмане. Ты любишь её?
— Любовь здесь не при чем. Это наша обязанность. Мы уважаем друг друга. И она идеально подходит мне.

Конрад слушал Роджера как он говорил о свадьбе и её необходимости для семьи де Лиль и всё больше был уверен, что не отпустит Роджера, пока тот рассказывал, он заблудился в его синих глазах. Если Мариньяк хочет лучшее место в Совете, он должен добиться его сам, а не женить его Роджера на племяннице Цу Ловенштайн! Роджер мой!
— Это не должно было произойти. Если о нашей связи станет известно общественности, мы мертвы,- пробормотал Роджер, уже понимая что Конрад полностью пренебрегает сказанное им. «Его отец ни раз говорил, что Конрад всегда был глух, если что-либо не соответствует его интересам, отец всегда был против этого дикого юнца, занявшего главный пост в Ордене около двух лет назад»,- У нас нет будущего,- отчаянно настаивал Роджер,- Мы должны забыть о том что между нами произошло. Представьте себе какой будет скандал. Вы мой Государь и мы все поклялись повиноваться и следовать за вами.
— Увидимся в следующую пятницу. Здесь.,- приказал Конрад, он поднялся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

***************************************************************
Конец 8 главы "Визитная карточка"

moydnevnichok-57

главная